в карманы и смотрел на меня исподлобья. — Что вы хотели?
— Я хотел попросить, чтобы Глорию забрали наверх. Она маленькая, и может простыть, — сообщил Рис. — Ей ночами даже плед не помогает, а еще она часто хочет в туалет, а охранники водят по часам. У нас тут уже произошла парочка катастроф локального масштаба.
Сердце снова сжалось, и я только усилием воли заставила себя оставаться на месте и не рычать на Рафаэля. И не требовать, чтобы детей немедленно забрали отсюда, из этого ужасного места. Хотя по большому счету, место было не настолько ужасным, насколько могло, сырости тут не было, пауков и прочей мерзости тоже, да и в целом было достаточно чисто. Этот подвал больше напоминал винный погреб, чем страшное подземелье, и все же…
— Я поговорю с Нортоном, — сказала я, — но только если ты расскажешь мне всю правду. Как вы с Глорией связались с этим Бармареем, почему, и на кого у вас еще есть выход. Какой у него интерес к бизнесу Нортона, и что этот кто-то еще знает.
На «Бармарее» Глория хихикнула, Рис же остался серьезным. Я бы даже сказала, помрачнел еще больше.
— Хорошо, — пожала плечами я в ответ на его молчание, — тогда я ухожу. И больше не просите о встрече со мной, я не приду.
Мальчишка сунул руки в карманы: он явно думал, что я блефую, я же развернулась и постучала в дверь. Лязгнули петли, когда к нам заглянул Рафаэль.
— Я возвращаюсь.
— Алиса! Стой! — ударило мне в спину. — Хорошо, я все расскажу.
Я сложила руки на груди и выразительно посмотрела на парня.
— Только пусть этот уйдет.
— Я т-тебе сейчас…
Я уперлась в грудь Рафаэля рукой, которую он с легкостью бы сломал, если бы не фигура Нортона за моей спиной. Образно выражаясь, конечно, сейчас за моей спиной маячили только Рис и Глория. В общем, совместными усилиями руки (моей) и авторитета (Нортона) мне удалось выдавить Рафаэля из камеры и снова развернуться к детям.
— Я тебя внимательно слушаю.
— Нас похитили, когда мы были маленькими. Глория была совсем крохой, поэтому ничего не помнит. Мы родились в семье герцога…
Я кашлянула.
— Я не вру, — мрачно произнес Рис. — К сожалению. Потому что я еще помню, каково это — быть маленьким аристократом, а не ворьем. Но нас продали в рабство, потому что один ублюдок пообещал моему отцу, что его дети будут страдать. В общем, на невольничьем рынке Локрики нас выкупили Георей с братом, и мы работали на них. Сначала просто воровали в толпе, на праздниках, ярмарках, рынках, у них куча таких детишек была, и за день выходила очень неплохая прибыль. Особенно если знать, что украсть и у кого. А потом, когда стали постарше, они сказали, что мы сможем пригодиться в гораздо более серьезном деле.
Свет сюда проникал из маленького зарешеченного окошечка под самым потолком, и благодаря этому я увидела сверкнувшие в его глазах злые слезы. Которые, впрочем, тут же высохли.
— Перцы, которые выращивает Нортон, способны усилить огонь дракона. Сделать его сильнее. Это просто такой…
— Драконий БАД, — пробормотала я.
— Что?
— Биологически активная добавка.
— А… ну наверное. Но Нортон никому не говорит, где его взял, поэтому он монополист, а Георей с братом хочет… точнее, хотел себе такой источник дохода тоже. Потому что драконов в Открытых мирах очень много, и если обзавестись такой плантацией, получается, можно обогатиться. Вот как-то так.
М-да. Получается, обычный перчик чили с Земли превращает обыкновенного дракона в дракона необыкновенного. Что он там восстанавливает в драконьем организме, какие важные микроэлементы — хороший вопрос, но если верить Рису, это дело и правда прибыльное. Очень. Так что понятно, что за перцами охотятся.
— Георей с братом обещали помочь Глории восстановить пламя, если мы поможем им, — вздохнул Рис. — Потому что с того момента, как ее похитили, у нее нет магии. А перцы реально могли это исправить, поэтому я и… работал в этом направлении.
Он развел руками и насупился.
— Все, ты знаешь правду. Теперь помоги забрать ее отсюда.
Я перевела взгляд с него на Глорию и обратно. А потом кивнула:
— Пойдем.
— Куда? — опешил Рис.
— К Нортону. Расскажешь ему все в точности так же, как рассказал мне.
— Нет! — прорычал Рис.
— Это еще почему?!
— Потому что если он узнает, что мы рабы, да еще и выходцы из аристократии, он нас продаст!
Я вскинула брови:
— Это кто тебе такое сказал?
— Я и так знаю! У того, кто убил женщину, которую любит, вряд ли есть какие-то принципы.
Я вздохнула.
— Я рассказал это только тебе, Алиса. Чтобы ты забрала Глорию отсюда.
— А я говорю, вы пойдете со мной, — скомандовала я. — Если хотите выбраться отсюда, топайте наверх и все рассказывайте тому, кого хотели обокрасть. Не хотите — продолжайте тут сидеть дальше.
— Но ты обещала…
— Когда я сказала: «Я обещаю, что если ты все расскажешь, Глория отсюда выйдет»?
Рис открыл рот. Закрыл. Открыл снова и выдал:
— Это нечестно!
— Да ты что? — фыркнула я. — Не я это начала, так что привыкай. Идете?
Я снова постучала в дверь и на этот раз не стала задерживаться, когда Рафаэль щелкнул магическим замком. Топот ног сзади меня порадовал, а еще порадовала физиономия надсмотрщика, абсолютно ошалевшего от такой наглости. Особенно когда я ему заявила:
— Мы идем все рассказывать Нортону.
3.10 Нортон
Я приказал привести Алису в свой кабинет после того, как она закончит с малолетними монстрами. Чтобы не думать о том, что беспринципная мелочь снова будет пудрить ей мозги и давить на жалость, решил занять собственные мозги работой, но заниматься работой не получалось. Все мысли были в винном погребе, куда я определил преступников. Мой дом был построен в креольском стиле, как дань моему увлечению земной культурой, поэтому в нем отсутствовали темницы для заключенных. К тому же, до наглого и абсолютно безрассудного налета драконят в этом просто не требовалось необходимости. Достаточно было моего авторитета и репутации. Никто просто ко мне не лез, потому что знал: до погреба не доживет.
Я принялся
