Читаем без скачивания Пробуждение каменного бога - Филип Хосе Фармер

— Судя по силе течения, — медленно вымолвил он, — нам осталось три мили до края ветки. До первого водопада.

Улисс подумал, что Хиукс, возможно, вовсе и не испуган. Он может лгать, чтобы заманить их в ловушку, послать на смерть в пучину водопада и погубить вместе с собой.

— Мы пройдем еще около мили, — решил Улисс. — Потом бросим плоты.

Было достаточно светло, чтобы разглядеть лицо Хиукса. Лунный свет то и дело пробивался сквозь отверстия между листвой, ветвями и стволами в тысяче футах над головами. Лицо крылана было невыразительным, как кожаная подметка.

В тот же миг чей-то вопль заставил Улисса подскочить, и по его телу пробежал озноб. Он обернулся кругом, чтобы посмотреть, куда указывала Авина. В пятидесяти футах от них из заполненной землей трещины росло громадное дерево. Оно было всего пятидесяти футов высотой, но простиралось горизонтально на восемьдесят футов или около того по одну сторону массивного ствола. Крик доносился с одной из его ветвей. А мгновением позже Улисс увидел, кто издает этот вопль. Множество темных тел сорвалось с горбообразного выроста в пропасть под гигантской ветвью, где росло дерево. Огромные перепончатые крылья распахнулись, и маленькие бэтмены скрылись за живой стеной растительности. Через минуту первый из них появился вновь, натужно размахивая крыльями и стремясь пролететь над плотами. А еще через минуту их стало уже куда больше.

Улиссу оставалось только одно. Если его люди останутся на плотах, они будут беззащитны перед нападением сверху. Хуже того, им придется вскоре покидать плоты в куда более трудных условиях, да еще под огнем противника.

Он отдал приказ, и шесты по одну сторону плота коснулись дна. Плоты двинулись к берегу, люди попрыгали на песок и кинулись в кусты. Улисс стал выкидывать тяжеленные тюки на землю. Он надеялся, что от сотрясений черный порох не взорвется. Ящики с бомбами упали в кусты без каких-либо последствий.

Затем Улисс поднял Хиукса и швырнул его с такой силой, что плот накренился. Недомерок с верещанием приземлился ничком прямо в самую чащу. Его подобрал вагарондит Вулка.

В тот же миг на плот ринулся первый бэтмен, сжимая в руках короткую пику. Но он так и не достиг цели: стрела воткнулась ему в грудь, и он с громким плеском свалился в воду. Что-то громадное и безногое с воем выскочило из кустов на противоположном берегу.

Улисс выстрелил, отметив, что его стрела угодила крылану в плечо, потом повернулся и спрыгнул на берег, не выжидая, когда тот упадет в воду. Правой рукой он вытянул лук перед собой, а левой схватился за ветку. Его ладонь сомкнулась на колючем стволе, и он вскрикнул от боли, но руку не разжал.

Что-то ударилось о землю около его правой ноги. Снаряд, потерянный или сброшенный одним из крыланов. Улисс нырнул в кусты и спрятался с головой, не заботясь о возможном уроне для тетивы. Оказавшись в кустах, он продирался сквозь чащобу до тех пор, пока не оказался под громадным, вздымавшимся ввысь кустом. Он кликнул своих вождей и Авину. Кричал, пока те не отозвались. Повинуясь его приказу, они помчались сквозь чащобу и наконец оказались рядом со своим повелителем. Все это время бэтмены носились над джунглями, метали сверху ассегаи, дротики и пускали маленькие стрелы. Но никто не пострадал, и через некоторое время крыланы прекратили бомбардировать отряд вслепую. Они теряли при этом слишком много боеприпасов.

А лучники тем временем подстрелили пятерых бэтменов. Пришлось крыланам удалиться на дерево, чтобы посовещаться.

Несмотря на вынужденное отступление, преимущество было на их стороне. Противник мог передвигаться только в одном направлении, а потом ему неизбежно придется карабкаться по стволу вверх или вниз, чтобы перейти на другую ветку. При этом враги непременно себя обнаружат, и крыланы смогут перебить отряд, не понеся значительных потерь — а то и вовсе никаких.

Если же враг по-прежнему будет прятаться в густых зарослях, то лишь отсрочит неизбежную гибель. Крыланы могут запросить подкрепления и выставить врагов из зарослей. А если крылатый народ не захочет вступать в открытое единоборство, голод все равно выгонит неприятеля наружу, когда его охотничья территория лишится дичи.

Улисс постарался подсчитать своих врагов, пока те носились туда-сюда в проблесках лунного света. И насчитал около сотни. Сейчас они все улетели, за исключением шестерых караульщиков, которые сновали вокруг, так и не приблизившись ни разу на расстояние выстрела из лука.

Улисс скрючился под кустом и постарался придумать, что делать дальше. И пока он думал, его все время донимал какой-то слабый, бормочущий звук. Улисс потребовал от своих воинов полной тишины, вслушался и через минуту сообразил, что это за шум. То был дальний рокот водопада.

Он отдал распоряжение стоящей неподалеку Авине, которая передала его дальше. Вышла небольшая заминка, потому что отряд в большинстве своем не желал расстаться с его теперешним убежищем. Оно давало им превосходную защиту, но Улисс знал своих людей и отлично понимал, как надо с ними обращаться. Он прикрикнул на них и объяснил, что ожидает их в будущем, если они откажутся повиноваться. Уразумев, те действовали достаточно быстро. Просто они не привыкли заглядывать далеко в будущее — им вполне хватало и настоящего.

Конец ветви или скорее то место, где она резко поворачивала на девяносто градусов к горизонту, находился в двух милях отсюда. Из-за густоты зарослей, а также из-за приказа идти тихо и осторожно отряд продвигался очень медленно.

В четверти мили от места их высадки Улисс вдруг увидел черно-белую пену. Он взобрался на высокое дерево, чтобы получше оглядеться, то и дело проверяя, не заметили ли его крыланы, постоянно сновавшие над головой. Как он надеялся, поднялся туман, и видимость несколько уменьшилась. Рокот водопада сверху был слышен отчетливо.

Улисс собрался было спуститься обратно, когда увидел хлопающего крыльями дхулулиха. Улисс вжался в дерево и постарался слиться с наростом коры. Лунный свет не падал прямо на него, хотя через листву пробивались лучи и сумрак был скорее серебристым, чем черным. Почти тут же мимо пролетел крылан. Он размахивал крыльями так медленно, что полет его напоминал парение. Но тут его крылья вновь захлопали, и он пошел на снижение. Он летел прямо к дереву сквозь перемежающуюся бледно-желтым светом темноту. Его лысая голова