даже просто тысячу. Она сейчас в девятнадцатом мире, а ее баланс далек от золотой суммы. Это значит, что реинкарнировать после двадцатого мира она не сможет.
И тут аналитика осенило. Он медленно поднял взгляд на Духа, посмотрел ему в глаза и странным голосом произнес:
– А она и не собиралась.
Он своими ушами слышал, как хост сказала, что не собирается возвращаться в реальный мир. Получается, не лгала. Но тогда… какого черта она вообще делает?
И пока парочка детективов придумывала свой бестселлер, в маленьком мире подходила к концу история недописанного романа «Давай поженимся».
Только с наступлением воскресенья хост отлипла от дивана и стала готовиться к свадьбе. Девушка надела платье, туфли и украшения, а старая система утирала скупую слезу, прощаясь с осточертевшим свинарником.
– Наконец-то! – прыгала на кровати воплощенная система, размахивая руками. – Наконец-то мы съезжаем! Никогда еще я так не радовалась вашему браку! Уж сколько раз довелось выдать вас замуж, но этот – самый лучший.
– И, дай бог, не последний, – усмехнулась невеста, надевая перед зеркалом вторую сережку. На этом ее образ был завершен, и можно было выдвигаться. До полудня оставалось меньше часа.
– Вы бы хоть попробовали получить удовольствие от брака, – укоризненно поджала губы 407. – Остались бы в мире после завершения миссии. Попробовали бы построить здоровую семью. Детей завели, наконец. Хост, неужели вам не хочется детей?
Девушка обернулась и непонимающе уставилась на систему. Дети? Вот уж о чем она никогда не думала.
– Здоровая семья? С кем? С этим психованным главным героем? Детка, чтобы построить здоровую семью, в паре оба должны быть хотя бы вменяемыми. К тому же зачем мне дети? У меня есть ты, ха-ха. А еще периодически подкидывают разных приемышей вроде 007. Так что нет, обойдусь, пожалуй.
– Зря вы так. Хоть бы попробовали, – разочарованно вздохнула несостоявшаяся сваха. – Ну и ладно. В чем-то вы правы. Герои нам попадаются не приведи господь. К слову о них! Вы уже нашли местного героя? За кого замуж-то пойдем?
– О! Это будет сюрприз! – весело рассмеялась невеста.
Стянув с комода ключи, она переступила бардак, а 407 развоплотилась, так как не обладала подобными навыками. Красавица в белом платье ушла, а в квартире затихало эхо ее зловещего смеха. Она даже не заперла дверь, ведь возвращаться уже не собиралась.
В этот знаменательный день стояла пасмурная погода. Тяжелые грозовые тучи сгустились над городом, а улицы будто вымерли. Нигде не работали магазины, не бегали вечно занятые пешеходы, не горели фонари. Город словно опустел.
Через сорок минут дорогая машина остановилась, перед единственным освещенным зданием. Дверца открылась, и на асфальт ступила аккуратная белая туфелька. Невеста в день свадьбы была прекрасна, а в ее потемневших от открывшегося зрелища глазах отражались сполохи пламени.
– Какого… черта? – 407 в своем системном пространстве с ужасом уставилась на экран. У нее было полное ощущение того, что вместо романтической истории она смотрит фильм-катастрофу. Сколько миров старая система уже прошла с хостом, но такого еще не видела.
Однако хост будто и не удивилась. С легкой улыбкой на губах красавица-невеста не спеша пошла по залитой кровью дорожке, переступая многочисленные трупы. Взгляд ее падал на бледные лица мертвецов, отмечая, что все они ей известны.
Здесь были и подружки из клуба, и официант из кафе, и даже отец главной героини. Все, кого она успела встретить за дни своего пребывания здесь, лежали на земле в неестественных позах.
Хост без страха переступала тела персонажей и шла туда, откуда лился звук органной музыки – в объятую пламенем церковь. Кажется, снова играет «Призрак оперы»?
От громкости музыки дрожала даже земля. 407 на секунду подумала, что этот грохот, должно быть, слышит весь город. Ситуация становилась все более жуткой, когда старая система вдруг услышала тихий смешок своего хоста:
– Хах, смотри-ка. Сработал план.
Она будто сама с собой разговаривала, и если бы 407 не была у нее в голове, то вряд ли бы услышала это замечание. Широко распахнутыми глазами система смотрела на экран и видела лица тех, через кого переступала невеста в белом платье.
Ной.
Тони.
Тейлор.
Все три кандидата были глубоко мертвы, но мир почему-то все еще держался. Наверное, только в этот момент 407 поверила, что никогда не поймет ход мыслей хоста. Какой, к черту, план?!
За белыми туфлями тянулся кровавый след, а подол подвенечного платья окрасился в алый цвет. Красное на белом. Это могло бы быть красиво, если бы не было так ужасно.
Пара братьев из тату салона и добрый доктор тоже лежали здесь, широко распахнув глаза. В них застыл такой ужас, что 407 ненароком коснулась головы, проверяя, не появились ли там седые волосы. В ушах старой системы гремела органная музыка, наводя еще больший ужас.
И тем страшнее ей казалось поведение хоста. Ни на секунду ее подопечная не замедлила шаг, продолжая ступать по кровавым лужам в неторопливой манере.
Возле самых ступеней храма хост на секунду замедлилась. Дорогу ей преграждало тело матери главной героини. Эта женщина уже давно должна была покинуть страну! Как могла она оказаться здесь? Да что же тут, в конце концов, происходит?!
Обезумев от горя, система оценки использовала карту воплощения и упала на колени возле тела матери. Это для трансмиграторов эти миры были всего лишь ожившей книгой. Но для персонажей все было реальным. Любимая мама, ради здоровья и благополучия которой Молли старалась и шла на риск, была жестоко убита каким-то монстром. Серийным убийцей!
Цепляясь за остывшее тело, Молли кричала и плакала, но хост лишь едва слышно вздохнула и продолжила путь. Она вошла в объятую пламенем церковь и устремила взгляд вперед. Там, за алтарем, стоял огромный орган во всю стену. Он был настолько большим, что сидящий перед ним юноша мог бы быть и вовсе не замечен.
Но это было не про него. Бледные пальцы нажимали на клавиши, а огонь пожирал иконы, гобелены и деревянные скамейки. С легкой улыбкой на губах хост пошла вперед, а искры падали на белоснежный подол, прожигая в нем черные дыры. От жара полопались витражные окна, осыпая разноцветными осколками церковный двор.
Хост на это только тихо усмехнулась:
– Какая невеста, такие и лепестки.
Нормальных невест осыпают розами, но на ее свадьбе были только осколки стекла, а вместо алых лепестков – окровавленный подол подвенечного платья. В разбитые окна врывались потоки ветра, подхватывая искры и
