телефону набрасывали идеи — но не могли никак встретиться. Пока у Прусикина не родилась англоязычная песня «Я каждый день бухаю».
Демка не выглядела актуально, и, чтобы ее поправить, нужен был саунд-продюсер. Пязок поехала к Сергею Макарову по прозвищу Гокк и спросила, знает ли он какого-нибудь звукаря, который захочет с ними поработать. Сергей сказал: «Да, знаю. Это я». Звукорежиссер Макаров играл на басу в рок-группе Jane Air, и это очень понравилось Прусикину. Узнав об этом, солист только что созданной Little Big предложил позвать еще одного участника той же группы — в качестве МС: «Блин, Антоха Лиссов очень крутой, свободно себя чувствует на сцене — давайте его пригласим», — так в dream team оказался тот самый «чувак с черными губами». Почти сразу в коллектив попала и бэк-вокалистка Софья Таюрская, правда, долгие годы ее не светили. Девушка была занята на других проектах и не могла выступать.
Клип Everyday I’m Drinking снимают всего за тридцать тысяч рублей в обшарпанных питерских квартирах и на фоне заснеженной заброшки, но креатив безумно понравится пользователям YouTube, и ролик просто взорвет пространство. Так, шутка затянется, а Little Big превратится в главную российскую группу последних лет. «В истории Little Big вообще много случайностей. Группы все равно могло не быть, если бы нас не позвали на разогрев к Die Antwoord. Мы такие: „Воу-воу, у нас нет песен!“ — „Но у вас есть месяц“. И мы написали шесть песен, сняли клипы, они разошлись. Никто не думал, что мы будем на этих песнях зарабатывать. Так вышло»{94}, — говорит Прусикин.
Но в самом начале про большие заработки речь не идет. В первые годы Ильич, Эльдар Джарахов, Пязок и жена Прусикина Ира Смелая живут в одной квартире, и денег тотально не хватает. На кухне стоит копилка, куда все соседи кидают мелочь, а потом периодически все оттуда вытряхивают, задавшись насущным вопросом: «Что покупаем: гречку или сигареты?» На первых своих видеоклипах парни работают и осветителями, и режиссерами, и актерами, и грузчиками. В ролике Dead Unicorn по сценарию должна появиться чугунная ванна, и худощавый фронтмен затаскивает ее на локацию собственноручно, вместе с саунд-продюсером Гокком. «Падали от усталости уже до начала съемок — а там два съемочных дня; и нам еще в кадр… Господи…»{95} — содрогается сегодня Илья.
Изначальная фишка Little Big — две маленьких участницы в составе группы — скоро перестала быть актуальной. Обе малышки-лилипутки, как их называли поклонники, покинули музыкальный коллектив — не смогли совмещать с основной работой. Анна Кост ночью работала аниматором в клубах, а днем — воспитательницей в школе, и дети узнавали ее по видеоработам и не давали прохода, находиться в учебном заведении стало нереально. Следом ушла и Олимпия Ивлева, она пыталась сниматься в кино, качать свой YouTube-канал, потом уехала на Бали. «Почему люди хотят славы? Они хотят привлечь к себе внимание, правильно? Хотят, чтобы их запомнили. У меня этого навалом 24 часа в сутки. Я априори этого не хочу, у меня обратный эффект происходит», — с усталостью от вездесущей популярности пояснит она свой разрыв с любимой командой Нежному редактору и пропадет из эфира на пару лет. Позже выяснится, что уход от Ильича подействовал с точностью до наоборот. На миниатюрную девушку навалится апатия, случится творческий кризис и, словно обухом по голове, бомбанет проблемами в личных отношениях. «Я находилась в состоянии, близком, наверное, к депрессии. Скорее, это состояние глубокой апатии. Началось оно после того, как я сменила свой род деятельности. Очень долго искала, чем я хочу заняться, очень многое пробовала в разных областях: и в бизнесе, и в творческой сфере деятельности, и в спикировании»{96}, — так Олимпия объяснится со зрителями, вернувшись из небытия на YouTube. Новые ролики соберут крохи просмотров. Фанаты Little Big за время отсутствия Ивлевой успеют полюбить новую солистку — Софью Таюрскую.
Мощные треки на английском приглянутся и нашим, и вашим — коллектив поедет на гастроли во Францию и по другим странам Европы, везде их будут принимать на ура, причем не выходцы из СНГ, а местные жители. Меметичные клипы, безусловно, сыграют свою роль. Причем с самого первого: «Everyday I’m Drinking» откопает французский ютубер, и видос завирусится на родине Эйфелевой башни — именно европейцы дадут ему достаточно большую часть просмотров. Это вызовет зависть коллег. Очень многие артисты в России мечтают покорить Запад, но практически всем, кто пытается, не везет, а у каких-то блогеров со странными песенками это почему-то выходит. «Я не какой-то гений, я просто Илья Прусикин, который попробовал это сделать без всяких: „Ой, не получится“. Действительно, у подавляющего числа музыкантов, клипмейкеров есть ощущение, что мы никому не нужны за границей, — делится секретом успеха глава „маленькой-большой“ группы в разговоре с редактором журнала Forbes. — И мне все говорили: „Ильич, ну ты же понимаешь, что ни черта не получится ни тут, ни там“. А я тогда думал: „Не получится и не получится, какая разница? Главное, что мы попробовали“. А все остальные боялись попробовать и оказаться ненужными. Но когда ты осознаешь, что тебе нечего терять, ты идешь на риск. У меня до двадцати семи лет вообще ничего не получалось. Я был безработным, и меня никуда не брали на работу, даже пиццу разносить. Возможно, что это и подстегнуло меня»{97}.
В России гонорар за выступление интернет-умельцев составит круглую сумму в пять миллионов рублей — столько же в тот момент берут Лобода и Стас Михайлов, а Киркоров — чуть больше, шесть. Радиостанции, которые долго говорили, что их треки не формат, начинают крутить их запоем. В этот момент Прусикин наконец, перестанет беспокоиться о будущем — что будет есть, как заплатит за квартиру. Он слишком хорошо помнит тот период в жизни, когда не знал, будут ли завтра хоть какие-то деньги, и сильно не хочет туда возвращаться: мечтает, чтобы родившийся сын не повторил его собственной биографии с битвой за выживание. А потому бесконечно вкалывает и заставляет других. Выходных у него нет, и тратить финансовые излишки толком не получается. Вопрос с новой одеждой помогает решить стилист, который привозит вещи на съемки. Если Ильичу что-то нравится, он просто оставляет съемочные костюмы себе.
Жирным восклицательным знаком в звездном пути становится композиция Skibidi. Всенародный хит, ставший по традиции мемом, тоже появится случайно. Прилипчивый мотив, который несколько дней напевает Илья, усилят на студии звукозаписи воплями животных —
