сдержанно наблюдать.
Не представляю, что первым сказать Маргарите. Как объяснить ей, что у меня на душе?
С чего вообще начинают подобные разговоры?
Пока размышляю, объявляется Перс. Он спрыгнул с подоконника, забрался на кровать и замурлыкал как паровоз.
— Все в порядке, — машинально отвечает Маргарита.
Дверь в палату с грохотом отворилась. Внутрь вихрем залетает рыжая бестия, а за ней трусцой следуют Зоя и Хлоя.
И как они все разом почувствовали⁈
Нет. Так я с Марго никогда не поговорю.
— Ну наконец-то! — Алетта бесцеремонно повалилась на кровать, проигнорировав то, что на ней уже нет свободного места.
Нагло сдвинув Перса и кронпринца в сторону, она заключила Маргариту в объятья. Та нервно закашлялась от ее усилий.
Я еле сдерживаюсь, чтобы не сделать Алетте замечание.
— Будь ты в отключке еще дольше, точно бы задушила, — весело хохочет Алетта на кашель подруги.
— Как ты, Марго? — поинтересовалась у девушки Хлоя.
— Хорошо. И ломка, на удивление, прошла, — Маргарита поднялась на локтях и с подозрением зыркнула в сторону кронпринца.
— Я ничего не делал, — заверяет он. — Тебе вкололи сильнодействующее лекарство, угнетающее все возможные боли и их побочные эффекты. Очень редкое и дорогостоящее. А еще вызывающее привыкание, если переусердствовать.
— Что там про привыкание?
— Ой, не бойся! Оно возникает только после пяти применений за короткий промежуток времени, — делится знаниями Алетта.
— Именно. Тебе укололи только три дозы, — поддержал кронпринц, на что Маргарита сдавленно поперхнулась.
Они все так воодушевленно общаются, совершенно забыв про мое присутствие. Неприятно. Будто я привидение какое, а не ректор академии.
Пора уже вмешаться.
— Донна Маргарита, после несчастного случая я сразу перенес вас обратно в академию. С большой потерей крови, с инфекционным заражением после укуса и с побочками от… ваших неудовлетворенных потребностей суккуба. В общем в критическом состоянии. Оценив риски, я по своим каналам достал лекарство. И взял организацию лечения под личный контроль. Но всё равно вы были в отключке больше недели.
— Э-эм… — Маргарита удивленно хлопает глазками в мою сторону, при этом тесно прижимаясь к кронпринцу. А он, довольный как кот, обнимает ее.
Адептки смутились, что не замечали моего присутствия раньше. Они притихли как мышки.
— Кому-то пора на занятия, — с явным намеком обвел всех лишних адептов взглядом. — Иначе рискуете опоздать и нарваться на неприятности.
— Мы зайдем позже, — буркнули девочки и синхронно попятились в сторону двери.
А вот Мальтерлау не спешит покидать палату, чем заслужил мой многообещающий взгляд.
— Вашему Высочеству требуется особое приглашение? — вопросительно поднимаю бровь.
Я скрестил руки на груди в ожидании. Несколько секунд мы смотрим друг на друга в упор. Атмосфера в палате незаметно накаляется.
Неужели кронпринц посмеет бросить мне вызов и ослушаться моего слова?
Он должен понимать, что папочка его здесь не прикроет. Даже сам король предпочитает не наживать себе такого врага как я. Себе дороже.
— Не нужно, — наконец отвечает Мальтерлау и как ни в чем не бывало улыбается. — Мне и правда стоит поспешить.
— Ты придешь вечером? — схватила его за ладонь Маргарита.
— Обязательно, принцесса моя, — нежно произнес кронпринц и прижался губами к ее в мимолетном поцелуе. — До встречи.
Его поцелуй с Маргаритой неприятно резанул по душе. Начинаю ненавидеть кронпринца. Вот почему он?
Это ведь я спас Маргариту. Я перенес сюда. Я нашел для нее лекарство. Так что этот поцелуй причитается мне, а не ему.
Да, я ревную. Признаю. И каюсь.
Прежде чем выйти из палаты, Мальтерлау награждает меня долгим изучающим взглядом. Я отвечаю тем же.
— Как ваше самочувствие, донна Маргарита? — распорядилась медсестра, стоило покинуть палату посторонним.
Нет, это невыносимо. Когда уже все уйдут?
— Все хорошо. Думаю, я могу приступить к занятиям.
— Если всё действительно так, то выпишу вас завтра, — соглашается медсестра и ставит перед Маргаритой лечебный отвар. — Это надо выпить. Зайду к вам позже для обследования.
Как только медсестра выходит, Маргарита садится на край кровати. Ее больничная сорочка задралась до самого бедра.
Девушка не замечает этого и спокойно пьет отвар, при этом смешно сморщив нос. И периодически поглядывает на меня.
А я еле держусь, чтобы не смотреть на ее открытые ножки. Вот что за напасть?
— Донна Маргарита, сожалею, что так вышло. Сейчас вашей жизни ничего не угрожает.
— Спасибо, дан Рафаэл. Если бы не вы, я бы погибла, — она стыдливо отвела взгляд. — Меня теперь исключат?
— За что?
— Я завалила практику. Полагаю, единственная, кто завалил. А в уставе академии достаточно ясно изложен вопрос, касаемый неуспеваемости.
— Единственная, — подтверждаю ее опасения. — Но исключать не буду. Ваша вина в произошедшем частичная. Магистру Ксеньяне не полагалось открывать клетку, пока вы не подготовитесь. Я даже проводил на этот счет инструктаж для магистров.
Маргарита нелепо закусывает губу и смотрит на меня потупленным, смешанным с радостью, взглядом.
Эх, девочка. Если б ты знала, сколько я готов простить тебе. Лишь бы только видеться с тобой. Об исключении даже речи идти не может. Не позволю. Никому.
— Но вам придется пересдать практику позже. Лично мне. И с первой попытки, — придаю своей интонации наигранной строгости.
Во всем поблажки делать всё-таки не буду. Пусть учится наравне со всеми. Тем более, что данный практический навык ей пригодится. Особенно с ее необъяснимой тягой к общению с хмурдами.
— Я понимаю, дан Рафаэл. Спасибо, что даете шанс, — неуверенно отвечает Маргарита и наконец расправляет задравшуюся сорочку. — И извините, если обидела вашу… девушку своим поведением на занятии. Я не думала, что это так сильно выведет ее из себя. Понимаете, для меня убийства — дикость.
— Она не моя девушка, — вырывается само собой. — Ксеньяна больше не магистр и после такой оплошности здесь больше не работает.
Маргарита так ничего и не отвечает на это. От девушки как веяло холодом после той неловкой сцены в кабинете, так и веет.
Всё еще дуется и считает меня лицемером. А пока я собирался поговорить об этом, у Маргариты уже новый ухажер. Это обстоятельство всё усложняет.
— Мне жаль, что вам пришлось пойти на такие меры из-за меня, — нарушает Маргарита затянувшуюся паузу.
Мне захотелось подойти к ней и хорошенько встряхнуть. Чтобы дурные мысли и неверные выводы больше не посещали ее
