— Если Атли попросит моей руки, я подумаю, — осторожно ответила Леонора.
Да, так она и сделает. Конечно, жаль, что после знакомства с Келси все остальные мужчины кажутся ей скучными и заурядными, однако она и думать не станет, выходить ли замуж за него, если он сделает ей предложение. А он его не сделает…
— Кстати, тебя-то еще никто не звал замуж? — спросила Леонора, надеясь таким образом изменить ход мыслей Клариссы.
Ее подруга состроила гримасу.
— Еще нет. Я возлагаю надежды на мистера Бродшоу. Он состоит на военной службе, и жить ему пока негде, но он из хорошей семьи, и денег у него хватает. А до его наружности мне нет дела.
— И ты согласишься, если он попросит твоей руки?
— Думаю, да, но только если отец одобрит мой выбор.
Леонора внимательно смотрела на свою компаньонку, размышляя о том, что Клариссу трудно понять. Почему она, которой скоро будет тридцать, считает своим долгом просить у отца разрешения на брак?
Впрочем, лорд Челстоук перед отъездом из Бата тоже намекнул, что Леоноре следует просить у него благословения, если она вздумает выйти замуж.
— Ну, ладно, — бодро заговорила Кларисса. — Теперь можно составлять список гостей и заказывать приглашения, верно?
— Да. И еще надо будет заказать цветы. Келси, кажется, не требует, чтобы миссис Паркс украшала его комнаты цветами.
Кларисса быстро строчила в блокноте.
— Пожалуй, нет. — Она сделала очередную пометку. — Цветы. Что еще?
— Оставь список на видном месте, и мы будем дописывать его по мере надобности, — ответила Леонора. — Пойдем скорее одеваться, не то опоздаем на званый вечер!
Дни пролетали быстро. Леонора часто виделась с Келси, так как необходимо было многое обсудить и о многом договориться. Он почти не бывал в клубе и чаще всего целые дни пропадал в городе. Леонора и Кларисса, совершая ежедневный променад в Насосной зале, частенько встречали там Келси.
— Число моих клиентов тает, — объяснил он в один из последних мартовских дней, когда Леонора пожурила его за небрежное отношение к клубу, — так что Дигби отлично справляется без меня.
— Но ведь и у него должно быть свободное время, — напомнила Леонора.
Они находились на Милсом-стрит, где делали кое-какие покупки перед приемом. Келси остановился, встревожено заглядывая в глаза Леоноры.
— И оно у него есть. Быть может, вы хотите, чтобы сегодня вечером вас сопровождал он, а не я? Это легко устроить.
Келси обещал пойти с Леонорой на музыкальный вечер, который устраивала супруга одного из его клиентов, и нанял для этого экипаж. Леонора помнила, что он не выносит концерты, и его предложение весьма польстило ей. Кларисса предпочла остаться дома.
— Разумеется, нет! — возразила Леонора. — Наверное, такие вечера вам не по душе. Я знаю, что вы не любите музыку.
— Только не инструментальную, — ответил он. — Я терпеть не могу лишь так называемые сопрано. Хотя в приятном обществе даже кошачий концерт покажется райской музыкой.
Не замечая намека в его словах, Леонора ответила:
— Полагаю, там будут играть в карты, так что скучать вам не придется.
— Без сомнения, Перри не представляет себе вечер без игры. Но с какой стати мне усаживаться за карты, если при этом я лишусь вашего очаровательного общества?
Леонора густо покраснела. Можно подумать, она девчонка, а не взрослая дама двадцати пяти лет.
— Нет нужды лицемерить, милорд. Мы с вами отлично знаем, что до сих пор находимся в состоянии войны, так как перемирие — вещь временная.
— В самом деле? — поинтересовался он. — Заверяю вас, моя дорогая, что больше не лелею надежд выселить вас с третьего этажа. Напротив, проживание столь утонченной дамы делает мой клуб еще более респектабельным.
В его голосе Леоноре послышалась насмешка. Она резко подняла голову и увидела, что Келси смотрит в ее раскрасневшееся, возмущенное лицо со снисходительным великодушием.
Леонора глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.
— Милорд, у меня нет желания ни ссориться с вами, ни менять свои планы на вечер.
— Леонора, почему вы такая недотрога? — тихо спросил он.
— Н-н-недотрога, милорд? — заикаясь, переспросила она.
— Вот именно, — кивнул он, и в глазах его заплясали чертики. — Кстати, Леонора, почему вы не обращаетесь ко мне по имени? Пожалуйста, зовите меня Блэз — по крайней мере, когда мы одни.
Под пристальным взглядом Келси Леонора опустила ресницы.
— Посмотрите мне в глаза, Леонора, — приказал он.
— Милорд, — ответила она, не поднимая глаз, — мы стоим посреди Милсом-стрит. На нас, должно быть, уже обращают внимание.
Келси рассмеялся:
— Неужели вы боитесь за свою репутацию, мисс Винсент? — и зашагал дальше, раскланиваясь со знакомыми.
— Еще как боюсь! Если хочу удачно выйти замуж…
— Ага! — перебил он ее. — Как все женщины, вы не помышляете ни о чем, кроме брака.
— А разве женщин может ждать что-нибудь иное? Нас воспитывают только ради брака, ведь так? Наша участь — рожать детей мужьям и вести хозяйство в доме.
Леонора замолчала, ожидая, что он согласится или возразит, но он лишь поднял брови, и она заговорила снова:
— У женщины, особенно из хорошей семьи, практически нет шансов заработать себе на жизнь. Я предпочла стать гувернанткой, так как не захотела, чтобы в доме тетки со мной обращались, как с прислугой, а потом выдали бы замуж, чтобы сбыть с рук. Чарлз, оставив мне свое состояние, спас меня и от рабства, и от нищеты. По крайней мере, теперь я свободна и сама могу выбрать себе мужа.
— И что же вы желаете найти в супруге? — мягко поинтересовался Келси. — Каков будет ваш избранник?
Леонора обрадовалась, что они подошли к нужному магазину. Келси вынужден был отворить перед ней дверь, и разговор сам собой прервался.
Келси не пытался возобновить беседу, когда они, закончив покупки, направились домой.
— Итак, — сказал Келси, прощаясь с Леонорой на площадке первого этажа, — я зайду за вами, как мы договорились. Может быть, вам все же угодно будет поведать мне, какими качествами должен обладать ваш будущий супруг. Кто знает, вдруг я смогу представить вам подходящего кандидата?
Глаза его смотрели на нее весело, а губы улыбались, но почему-то Леоноре показалось, что он говорит серьезно, а потому она ответила:
— Блэз, полагаю, вы уже сделали все, что было в ваших силах, чтобы познакомить меня с каждым мало-мальски приличным джентльменом.
— Однако пока вам никто не понравился?
— Никто, — твердо ответила Леонора.
Глава десятая
