школа могла так испортить мои характеристики, переходные табели успеваемости и прочие документы, вплоть до постановки на учёт, как психа и социопата, что с ними меня не только в университет, в дворники не возьмут.
Не успел вернуться в класс, как был перехвачен капитаном команды по фехтованию. Специально караулил, чтобы отвести в клуб. Заявив, что меня туда уже записали. На что получил ответ, пусть тот, кто записывался под чужим именем, сам в него ходит. Я-то тут при чём?
Капитан команды, накачанный здоровяк, постоянный клиент спортзала, дипломатичностью и мягким характером не отличался. Не дав уйти, прижал меня к стене. Тихим, угрожающим голосом напомнил, что хотя административных ресурсов у него нет, но есть физическая сила. Это в фантомном доспехе я непобедим, а вот в реальной жизни всё обстоит немного иначе. Нет, бить меня он не станет, осознавая последствия, но и на защиту от школьных хулиганов могу не рассчитывать. О чём им сообщит лично. Мало ли придурков в этой школе. О моих проблемах он уже успел всё разузнать. Зато, если присоединюсь заместителем, а не начальником, могу в этой школе делать всё, что пожелаю. Бить кого и когда хочу. С президентом школьного совета он этот вопрос решит. Ещё бы со своим двоюродным братом не смог договориться.
Под завершение этого «чудесного» дня, после уроков меня поймал злой Бенджамин, которого начала игнорировать Аманда. Плюс одноклассники стали косо посматривать, с осуждением и улыбками. Ранимая душа футбольного нападающего этого не выдержала. Найти повод для ссоры труда не составило. Выставил меня крайним. Знал, сволочь, на какие болевые точки давить, чтобы я вспылил и повёлся на провокацию. За что вскоре поплатился.
Заведя в укромный уголок, Бенджамин со своими приятелям избил меня. Потешил самолюбие победой над героем спортивного фестиваля. Ещё насмехался, спрашивая, что скажут другие ученики, узнав, что настоящего рыцаря избила в подворотне какая-то малолетняя шпана? Где окажется моя репутация? Сделав несколько снимков на телефон, пригрозил, если кому-нибудь об этом расскажу, то сольёт их в интернет. Получит свою порцию скандальной известности, прославившись на весь район.
Довольные собой школьники ушли развлекаться. Напоследок пообещав, что завтрашний день мне тоже не понравится, как и послезавтрашний. Оставлять такое без последствий я не собирался, так что не стал падать духом. Ещё посмотрим, кто будет смеяться последним. Проиграно сражение, а не война. Во время спортивного фестиваля во мне словно что-то переключилось. Сломался психологический барьер. Я больше не боялся этих уродов. Считал их жалкими, никчёмными людишками.
Разрабатывая планы мести, как стать сильнее, чтобы подобное не повторилось, вернулся домой. Поскольку в этот раз под воздействием эмоций Бенджамин не сдерживался, ну дурак, что с него возьмёшь, сёстры узнали о произошедшем с первого взгляда. Прочитав всё по моему лицу.
— Что произошло? — потребовала объяснений разъярённая Нора.
— Упал.
Свои проблемы намеревался решать самостоятельно, не вовлекая в это родных. Чтобы в случае чего у них не было неприятностей. Не буду же всю жизнь прятаться за чью-то юбку. Я же мужчина. Я гоблин! Дикий, жестокий, который вскоре отведает крови зазнавшихся крестьян.
— Ханна, иди сюда. Нужен специалист по падениям, — рявкнула старшая сестра, вызывая подмогу.
А там и младшие подтянулись, заинтересованные причиной поднятого шума. По голосу Норы поняв, что что-то случилось. Вскоре меня взяли в плен, посадив на стул. Негодница Эдит ещё и свет настольной лампы в мою сторону направила.
— Кто? — нахмурившись, спросила Ханна, безошибочно определив характер повреждений.
— Где? — невинно спросил, изображая простодушного дурачка.
— Значит, не скажешь? — угрожающе прищурилась Нора. — Это уже зашло слишком далеко. По-видимому, самостоятельно справляться с неприятностями у тебя не получается. Какие к чертям детские игры? Становится только хуже. Ханна, селёдка вяленная. Я тебя о чём просила? — сорвалась на смутившейся сестре, виновато опустившей взгляд.
— Так я ходила, трижды. Всё было нормально. Не могу же за ручку каждый день его водить в школу. У меня тоже расписание есть. И так много раз опаздывала, — попыталась оправдаться.
Испепеляющие на неё посмотрев, Нора отобрала мой телефон.
— Раз наш пень не колется, нужен информатор. Которого не жалко. У него же должны быть друзья, которые в курсе, что в этом зверинце происходит. Заблокировано. Кто знает пароль?
— Я знаю, но не скажу, — ухмыльнулся, поморщившись от боли в разбитой губе.
— Я знаю, и я скажу, — радостно сообщила семейная взломщица гаджетов, Марта.
На вопрос откуда, заданный мною, довольная собой Марта показала язык. Нора быстро нашла номер Гарри, вспомнив, что я как-то приглашал этого парня в гости. Задумчиво оглядев выжидательно замерших сестёр, остановила выбор на Эдит.
— Позвони ему. Прикинься влюблённой соседкой и пригласи на вечернее свидание. Встречу назначь через полчаса на пересечении девятой и Гравер-стрит. В сквере, за круглосуточным. Где детская площадка. У тебя самый мягкий и сексуальный голос. Ханна точно всё запорет. Парень подастся в бега раньше времени.
— Вы не посмеете! — испугался за Гарри.
Попытался вскочить и отобрать телефон, но меня снова силой усадили на стул. Чтобы не брыкался, Марта сбегала и принесла бельевую верёвку, которой меня шустро привязали к стулу.
«Во что играют эти плохие девочки? Я так последнего друга потеряю», — забеспокоился.
— Ещё как посмеем, — со зловещей улыбкой подтвердила Нора.
— Сестрёнка, ты же меня любишь? — жалобно посмотрел на Эдит, призывая отказаться.
В момент пугающей смены выражения её лица, по телевизору как раз началось выступление музыкальной группы, играющей безумную музыку с бешеным ритмом. С барабанами, трубами и саксофоном. Увидев широченную, хищную улыбку маньячки, меня передёрнуло от ужаса.
— Нет!!!
— Скотч или ванная? — задумалась вслух безжалостная Нора.
В итоге сошлись на том, что Эдит будет звонить с улицы. Захватив с собой клюшки для игры в крикет, банда Йохансонов, в одинаковых кроссовках, тёмных толстовках и медицинских масках отправилась выбивать информацию. Марту, как самую маленькую и невинную, я бы с этим поспорил, оставили за мной следить. Нора ей что-то нашептала на ушко, после чего любые попытки подкупа бдительного надзирателя оказались тщетны.
Вернулись сёстры поздно, мрачные и задумчивые. Ханна сразу ушла к себе в комнату, избегая смотреть мне в глаза. Молчаливая Нора, развязав, с большим сожалением сказала, — Дать бы тебе идиоту клюшкой по голове, да инструмент жалко портить.
— Почему раньше ничего не говорил? Неужели не верил, что мы можем помочь? Считал нас настолько слабыми?
С заблестевшими от влаги глазами внезапно сильно обняла. Почувствовал себя очень неловко. Виноватым. Мысленно проклинал всю эту чёртову школу и её учеников, сделавших моей сестре больно.
— Да всё в порядке. Не травят меня в школе. Да,
