захлопала ресницами.
— Нет. Помню только, как я замёрзла, а потом перед глазами возник образ Райварта и я провалилась в обморок.
— Кто такой Райварт?
— Неважно. — Села на кровать и махнула рукой. — Не отвлекайся.
— Ну хорошо. Когда вы упали, я долго не знала, что делать? Дотащить вас до вашей комнаты, у меня бы точно не вышло. Торнтон спал как медведь в зимнюю спячку. Тогда я пошла за миссис Пионией, взяв с неё обещание молчать. Вместе мы подняли вас наверх и отнесли в вашу комнату. Затем я вернулась, закрыла люк и спрятала ключ.
— И это всё? — Охнула, не зная, что сказать?
— Ну да. — Пожала плечами помощница и протянула мне ключ от люка.
— Миссис Пиония точно не проболтается? — Настороженно спросила, пряча ключ в ладони.
— Точно. Не переживайте.
— Хорошо, иди тогда. Скажи кухарке, что завтрак можно накрывать, я сейчас спущусь.
Когда Люси ушла, я закрыла за ней дверь и сразу же направилась в гардеробную. Там в шкафу, где лежали шляпки, я нашла бархатную коробочку, от которой холодели ладони. Открыв её, взглянула на ошейник, украшенный чёрными бриллиантами и только сейчас увидела небольшое кольцо, которое крепилось к основанию. Именно на это кольцо надевалась та цепь, которая была сейчас в хранилище.
И теперь я точно знала, что буду делать сегодня ночью? Вернусь к люку, под кроватью Ядриса, и спущусь в хранилище, а там соединю два эти украшения. Ошейник и цепь.
Я пока не знаю, как буду это делать, и смогу ли выдержать тот холод, который исходит от цепи, но чувствую, что сделать, это просто необходимо.
Закрыв крышку коробочки, спрятала её между двух шляпок и вышла из гардеробной. Приведя себя в порядок, я направилась в столовую на завтрак, но, находясь на лестнице, услышала громкий стук в дверь.
Посмотрела вниз, в коридор, надеясь увидеть Торнтона, но там никого не было.
Ну старик, неужели опять ушёл спать? Хороша настойка. Надо будет сегодня ещё ему налить, пока я буду находиться в хранилище.
Подумав об этом и улыбнувшись своим мыслям, я подошла к двери и открыла её.
Сердце на мгновение замерло, и я забыла, как дышать.
— Вы? Что вы здесь делаете?
— Леди Айзант, мы не виделись один день, и вы все позабыли. — Райварт улыбнулся мне, и я посмотрела в его чёрные как ночь глаза, где по краям плясали жёлтые крапинки. Я видела их вчера ночью, а сегодня вижу вновь, только уже перед собой.
— Разве? Позабыла? — Хмыкнула и сложила руки на груди. — Хотите пройти, я как раз решила позавтракать.
— Приглашаете? — Встряхнул пятернёй свои волосы и до меня донёсся запах горной смолы. Самый приятный запах в мире. Мне так казалось.
— Да. — Прикусила нижнюю губу и показала рукой, что можно войти. Улыбнулась глазами и глубоко вздохнула, стараясь унять колотящееся сердце.
— Буду рад. Я как раз ещё не завтракал. — Входя, произнёс капитан Ястреба, осматриваясь и довольно улыбаясь. — Так вот, значит, где живёт вдовствующая леди Игхит?
— Ужас! Фу! Не называйте меня так. — Поморщилась и закрыла за мужчиной дверь.
— Простите, леди Айзант, не думал, что это вас так расстроит?
— Не совсем так. Это не то чтобы меня расстроило, скорее напомнило о матери моего мужа — вдовствующей леди Игхит, которая вчера скончалась от разрыва сердца, когда узнала, что её единственного сына больше нет в живых.
— Мне жаль. — Посмотрел на меня сочувствующим взглядом. — Наверное, это очень тяжело потерять в одну неделю и мужа и свекровь?
— Пойдём в столовую, лорд Транум, завтрак уже накрыли. — Я оглянулась и увидела Люси, выходящую из кухни. — Люси, принеси приборы лорду Трануму, он останется на завтрак.
— Да моя леди. — Помощница посмотрела на гостя и улыбнулась, а когда Райварт вдруг повернулся и взглянул на Люси, вспыхнула и залилась краской.
— Очень хороший дом, — произнёс Транум, входя в столовую и подходя к окну, — значит ты тут жила, когда была замужем за своим Ядрисом?
— Да. Этот дом принадлежит семьи Игхит. — Я встала рядом с Цугой. — Скажи, зачем ты пришёл сюда?
— Моя Фиори, только не говори, что ты не рада меня видеть? — Подмигнул и, взяв мои руки в свои, поцеловал.
— Это не так. — Засмущалась я то ли от горячего поцелуя в ладонь, то ли от нескромного вопроса. — Просто я не ожидала. Понимаешь, на этой неделе будут похороны, объявление завещания и у меня столько дел. А ещё вчера я кое-что нашла… — ляпнула и осеклась. Рассказывать Цуге о цепочке и ошейнике было глупо. Ведь я почти не знала этого мужчину.
— Что нашла? — Наклонился ко мне и намотал на палец локон моих волос, шумно втянул воздух и поцеловал меня в шею. — Я не видел тебя сутки, но кажется, что целую вечность.
— Цуга, — подалась к нему, чувствуя, как подкашиваются у меня ноги, а его дыхание, такое горячее обжигает кожу до мурашек и случайно вырвавшегося стона.
— Моя Фиори, — щёлкнул пальцами и в его руках появился бутон розы. Поднёс к моему носу, и я вдохнула тонкий аромат цветка, закрыла глаза, понимая, что не могу сопротивляться напору мужчины.
А затем, ощутила на собственных губах пряный вкус моего капитана. Его поцелуй был как глоток свежего воздуха в жаркий день. Он прижался ко мне всем телом и его руки легли на попу, чуть сжимая.
И я сквозь лёгкое платье и бельё ощутила всем естеством его желание. И оно было большим, нестерпимым и невероятно жгучим.
Если бы не Люси, которая вошла в столовую без стука, думаю, Цуга лишил бы меня невинности прямо на столе в столовой. И я бы точно, не стала препятствовать этому, уж больно сильно я желала этого мужчину, а ещё моё сердце подсказывало, что лорд Транум был особенный.
— Простите, леди Айзант, — опустила глаза моя помощница, — я не знала, что вы тут… эм… заняты.
С трудом оторвавшись от губ Райварта и убрав руки, которые гладили мою разгорячённую кожу, ответила.
— Говори, Люси, что хотела?
— К вам пришли. Мужчина. Высокий, красивый, светловолосый.
— Странно, я никого не жду.
— Он представился?
— Да. — Кивнула Люси. — Это лорд Эдфорд Транум. Наша влюбленная парочка, лорд Райварт Транум и леди Айзант Игхит. Здесь они целуются и еще не знают, что за весть принес один из младших братьев Транум.
Глава 32. Он не любит меня.
— Пригласи его. — Сказала я Люси. — И принеси ещё один комплект приборов. Может, лорд Транум согласится разделить с нами завтрак?
Посмотрела на Райварта. На лице его проскользнуло недовольство, которое
