баночек с огурцами. Кажется, там появилась плесень.
К моему счастью, в доме была печь. И, хвала богам, я умела ее растапливать благодаря Риа. Дров в доме не было, но Риска с ребятами и об этом позаботились, оставив на первое время небольшую связку.
Видимо, волчица не вернется, раз делает все возможное, чтобы я смогла прожить первое время.
Воды в доме не было, но мне повезло: старое ведро наполнилось дождевой водой за ночь. Немного совсем, но нам хватит.
Я почувствовала облегчение.
Вскипятив воду, я осторожно стала раздевать мага, с ужасом смотря на то, сколько ран у него осталось после сражения. Невероятное множество свежих, еще не заживших порезов, следов от огромных когтей на груди. Рваная рана на плече загноилась, на спине кровил след от острого лезвия, а то, что осталось после удара стрелы, и вовсе выглядело отвратительно.
Прокипятив ветошь, я потратила последние запасы алых ягод: сделала из них кашицу, нанесла на раны, сменила воду, еще раз прокипятила ветошь на всякий случай, а затем уже принялась за травы, оставленные волчицей. Раны, которые не казались такими ужасными, я промыла и обработала как могла, но маг не просыпался, а я продолжала волноваться, глядя на то, как он еле-еле дышит.
Постепенно я привела дом в порядок. На это ушло много дней, зато результат того стоил.
Каждый день приходилось менять повязки. Кормить раненого было сложно — он так и не пришел в себя. Приходилось отпаивать его теплым бульоном и травяным отваром.
Неподалеку от дома я нашла нужные травы, так что с этим проблем не было. Запасы, оставленные Риской, истощились быстро, идти в город я боялась, так что приходилось все делать самой: магия сковывала добычу, а клинок с легкостью лишал ее жизни.
Видела бы меня мама!
Неподалеку от дома находилось лесное озеро. На болотистой местности росли съедобные ягоды, мясо удавалось достать самой, так что мы точно не пропадем.
Риска так и не пришла ко мне.
Изредка я находила следы огромных волчьих лап неподалеку от дома, иногда под крыльцом появлялись овощи и фрукты, но в душе при этом зияла огромная дыра. Пес все чаще стал где-то пропадать, приходил весь в грязи и с кровавыми следами на шерсти, но при этом казался довольным. Может, он уже нашел Риску? Тогда с кем воевал?
Свет в доме привлек пушистых гостей. К порогу пришла старая черная кошка, в кустах довольно часто мелькал лисий хвост, а в дупле огромного дерева, рядом с домом, примостилась огромная сова, с интересом рассматривая новых хозяев.
Кочевник все же пришел в себя. Вечером, сразу после того как Пес нагулялся в лесу и принес парочку клещей, я погасила свечи, впуская в дом тишину и покой.
Темнело в этих краях быстро, а небо всегда озарялось бесчисленным множеством ярких звезд. Они дарили свет, успокаивали, позволяя насладиться моментом и как следует подумать о своем будущем. Не знаю, как долго я всматривалась в ночное небо, но стоило повернуть голову, как по всему телу пробежала дрожь.
Яркий свет желтых глаз…
Я и забыла, какой у него взгляд.
— Ведьма, — голос мага был слаб, но не дрожал, в теле сил не было ни на что, так что мужчина не двигался, — почему я жив?
Он говорил до безумия тихо, пытался сменить положение, но ничего не вышло. Пес при этом поднял голову, завилял хвостом, раскрыл пасть и от радости высунул язык набок. Его задние лапы скребли по полу, а хвост подметал пол со скоростью электровеника. Надо же, нашел себе еще одну любовь всей жизни?
— Ты не ответила…
«Я спасла тебя», — объясняться жестами было сложно, но писать мне было не на чем, да и нечем. Не с первого раза, но Кочевник все же понял, что я хотела сказать.
— Зачем? Я умирал, я был ранен! Я обращался…
Маг зашелся кашлем, долго переводил дыхание и к разговору так и не вернулся. Я уже привычно легла на небольшую скрипучую кушетку, укрылась пледом и провалилась в сон.
Наконец-то я почувствовала облегчение: выживет.
Дни сменялись ночью, с каждым восходом солнца становилось теплее, я расчищала дом, заколотила досками разбитое окно. Все это время колдун молчал, наблюдая за тем, что и как я делаю, и не лез в мои дела. Пес при этом не отходил от него, вечно вился возле кровати, путался у меня под ногами, лез под руку за куском мяса, а также охотился на крыс, делая всю работу за приблудную кошку. Одну из серых тушек он притащил мне на кушетку. Ох и знатно я жестикулировала, посылая несчастного в несусветные дали, да только какой в этом толк, если надо мной даже собака смеется? Маг тоже рассмеялся, потом скривился от боли, но наконец-то смог сесть в кровати.
Перевязки ему больше не требовались, а вот мышцы разрабатывать было необходимо. Я помогала ему, выполняла указания, разминала мышцы рук и шеи. С первым же движением мужчина взвыл, не ожидая того, что будет так больно:
— Зачем спасала, если убить собралась? — охнул колдун, возмущенно вытаращив глаза. — Ты что, на каменоломне работала? Я не шучу, я серьезно спрашиваю…
Я лишь покачала головой, пожала плечами и продолжила массаж, разминая мышцы уже не так сильно.
— Все же откуда ты? — не унимался колдун. Было видно, что ему надоело сидеть в доме: он стал более подвижным, молча помогал на кухне. Иногда я возвращалась с охоты, а на столе уже лежали очищенные овощи. И неважно, что сегодня я не собиралась их готовить…
— Сэра, я знаю, что ты не из Лирдера. Хозяин замка такую ведьму не пропустил бы мимо себя. Почему ты молчишь? Ты не больна, с тобой все в порядке… Это обет молчания? Или магия? В любом случае я могу попытаться помочь, так что…
Стоило Кочевнику протянуть ко мне руки, как я отскочила в сторону. Да, я спасла его. Но не перестала бояться.
Иногда мне казалось, что его взгляд проникает в самую душу, будто он видит что-то важное. Видит и понимает суть человека. Его тихий голос постоянно заставлял вздрагивать — столько силы в нем ощущалось, несмотря на то, как он был изранен.
— Тебе придется пойти в город. Ты и сама поняла, что никто из старых знакомых к тебе не вернется. Охотой ты не проживешь, к тому же этот дом хоть и потерял своего хозяина, но неизвестно, кто может прибиться к порогу. И как долго ты собралась тут жить? Рядом
