– Так вы мама Гретхен?
Она кивнула.
Он повернулся к юноше и девушке.
– Давайте продолжим наш разговор после обеда. Сможете вернуться на шестой урок?
Оба кивнули и без лишних слов вышли из кабинета.
Олифант указал на кресло, но миссис Пейдж продолжала стоять.
– Вы выглядите расстроенной. Какие-то проблемы?
Она кивнула.
– Н-не знаю с чего начать… – Но все-таки опустилась в кресло.
– Это связано с Гретхен?
– Да, разумеется. – Миссис Пейдж сцепила руки на коленях. – Я думала, что у нее все хорошо. Думала, она в порядке… – Ее голос сорвался.
Олифант снял очки. Помассировал переносицу. Водрузил очки на место, не сводя глаз с собеседницы. Подождал, пока миссис Пейдж продолжит.
– Она села на автобус до лагеря, – наконец заговорила мама Гретхен. – Я поднялась в ее комнату и обнаружила, что она забыла свой телефон. Я… я не удержалась. Я проверила его.
Олифант склонился над столом.
– Вы проверили ее электронную почту? Фейсбук?
– Звонки, – ответила мать Гретхен. – Я просмотрела историю звонков. Я давно этого не делала. Я… думала, что с ней все в порядке. Но…
Она втянула в себя воздух.
– Но… Я нашла те самые звонки. Гретхен звонила почти каждый день… девочке по имени Полли Браун.
Глаза Олифанта за стеклами очков сощурились:
– А что не так, миссис Пейдж?
– Полли Браун два года как умерла. Гретхен… Гретхен ее убила.
Часть третья
42
Олифант охнул.
– Как убила?
Миссис Пейдж вновь схватилась за горло.
– Я… неправильно выразилась. Гретхен была в ответе за гибель Полли. То есть она неумышленно… Полли была ее лучшей подругой. Они были не разлей вода. Ближе, чем сестры. Я… я…
Она начала задыхаться. Помотала головой, по-прежнему держась за горло, откашлялась.
– Миссис Вейл! – крикнул Олифант. – Бутылку воды миссис Пейдж, будьте добры!
В соседнем кабинете послышались торопливые шаги. Миссис Пейдж с трудом сглотнула. Горло словно набили ватой. Появилась секретарша с бутылкой воды. Миссис Пейдж сделала несколько больших глотков.
– Благодарю, мне полегчало. – Она улыбнулась секретарше, но та уже исчезла за дверью.
Помрачнев, миссис Пейдж снова повернулась к директору.
– Гретхен и Полли ехали на баскетбольный матч. Это было еще там, в Саванне-Миллс. Гретхен вела машину. Она всего пару недель как получила права, но, мне кажется, водила неплохо. Спокойно, без нервов… не хуже меня.
Она глотнула еще воды.
– До школы оставалось всего несколько кварталов. Гретхен, видимо, отвлеклась. Наверное, думала о своем выступлении. Она была звездой… лучшей болельщицей в Саванна-Миллс. Но…
Она подавила всхлип.
– Гретхен не заметила микроавтобус. Ей бы свернуть или затормозить, а она не заметила.
Он… он…
– Да вы не спешите, – мягко сказал Олифант, сложив руки на столешнице.
– Это был ужасный лобовой удар. Полли искала что-то на полу. Расстегнула ремень. Ее… ее выбросило сквозь лобовое стекло. Она погибла, не успев приземлиться. У нее не было ни единого шанса.
– Боже правый, – пробормотал Олифант, покачав головой. Он опустил глаза. – Какой кошмар.
– Да, кошмар, – шепотом повторила миссис Пейдж.
Повисла долгая тишина.
Первой молчание нарушила миссис Пейдж.
– После этого Гретхен была не в себе. Натурально не в себе. Мы… мы не могли до нее достучаться… Мы с ее отцом… мы все перепробовали. Мы с ней обошли лучших врачей. Но…
Снова долгая пауза.
– Но мы не могли до нее достучаться. Пробиться к ней. Она была не в себе. Находилась в собственном мире. Никакой связи с реальностью. – Миссис Пейдж подняла глаза на директора. – Она ни с кем не разговаривала. Неделями не вылезала из постели. Ничего не ела. Она… просто пыталась исчезнуть из этого мира.
Олифант сглотнул.
– Не торопитесь, миссис Пейдж. Расскажите, что было дальше.
– Врачи привели ее в чувство, – ответила мать Гретхен. – Им удалось найти подходящие лекарства. Они нашли нужный подход. Она вернулась к нам. К тому времени мой брак распался. Для нас с ее отцом переживания оказались слишком тяжелыми. Мы не смогли с ними справиться и развелись.
Олифант покачал головой и опустил глаза, упершись взглядом в стол.
– Но, когда Гретхен начала приходить в себя, мы с ее отцом чуть с ума не сошли от счастья. Наша дочь вернулась. И она… она казалась совершенно нормальной, такой, как раньше.
В кабинет заглянула миссис Вейл.
– Звонит мистер Малруни из Государственного совета!
– Скажи Энтони, что я перезвоню, – отмахнулся Олифант. Он снова повернулся к миссис Пейдж. – И сейчас вы беспокоитесь?..
– Когда Гретхен начинает звонить Полли, это значит, что у нее обострение. Что она опять выпадает из реальности. Что-то начинает действовать ей на нервы… угнетать ее… и она снова проваливается…
– А что, по-вашему, могло стать проблемой? – спросил Олифант.
– Я… мне кажется, это из-за чирлидинга. Я пыталась отговорить ее. Убеждала подождать. Никуда не торопиться. Ведь это столько для нее значит… Напрасно я ей позволила. Надо было остановить. Боюсь, как бы она не взялась за старое… то, что она вытворяла в Саванне-Миллс.
Олифант подался вперед:
– Взялась за старое?
– Она прицепилась там к одной девочке. Из команды. Так вот, Гретхен начала выставлять себя жертвой.
Олифант прищурился:
– Не понимаю.
– Она обставила все так, будто та девочка ее преследовала. Изводила ее. Всякими гнусными выходками стремилась ее унизить. Гретхен пыталась всех настроить против этой девочки, а та ничего плохого ей не делала. Все это Гретхен вытворяла сама.
– О нет, – пробормотал Олифант. – Кажется, Гретхен делает это снова. Девра Далби, одна из болельщиц…
– Вот я этого и боюсь, – сказала миссис Пейдж. – Когда я обнаружила, что она названивает своей умершей подруге, сразу подумала, что она могла взяться за старое.
Олифант пригладил рукою волосы.
– Вы обязаны были поставить школу в известность, – произнес он. – В наших записях ничего этого нет, а ведь такие вещи мы должны знать.
Миссис Пейдж опустила глаза.
– Я еще не дошла до самого худшего. Я не рассказала вам о ноже.
Олифант моргнул, приоткрыл рот. Он ждал продолжения.
– Когда Гретхен совсем одолела паранойя… когда она обвиняла ту девочку, что та хочет ей навредить… мы нашли нож. У нее в рюкзаке. Охотничий нож. Очень длинный и очень острый.
Она содрогнулась.
– Это был апогей. Вот тогда я перепугалась по-настоящему. Ну, мы, естественно, нож забрали. Да она и в ход его никогда не пускала… Но мы так и не смогли поговорить об этом с Гретхен. Я пыталась, врачи пытались… А она ни гу-гу.
– О Господи, – пробормотал Олифант. – Так вы… – Он вздохнул. – Так вы думаете, ваша дочь представляет угрозу?
Миссис Пейдж закусила губу.
– Я… я…
Олифант задыхался.
– У нас одна девочка обгорела, а другую убили жесточайшим способом. Как будто нам мало трагедий! Для одной школы это уж чересчур. – Его глаза вдруг наполнились слезами. Он вперился взглядом в миссис Пейдж. – Вы же не думаете, что Гретхен?..
Невысказанный вопрос повис в воздухе.
Потом миссис Пейдж почти шепотом проговорила:
– Мне кажется, нам нужно увезти Гретхен от других болельщиц как можно скорее.
43
Гретхен не могла и подумать, что до такого дойдет.
Конечно, в автобусе она была вся на нервах. И это еще мягко сказано. Затянувшаяся перебранка между Сидом и Деврой вскоре переросла в ор на два голоса.
Тренеру Уокер пришлось сходить в конец автобуса и вмешаться. Она потребовала объяснить, в чем проблема. Но эти двое, естественно, как воды в рот набрали. Девра лишь глядела на тренершу с брезгливой гримасой. Сид сидел рядом, его раскрасневшееся лицо блестело от пота. Он уперся взглядом в пол – и ни гу-гу.
