в таком лесу. Там небольшая поляна. И огромный дуб. Старый. С трещиной в стволе.
— Там живёт Баба Яга?
— Баба Яга? Не думаю. Баба Яга она ведь злая? В том лесу живёт кто-то добрый. Добрый, но невидимый.
— То есть ты его не видел?
Юле стало интересно. Папа знал очень много. Но он никогда не говорил про волшебство! Он мог объяснить всё на свете, но до этого момента Юля была уверена, что в сказки папа не верит. И тут вдруг он на полном серьёзе рассказывает о чудесах!
— Нет, Юльхен. Не видел. Но мне кажется, он видел меня.
— Кто «он»?
— Сам не знаю. Волшебник. Добрый волшебник. Однажды он спас детей от смерти, а мне отдал одну… вещь.
Юля остановилась. Поражённая услышанным, девочка смотрела на отца широко открытыми глазами.
— У тебя что, есть волшебная палочка?
— Ха-ха-ха… Знаешь, Юльхен, — отец присел на корточки, поправил упрямый завиток, который вечно выбивался, сколько бы мама ни старалась его усмирить. — Однажды… Не скоро, конечно. Ты будешь уже большая. Но, в общем, может так случиться, что мы с тобой уже не сможем поговорить.
— Почему?
— Потому что я уйду.
— Ты бросишь нас с мамой?
— Никогда, — отец нахмурился, стал серьёзным. — Я никогда вас не брошу. Я уйду туда, куда уходят все люди. Сейчас не думай об этом, но придёт время, и ты вспомнишь мои слова. Если я уйду, ты приходи в лес. В этот лес. А когда вернёмся… Знаешь, однажды мы обязательно вернёмся. В Ленинград. Вернёмся и поедем в волшебный лес. Я покажу тебе ту поляну. И дуб. А когда… Когда я уйду, туда, откуда не возвращаются, ты найди его. Найди и приходи. Ко мне. Поговорим.
— Потому что это место волшебное, да?
— Умница…
— Бабушка, ты как? — Дима тронул Юлию Оттовну за плечо. Конечно, никто не пошёл без неё. Разве можно оставить пожилого человека после такого потрясения?..
— Всё в порядке. Идёмте!
Глава 12
Домовому дам конфет,
Хлеб — кикиморе привет,
Чтобы мост пройти нам дружно,
Есть подмостному — ватрушка,
Чёрта встретишь в хлипкой топи —
Дай ему пять капель крови…
Они бежали впереди — босые, счастливые, невесомые… Курносая веснушчатая девчонка, мальчишка с копной соломенных волос и царапиной на носу. Их можно рассмотреть. Услышать. Почувствовать. Каждый из взрослых, послушно идя следом, думал о своих предках. Что, если души детей-призраков так и не нашли покоя? И могут ли они, их потомки, избавившись от «колдовских подарков», сделать так, чтобы их дух уснул, наконец, с миром?
Дети остановились возле моста и стали шептаться. Финский мост. Старый. Прогнивший. Доверия переправа не вызывала. Призрак, конечно, невесом, а вот человек… Больше всех побледнел Елизар, от вида тёмной воды беднягу мутило — слишком свежи были воспоминания.
— Что-то не так, — прошептала Юлия Оттовна.
— Ещё бы, — буркнул Елизар. — Идти опасно. Мост хлипкий, а в воде наверняка полно чертей…
— Дело не в этом, — женщина строго посмотрела на Елизара, поправила очки. — Дети. Их что-то беспокоит.
Призраки встали в круг. Девочка с косичками принялась считать. Звонкий детский голос колоколом бился в сознании каждого:
Домовому дам конфет,
Хлеб — кикиморе привет,
Чтобы мост пройти нам дружно,
Есть подмостному — ватрушка,
Чёрта встретишь в хлипкой топи —
Дай ему пять капель крови…
Закончив, девочка уставилась на взрослых, которые всё это время, едва переводя дух, неслись следом, пытаясь не отстать от призраков.
— Там — черти! В обход идти надо, — заявил Елизар и развернулся.
— Нужна жертва, — Кристина схватила Елизара за рукав и с силой развернула обратно. — Угощение подмостному. Вот только у нас нет ничего…
— Это подойдёт? — Юлия Оттовна извлекла из кармана сложенную салфетку и развернула — там лежал сочник.
Чтобы мост пройти нам дружно,
Есть подмостному — ватрушка!
Дети запрыгали, закружились, захлопали в ладоши. Один из мальчишек подошёл к ним. Он был выше и серьёзнее остальных. Внимательные серые глаза задержались на Марине. Неожиданно он улыбнулся, хлопнул в ладоши, и белая салфетка с угощением голубем полетела к реке.
— Подмостным понравится, — щекастый мальчуган подмигнул Елизару. — Творог они уважают. Пойдёмте.
Каждый из детей взял взрослого за руку: Галинка — Кристину, Петя — Марину, Гришка — Елизара, Полинка — Сергея, и все они пошли по мосту, остановившись на середине.
Прими угощение, подмостный. Поддержи и помоги! За помощь уплачено.
— Дас вундер! — Юлия Оттовна, схватившись за перила, посмотрела вниз.
Над водой появились тёмные ладошки — раздались хлопки и хохот.
Почти сразу за мостом начинался лес. Призраки детей уверенно двигались по известной только им тропинке. Путников окутал густой серый туман.
— Дальше нам нельзя. Бегите прямо! Скорее!
Призраки таяли в воздухе, смех и слова считалочки стихли. Наступила гнетущая тишина. Всем было не по себе, но они упрямо бежали вперёд, боясь опоздать.
— Бег… это… не моё, — пыхтел Елизар, едва поспевая за остальными. — И почему мы должны им верить? Вдруг это… ловушка?
— Возможно, — отозвался Сергей, не сбивая дыхания, — но у нас нет выхода, мы должны помочь.
Елизар с завистью посмотрел на спортивного, атлетически сложенного молодого человека, мысленно пообещав себе заняться спортом. А что? Пить он уже бросил…
Туман, сгущаясь, становился тягучим. Лес расступился, открывая поляну, посреди которой рос огромный, раскидистый старый дуб с трещиной в стволе. Проём зиял, словно… врата в иной мир. С одной стороны дерева в землю был воткнут посох деда Матвея — знакомая рогатина, украшенная яркими ленточками, переплетёнными в ловец снов, с крошечными звонкими серебряными колокольчиками.
Вот только на этот раз всё выглядело совершенно иначе — атлас потускнел, колокольчики проржавели до дыр, а на месте ловца снов дрожала паутина. Древко облепили черви и пауки, а сам старик застыл недвижной каменной статуей, сияющей, словно ртуть. На плече колдуна замер Васька — шерсть дыбом, янтарь выпученных кошачьих глаз потух…
Страх липким холодком скользнул по позвоночнику. Марина прижалась к Сергею, не в силах оторвать глаз от жуткого зрелища. Из расщелины дуба клубилось нечто. Чёрные, словно гарь, нити плели живой занавес.
— Ду либер хаймел, найн! Найн! — прошептала Юлия Оттовна.
Они словно попали в мистический театр, где пространство разделилось на два мира — привычный и… неизведанный…
