угодно. Ну, и последнее, «Надо». Самое странное и самое обнадёживающее. Может она получит всё, что ей надо?
С чего начать, кому и в какой последовательности подливать? Причем незаметно. При сложившихся обстоятельствах незаметно можно выпить только самой. Выбор сложный. Пожалуй, чтобы выжить в этом стане, ей нужно выпить всё, кроме «Сон». Любовное зелье подождёт до времени. Княжна одну за другой опустошила склянки, прополоскала во рту и одним махом проглотила.
Ух.
На утро Вилли проснулась в своём собственном шатре и сладко потянулась. Усталость в ногах всё ещё ощущалась, но какая-то приятная, покалывающая. Из воспоминаний хорошо запомнились «Ноги». Цель эликсира так и осталась непонятной, но плясала она так, что шатёр ходуном ходил. «Прео» сработал слабенько, преображение она не ощущала, но как будто синяк не замечали, и уже хорошо.
Что касается этого Ух. Подвёл её Ух во всех отношениях. От него взгляд стал таким проникновенным, что как бы СанДу не женился на ней прямо сегодня. Что касается «Надо», то все ее просьбы звучали столь убедительно, что ночью в шатре спали её сестры и отец, а уже скоро стан поднимается и едет в Агарон. В таком случае хватило бы только последнего зелья, без проникновенного взгляда и без сомнительных ног.
Вилли выскочила из шатра всего лишь по нужде, а он её уже ждал и нетерпеливо сучил ногами.
— СанДучок, я по делам. Мне ненадолго, — суетилась она. — Где у вас тут можно уединиться?
— О свет моих очей, не уединяйся. Садись здесь, все уже ждут.
— Нет, это как-то слишком, — невольно возмутилась она.
— Какой слишком? Вчера было не слишком, а сегодня да?
— А кто эти все? — подозрительно осмотрелась она по сторонам.
— Все, кто хочет приложиться к росе богини Ису.
— СанДунчик, насчёт росы не гарантирую, — переминалась Вилли с ноги на ногу. — И потом, вчера было темно, днем я не смогу с таким достоинством росой жертвовать.
Вилли нехотя припомнила, что вчера за знакомство пришлось пить местную брагу. На вкус мерзость невозможная, но это только с первой кружки. Дальше пошло легче и веселей.
Потому богиня Ису. Девушка пила столько, что присвистнули самые отпетые местные пьянчуги. Что там, пила она ковшами, только из шатра приходилось часто выбегать. Когда мужчины буквально падали по углам, она выиграла состязание, оставаясь лишь с лёгким румянцем на щеках. А после ещё и плясала, причём так, что подол драный с обеих сторон. Она ноги задирала до ушей?
Эффект Уха надо запомнить. Видимо, проникновенный взгляд больше относился к «Прео». Богиней её ещё никто не называл, а это приятно. Жаль она плохо знакома с пантеоном местных богов и богинь. Надо подробно расспросить кхэна, что полагается ей за божественность и снисхождение к смертным. Так просто нам, богиням, этим раскидываться нельзя.
Вилли попросила завтрак и вернулась в шатёр. Папеньки уже не было, он вчера быстро освоился и уже на правах бога, или по меньшей мере отца богини, заимел в стане собственные интересы. Отпускать его по этим самым интересам всегда опасно, но с собой у них только одежда и нехитрый скарб, если и проиграется, то не слишком. К тому же у богини Ису есть очень востребованный товар. Её роса по слухам не хуже браги да с лечебными свойствами и ценится на вес золота.
— А этот Сундук приятный, — чавкая, заметила Шиэль. — Вполне себе. И наколки на лице такие мужественные.
— Шиэль, — грозно насупилась Вилли, — руки прочь. СанДулёк мой, тебе и без того все мужчины перепадают. А мне нужно успеть стать опытной женщиной, чтобы Родик сильно не переживал.
— Пф… — закатила глаза томная Кокетка.
— И времени у меня не так много. Кто его знает, сколько этот Ух продержится.
— Есть ещё любовный эликсир, — фыркнула Шиэль.
— Есть, но СанДунчик очень осторожный мальчик, пьет только после снятия пробы помощником. Отравы боится. Потому у меня появится сразу два пылких влюблённых, а это уже проблема и подозрение. Лучше управиться без приворотного зелья.
— А может нам попросить лошадей и вернуться к Милордику? — поинтересовался голос разума. — Он, наверное, волнуется.
— Бин, — зло огрызнулась Вилли. — А как же моя опытность? СанДушка вчера так перепил, что потерял способность веки закрывать. Мне что же теперь, снова это терпеть? Роди в этом смысле меня боится и никогда не решится.
— Можно и Роди напоить, — хмыкнула Шиэль.
— Можно, но это крайний вариант в моем списке, сразу после варианта с моим опьянением. С ним так сложно. Но как только я стану опытной женщиной, уверена, он сразу это оценит. Ему всегда нравились роковые красотки. Взять хотя бы его Висцийку…
— А я бы здесь, с Сундуком осталась, — томно потянулась Кокетка. — Заботливый, фрукты где-то добыл.
— Шиэль, прекрати путаться под ногами, — строго шикнула Младшая. — Я первый раз в жизни богиней стала. Тебе не привыкать. В Агароне тебе с твоими формами и каштановыми волосами все бароны перепадут.
Биннет заразительно рассмеялась и согласно кивнула.
У богини Ису оказались не только привилегии, но и много хлопот. Вилли как-то не сразу об этом подумала. Людям мало того, что она может перепить любого мужика, людям нужны простые человеческие чудеса.
К примеру, надумал кхэн объехать свои владения на молодом жеребце. Тащите сюда богиню, пусть росой своей благословит поилку, из которой жеребец попьёт. Станет он выносливей и быстрей.
Или вот ещё. Заквасили невольники новую брагу, ибо старые запасы истощились, особенно заметно прошлым вечером. Поставили чаны, много чанов в специальном шатре. Зовите богиню, пусть из каждого чана отопьёт, во рту прополоскает и выплюнет назад благословенный глоток.
Ещё одна божественная обязанность. Задумала хозяйка тесто месить, лепешки печь. Приди богиня, благослови хлеб, плюнь в тесто. Что так мало? Плюй, не жалей, надо чтобы на таком тесте муж был сильный, а дети толстощёкие.
Ещё такое, правда нечасто, но именно сегодня был случай. Роженица начала кричать. Зовите богиню, пусть пуповину режет и кусочек съест. Будет ребёнок здоровый, вырастет сильным воином.
— Нет, я так не могу. Меня стошнит.
— Ешь богиня, хотя бы крохотный кусочек.
Уже к обеду слюна закончилась, а ноги держались только за счёт зелья. Вилли потребовала перерыва. Богини тоже люди и есть хотят.
На следующий день, всё повторилось. Вилли бегала по всему стану, плевала, жевала и благословляла всё, к чему прикасалась. А вечером непременно должна была услаждать танцами кхэна. Намеки на то, что этому самому кхэну стоило бы с богиней сойтись поближе, заканчивались его однозначным ответом:
— Богиня Ису помоет СанДу, и тогда он станет достойным к ней прикоснуться.
А
