свет грозового неба. В центре стола стояло странное приспособление, напоминающее большой медный чайник, из его основания торчало множество кожистых трубок, каждая из которых заканчивалась маленьким черным носиком.
— Вы можете садиться, где вам нравится, мэм, — сказал милитис. — И вы можете пользоваться нашим перколятором, когда вам заблагорассудится.
— О, у вас есть перколятор! — сказала Ана. — Что может сделать пар? Боюсь, я не вижу никаких надписей на этих проклятых шлангах.
— Э-э, да… — растерянно пробормотал милитис. — Ну… Вот этот первый шланг — стимулятор, второй — легкое седативное средство. Следующий помогает сосредоточиться, четвертый — физически расслабиться. И, наконец, последний, пятый — средство для подавления аппетита. Как видите, оно подходит для очень длительных совещаний.
— Превосходно! — сказала Ана. Она села, нащупала шланг со стимулятором, сунула его черный носик в рот и сделала большой глоток. Латунный перколятор заурчал; затем она откинулась на спинку стула и выдохнула, выпустив клубящееся облако густого пара. — Спасибо. Тогда мы подождем с комфортом.
Милитис ушел, закрыв за собой дверь. Я настороженно наблюдал, как Ана сделала еще один чрезмерный глоток из носика со стимулятором.
— Вы уверены, что хотите сделать это до нашей встречи, мэм? — спросил я.
— О, все это очень мягкое, — сказала она, и от ее губ пошел пар. — Эти реагенты просто слегка поднимают настроение. Это не настоящие настры, как те, что я предпочитаю. Здесь. Передай мне расслабляющий. Дай-ка я его пососу. И ты, Дин, прими этот стимулирующий. — Она сунула носик мне в лицо.
Носик слегка пах вареной капустой. Я сморщил нос.
— Не уверен, что хочу побаловать себя, мэм.
— Не будь проклятым ханжой. Кроме того, я слышала, как ты зевал. Мне нужно, чтобы ты проснулся и был начеку. Давай! Попробуй, парень!
Нахмурившись, я взял шланг, энергично протер носик носовым платком, поднес его ко рту и вдохнул.
Внезапно мои кости и нервы наполнились энергией, и каждый предмет в комнате стал более четким, как будто мои глаза стали больше. Выдохнув, я опустил шланг, и, хотя я видел, как пары вырываются из моих губ, я мог бы поклясться, что они также проникают в мой череп, побуждая меня дергаться и танцевать.
— Это все равно что выпить три стакана клар-чая сразу, — сказал я с благоговением.
— Я и забыла, что твой череп такой девственный — возможно, это единственная чертова часть тебя, которая еще жива, парень. Тогда остановись на этом. Мы не хотим, чтобы ты дергался во время всего этого, это было бы чертовски замет…
Затем дверь открылась, и вошла небольшая процессия офицеров. Я встал, когда они появились, и Ана, пошатываясь, сделала то же самое.
Первым в дверь вошел Грелин, все такой же высокий и дрожащий, его черные глаза были встревожены, бледная макушка блестела в свете фонарей. Он нервно взглянул на меня и подошел, чтобы встать за одним из стульев по другую сторону стола. Под глазами у него были мешки, а серая кожа на щеках напоминала бумагу. Возможно, он был единственным человеком здесь, уставшим еще больше, чем я.
За Грелином шла женщина, еще более высокая, чем он, и даже почти такая же высокая, как я. Она двигалась медленно и уверенно, как человек, обладающий властью, привыкший к тому, что его ждут, каждый шаг был осторожным и точным. Как и у Грелина, ее голова была почти полностью лишена волос, но в ней было что-то от уроженки Ратраса, черты лица были удлиненные и орлиные. Ее одеяние было великолепным и сверкающим, все его оттенки были малиновыми и темно-желтыми, что придавало ей сходство с осенним листом, сорвавшимся с одного из высокогорных деревьев внутренней Империи. Когда она проходила под светом, падавшим из стеклянных окон наверху, я заметил отблеск на ее одежде и увидел геральдов, обозначавших ее звание коммандера-префекто. Вероятно, она была самым высокопоставленным офицером на всем заводе.
После нее вошли три коммандера-апота, двое мужчин и женщина, которые следовали за ней плотной вереницей. Мне это напомнило лесных утят, плывущих за своей матерью. Трое коммандеров заняли свои места за спиной коммандера-префекто, затем повернулись и посмотрели на нас с Аной настороженными и подозрительными взглядами.
Коммандер-префекто подождала, пока все ее подчиненные займут свои места, прежде чем слегка поклониться нам.
— Доброе утро, — сказала она холодным и мягким голосом. — Спасибо, что пришли. Я коммандер-префекто Кулаг Теленаи, а это коммандеры Биктас, Непасити и Сайзидес.
Три коммандера кивнули нам в унисон, без улыбки
Коммандер-префекто Теленаи протянула руку к Грелину.
— И, я полагаю, вы уже знакомы с иммунисом Равой Грелином…
Грелин нервно улыбнулся, но все же бросил испытующий взгляд на Теленаи, словно желая подтвердить, что в его улыбке нет упрека. Именно в этом маленьком жесте я внезапно понял, что чувствую их: Теленаи была величественной и непреклонной королевой этого королевства, а он — ее суетливым советником, спешащим придумать законы, соответствующие ее воле.
Мы с Аной поклонились и представились.
— Спасибо вам всем за то, что согласились на эту встречу в столь сжатые сроки, мэм, — сказала Ана, пытаясь изобразить нормальную улыбку. — Мы сочли, что ситуация требует скорейшего реагирования.
— Действительно, — мрачно согласилась Теленаи. — Этот инцидент — один из самых тревожных за последнее время: чувствительная работа двух иялетов была серьезно нарушена, причем здесь, в этом самом чувствительном месте, в это самое трудное время! Мы рады помощи Юдекса. Пожалуйста, садитесь.
Теленаи села, и ее окружение последовало ее примеру. Я сделал то же самое, и Ана плюхнулась на свое место. Тем не менее, когда мы все расселись, на лицо коммандера-префекто Теленаи внезапно упал свет из окон наверху, и я увидел, что белки ее глаз окрашены в темно-зеленый цвет, совсем как у Мало. На ее губах даже был слабый зеленый оттенок.
Я внимательно изучил ее вид. Она была первой представительницей Империи, которую я увидел такой же зеленой, как коренная пифийка. Я решил спросить Ану об этом позже.
— Если бы мы могли, мэм, — сказала Ана, — я бы хотела изложить некоторые ожидания. Мы только недавно столкнулись с этими преступлениями и до сих пор знаем очень мало. Тем не менее, мы знаем, что иялет апотекалей здесь в некотором роде жертва. Поэтому мы должны опросить вас как жертв, чтобы начать понимать, что произошло.
— Конечно, — ответила Теленаи. — Но в преддверии этой встречи, иммунис, я взяла на себя смелость собрать для вас кое-какую информацию… — Она махнула рукой одному из коммандеров, который полез в сумку и достал небольшую стопку пергаментных листов. — Я подумала о том, чтобы раздобыть список всех ныне живущих офицеров, которые
