– Я получила большую радость от этой прогулки, – сказала Гарриет.
– Что-что? – вмешалась в разговор леди София. Герцогиня повторила свои слова.
– Вы должны навещать меня, милочка! – попросила леди София Гарриет. – С тех пор как вы уехали в Лондон, я умираю со скуки. Вы осветили мою жизнь лучами солнца.
Гарриет ответила ей улыбкой.
Герцог вышел из ландо, когда они остановились у дома сэра Клайва, и помог Гарриет спуститься на мостовую. Он склонился в поклоне и поднес ее руку к своим губам. Его тетушка громко сообщала герцогине, что Гарриет очень воспитанная молодая женщина.
– Без сомнения, завтра вы объясните мне ваше поведение, – тихо обронил герцог и чуть было не смолк в смущении, когда ее ресницы взметнулись вверх и зеленые глаза посмотрели на него.
Зрачки ее слегка расширились, но она не сказала ни слова. Повернулась и поспешила войти в дверь, которую слуга уже держал открытой.
Тетушка, кажется, задремала. Бабушка какое-то время внимательно его разглядывала.
– Когда я смогу увидеть лорда Барторпа и его супругу, а также леди Филлис? – спросила она. – Пригласим их на чай, Тенби?
– Стоит ли так поспешно обнаруживать наши намерения? – усомнился Тенби. – Не лучше ли устроить ужин и пригласить побольше гостей?
– Тебе не хочется обнаруживать твои намерения? – поинтересовалась герцогиня. – Есть какие-то сомнения насчет леди Филлис?
– Никаких, – сказал герцог. – Она обладает всеми качествами, которые, по моему мнению, необходимо иметь герцогине. Она даже хорошенькая.
– И все же ты не сделал ей предложение?
– Бабушка, дай мне время. – Он улыбнулся. – До сентября я сдержу свое обещание.
Старая герцогиня помолчала, глядя на внука.
– Тенби, – сказала она немного погодя. – Ты не должен смотреть на тех, кто ниже тебя. Помни, кто ты и какое положение в обществе занимаешь. И о чистоте крови, которую унаследует твой сын.
«Черт бы ее подрал, эту бабушку! – непочтительно подумал Тенби. – Нюх у нее, как у гончей».
– Мне и в голову не приходило совершать мезальянс, – солгал он. – Я также помню, чем я обязан тебе, и чту память деда. И перед мамой я тоже сознаю ответственность.
Бабушка окинула его долгим взглядом, затем удовлетворенно кивнула.
Глава 9
– Моя дорогая Гарриет, ты будешь в восторге! – теряя надежду на успех, продолжала убеждать леди Форбс. – Прогулка по реке и пикник, а погода стоит такая дивная! Потом мы будем только вспоминать и сожалеть, что не наслаждались солнцем и теплом каждый день и каждый час. Смиты любезно включили тебя в список приглашенных, я наговорила им, как ты огорчилась, что не смогла прийти вчера на прием в саду. Нельзя ли отложить посещение Национальной галереи вместе с Биконсвудами на другой день?
– Но я обещала. – Гарриет внимательно разглядывала свои руки. – К тому же мне очень хотелось посетить галерею, пока я в Лондоне.
Леди Форбс вздохнула.
– Это можно сделать и в дождливую погоду, – заметила она. – А сейчас лучше насладиться сияющим солнечным днем. Впрочем, как ужасно я себя веду! Сама же говорила тебе, что ты вольна в своих поступках. Я рада, дорогая, что твоя дружба с графиней крепнет. Похоже, она очень милый человек.
– Да, – сказала, не поднимая глаз, Гарриет, – она именно такая. Сьюзен я в галерею не поведу, пусть поиграет дома.
Леди Форбс поднялась из-за стола. Сэр Клайв давно уже позавтракал и ушел.
– Ну ладно. Мне надо приготовиться к поездке. Надену-ка я шляпу с самыми большими полями.
– Аманда! – окликнула Гарриет, когда ее подруга уже направилась к двери, и на мгновение зажмурилась и стиснула руки. – Не могу больше этого выносить. Не могу больше лгать тебе.
– Лгать? О чем ты, дорогая? – Леди Форбс снова села и кивнула слуге, который стоял у буфета.
Тот незамедлительно удалился.
– Я никуда сегодня не еду с Биконсвудами, – произнесла Гарриет. – Я не наносила визит Джулии в понедельник и не ездила с ней по магазинам в четверг, хотя и рассказывала тебе о том, как мы проводили время. С Джулией я встречалась только по утрам, мы гуляли с детьми.
Леди Форбс хранила молчание.
– Я буду выезжать одна. И нынче днем, и каждый понедельник и четверг. До конца сезона, – продолжала Гарриет. – На свидания.
Леди Форбс еще немного помолчала.
– Тебе не нужно унижать себя ложью, Гарриет, – сказала она затем. – И ты не обязана давать мне объяснения. Твоя жизнь – это твоя жизнь.
Гарриет наконец открыла глаза, но продолжала разглядывать свои руки.
– Мне кажется, – произнесла она, – что я не должна оставаться в твоем доме, Аманда. Если ты хочешь, я уеду.
– Куда? – Леди Форбс вздохнула. – Кто он, Гарриет? Ты можешь мне сказать?
Гарриет разняла ладони и широко раздвинула пальцы.
– Только не Тенби. О, Гарриет, нет! – воскликнула леди Форбс. – Так вот почему ты вчера была так возбуждена? Тебя тяготило приглашение герцогини на прогулку по парку?
Гарриет зябко передернулась.
– Это было ужасно! – промолвила она. – Сидеть рядом с ним напротив его бабушки… Не представляешь, какой это был для меня кошмар!
– Тенби… – Леди Форбс глубоко вздохнула и медленно выдохнула. – Гарриет, он никогда на тебе не женится.
– Я знаю, – поспешила ответить Гарриет. – У меня не было и нет никаких иллюзий на этот счет. Во всяком случае, все прошедшие шесть лет.
– Он разобьет твое сердце, – изрекла леди Форбс.
– Нет. – Гарриет только теперь подняла глаза. – Я во всем отдаю себе отчет. Я знаю, что это кончится. И даже знаю когда. К осени он женится на леди Филлис. Я все приемлю и ни о чем не пожалею, когда час пробьет.
– Ах, Гарриет! – Леди Форбс склонилась над столом и накрыла ладонями руки подруги. – Ты будешь страдать. Ты создана для любви – для беззаветной, бесконечной любви. Флирт, короткая связь – не в твоей натуре.
– Наверное, я должна стать взрослой женщиной – мне уже двадцать восемь лет, – сказала Гарриет.
– Так, значит, ты повзрослела, и сердце твое настолько очерствело, что ты вступаешь в связь с распутником, а когда отношения кончатся, просто пожмешь плечами и забудешь его?
– Я не забуду его, – возразила Гарриет, – но я смогу оставить все это позади. Он предложил мне carte blanche шесть лет назад, когда я еще была с Кларой. С тех пор я ни на один день не забывала его. И даже в глубине души сожалела, что отказала ему.
– Эта боль в сердце осталась потому, что ты не поддалась искушению стать его любовницей, – заметила леди Форбс. – Но как же теперь выдержит твое сердце – короткие свидания два раза в неделю в течение двух месяцев? Ах, Гарриет, мне кажется, я знаю тебя лучше, чем ты сама. Сердце твое будет разбито навсегда.
