чуть больше газа, чем нужно, то перевалимся через руль и расшибем себе головы об асфальт.
Нет уж, спасибо.
И тут я ловлю себя на мысли, что, кажется, все уже давно смирились с моей исключительностью и не возражают против этого. Они заводят свои мотоциклы и следуют за мной по подъездной дорожке, пока мы не выезжаем на дорогу. Малик едет практически рядом, а переднее колесо его мотоцикла находится на одном уровне с моим коленом. Оглядываясь назад, я вижу дюжину фар, а может, и больше. Адреналин, бурлящий в моей крови, не похож ни на какой другой и уступает только тому, что я чувствую рядом с ней.
Будучи чертовски уверенным, что Коре понравится это полуночное свидание, я достаю свой телефон и набираю номер, который был у нее в последний раз. Я прикрепляю телефон к держателю на панели перед собой, а наушник в моем шлеме издает звуковой сигнал, когда начинают идти гудки.
Черт возьми, самое время купить ей новый телефон.
– Алло, – ее голос звучит хрипловато, но уже за полночь и, возможно, она просто спала.
– Привет, цветочек, – отвечаю я. – Что ты делаешь?
– Я у нас дома, – шепчет она. – А где ты?
Мое сердце колотится сильнее, едва она произносит слова «наш дом». В эту минуту я мог бы умереть счастливым, оставив позади все мысли о гневе и адреналине.
Серьезно! Можете убить меня прямо сейчас, лишь бы в ушах продолжали звенеть эти слова.
– Вульф?
– Я здесь, – отвечаю я. – Кое-что обдумываю.
– И что именно?
– Как я могу украсть тебя, – признаюсь я. – Потому что у меня такое чувство, что ты там не одна.
– Ты хочешь приключений? – Судя по тому, что она стала говорить громче, мне удалось ее заинтриговать. – Прямо сейчас?
– Да, что на тебе надето?
Клянусь богом, я чувствую, как она улыбается.
– Трусики и рубашка, – медленно произносит она, смеясь себе под нос. – Возможно, она твоя, – добавляет Кора, и я улыбаюсь.
Я мысленно сказал «спасибо» парню, который дал мне этот шлем, ведь благодаря ему наш разговор остается приватным.
– Как она выглядит?
– Темно-зеленая. Совсем как твои глаза, когда ты гонишься за кайфом.
Как сейчас.
– Поэтому ты позвонил? Хочешь погоняться за кайфом?
– Я хочу поймать кайф вместе с тобой.
Когда мы подъезжаем к центру города, я машу Малику, и он проезжает вперед, а я отрываюсь от стаи, намереваясь встретиться с Корой. Убедившись, что никто не следует за мной, я набираю скорость и лечу обратно к дому. Моему дому. Нашему дому.
– Надень джинсы, – говорю я, прерывая наше молчание. – И сапоги.
– А что мне надеть сверху? Или мне лучше пойти без рубашки?
Прежде чем я успеваю остановить себя, откуда-то из глубины моего горла вырывается рык.
– Надень что-нибудь закрытое и скромное. Например, водолазку.
– Боже, – смеется она. – Ты серьезно?
– Если будет нужно, я просто сорву ее с тебя. – Я сворачиваю на нашу дорогу и через несколько мгновений оказываюсь на месте.
Когда свет моих фар проносится над крыльцом, я вижу, что опоздал. Опустив ноги на землю, я глушу мотор, так как это единственное, что я могу сделать в данный момент.
Она чертовски великолепна и, по крайней мере, хоть в чем-то послушалась меня. На Коре темные джинсы и сапоги, максимально похожие на те, что она носила раньше и копию которых нам было трудно найти. Но ее красный атласный кроп-топ… Черт, даже отсюда я могу видеть ее соски. Топ обнажает полоску ее плоского подтянутого живота, и я немедленно до боли прикусываю свою губу, пытаясь сдержать стояк, но уже слишком поздно. Мой член твердеет в моих штанах, и я испытываю дикое желание раздеть ее прямо сейчас.
Позже, – обещаю я себе.
Когда мы останемся наедине.
В свете фар моего мотоцикла Кора поворачивается сначала в одну сторону, а потом в другую, и я могу разглядеть джинсовую куртку, которую она держит в одной руке, и телефон в другой.
– Итак, ты думаешь, мне стоит переодеться? – спрашивает она, снова поднеся телефон к уху.
– Черт! – стону я, и ее смех эхом отдается в моем черепе.
Еще один звук, который я хотел бы сохранить в своей памяти навсегда.
Я остаюсь сидеть на мотоцикле, пока она приближается ко мне, все еще танцуя под какой-то ритм, который слышит только она.
Дьявольское маленькое чудовище.
Я снимаю шлем и кладу его на колени, а Кора улыбается еще шире, увидев мое лицо. Завершив вызов, она убирает телефон в задний карман. Она все еще слишком далеко от меня, и я укоризненно смотрю на нее.
Когда Кора наконец подходит ближе, я притягиваю ее к себе и скольжу ладонями по горячей коже ее талии и спины. Мой поцелуй – крепкий, почти дикий, но она, кажется, не возражает и, слегка наклонив голову, отвечает на него. Она вцепляется зубами в мою нижнюю губу, покусывая и потягивая ее, и я стону ей в рот.
Черт, кажется, я не в себе.
Кора выгибает спину и прижимается своей грудью к моей; мне требуется вся моя сила воли, чтобы отстраниться. Мы дышим в унисон, а когда Кора кладет руки на мои плечи и затем проводит большим пальцем по моим губам, я понимаю, что теперь ее красная помада размазана по ним.
Я облизываю губы и чувствую вкус, который, должно быть, она ощущает каждый раз, когда ее губы накрашены и она облизывает их. Вкус не такой уж неприятный, и мне нравится, какой растрепанной она выглядит после нашего поцелуя. Только вот скоро нам предстоит появиться на публике.
– Надень. – Я забираю из ее рук джинсовую куртку и расстегиваю ее.
– Да, сэр! – хмыкает она.
Мой гребаный член снова дергается, когда я помогаю Коре просунуть руки в рукава куртки, а затем хватаю за запястья и, не дав высвободиться, наклоняюсь ближе.
– Не называй меня сэром, если не хочешь, чтобы я взял командование на себя, цветочек.
– Почему ты думаешь, что я не хочу, чтобы ты командовал? – Она наклоняет голову и с удивлением смотрит в мои глаза.
Отпустив ее, я качаю головой и даю волю смеху.
Потому что ей это нравится. И если бы сейчас я засунул руку в брюки Коры, думаю, ее киска сказала бы мне о том же.
– Позже, – говорю я. – Садись.
С легким стоном она забирается на мотоцикл позади меня и надевает второй шлем, который я теперь всегда вожу с собой. Как только она обхватывает меня за талию, я надеваю свой шлем и нажимаю на газ. Не отрывая
