Он сжимал губы, не зная, что сказать, а затем наконец опустил голову и тяжело вздохнул.
— Я бы хотел забрать у тебя всю эту боль, — прошептал он. — Все эти воспоминания…
Затем он поднял на меня взгляд, полный слез.
— Я чувствую себя бесполезным, — дрожащим голосом добавил он. — Я мог бы сделать больше.
Я сжал простыню так сильно, что побелели костяшки пальцев.
— Прошлого не изменить.
— Может, и так, но я могу изменить будущее, — твердо возразил он. — Я серьезно, Джордан. Я не хочу для тебя такой жизни. — Вздохнув, он добавил: — Ты видел меня. Ты на собственном опыте понял, что делает с человеком жизнь, полная демонов. Я не могу просто сидеть и смотреть, как ты идешь по тому же пути.
— Моя ситуация совсем не похожа на твою, — прошипел я.
— Ты голоден, Джорд? — спросил Дерек, вырывая меня из воспоминаний. — Я принес еды для всех. — Он с трудом удерживал в руках с полдюжины контейнеров. — Я упаковал что-то подходящее для малыша. Он здесь?
— Доброе утро, — сказал я, уступая хорошему воспитанию, и направился к дому вместе с отцом. — И нет. Райдер в детском саду.
— Черт, — пробормотал Дерек, явно разочарованный, когда последовал за мной на кухню. — Я надеялся, что он будет здесь. — Поставив контейнеры на стол, он снял пальто и повесил его на спинку ближайшего стула. — Этот ребенок просто чудо.
— В этом весь ты, да, Дерек? — бросил я, проходя к кофемашине и беря чашку. — Без ума от чужих детей. Никогда от своих.
Дерек тяжело вздохнул и сел за стол.
— Мы снова будем это обсуждать, Джорд? — устало спросил он, не поворачиваясь ко мне. — Я облажался. Я дерьмо. Я разрушил твою жизнь. Виноват только я.
— Что угодно, Дерек. — Он был прав хотя бы в одном: нет смысла снова вести этот разговор. Его оправдания не менялись, и мне от них легче не становилось. — Как работа? — сменил я тему. Наливая две чашки кофе, я вернулся к столу и передал ему одну, прежде чем сесть напротив. — Ты закончил составлять новое меню, о котором говорил на прошлой неделе?
Мой отец был шеф-поваром. И чертовски хорошим. Кажется, заботиться о чужих детях и готовить — это все, что у него получалось.
— Спасибо, — сказал он, принимая чашку и делая глоток. — Да, во вторник закончил. — Он поставил чашку на стол и откинулся на спинку стула. — А у тебя как дела с Хоуп?
Его зеленые глаза были прикованы к моим. Если бы я не знал лучше, то мог бы подумать, что он действительно интересуется моей жизнью. Но я-то знал. Он спрашивал не из-за своих родительских инстинктов, а потому что его лучший друг — отец Хоуп. Кайл Картер был настоящим отцом во всех смыслах этого слова. Он не был таким, как человек передо мной, который появился в моей жизни, когда мне было четыре, а в четырнадцать снова исчез. Нет, отец моей жены всегда был рядом. Он растил ее и ее братьев. Он был с ней каждый день ее жизни. И, если бы не я, она бы выросла в полной безопасности.
— Кто хочет знать? — усмехнулся я, откидываясь назад и изучая его. — Ты или Кайл?
Дерек нахмурился, и я увидел в его глазах боль. Она была очевидной. Проблема в том, что мне было все равно.
— Я, Джорд, — наконец ответил он. — Я хочу знать.
— У нас все нормально, — ответил я.
Больше Дерек Портер от меня не получит. То, что у нас были общие кровь, гены и фамилия, ничего для меня не значило.
Мы допили кофе. Он пытался вести светскую беседу, а я либо кивал, либо просто игнорировал. Когда я допил свой кофе, то отодвинул стул и встал.
— Мне нужно поспать, — объявил я. — На этой неделе я снова работаю в ночную смену.
— Хорошо. Без проблем. — Дерек допил остатки кофе, встал и надел пальто. — Не загоняй себя, Джорд, — сказал он перед уходом.
Я проводил его взглядом, ощущая странную пустоту.
Я знал, что он вернется.
В пятницу. В то же время.
Как бы грубо я с ним ни обращался, он не исчезал.
Дважды в неделю, восемь лет подряд, этот человек появлялся в моей жизни.
Он приходил, когда я был в реабилитации.
Он приходил, когда я был под кайфом.
Он приходил, когда я был трезв.
Он приходил, когда я не был.
Дважды в неделю, каждую неделю, он продолжал приходить.
Я только хотел, чтобы у него была такая же настойчивость тогда, когда это действительно имело значение.
Когда это действительно было важно.
ГЛАВА 17
Хоуп
— Как моя любимая домработница-няня? — поддразнила Тиган, как только я вошла в её кухню на Саут-Пик-Роуд после того, как отвезла Райдера в детский сад. — Знаешь, я тут подумала… может, тебе стоит переехать обратно к нам? Мне бы не помешала такая женщина, как ты, в доме.
Саркастичная стерва.
Я ответила ей жестом среднего пальца.
— Заткнись и сделай мне кофе.
— Океей. — Закрыв дверцу холодильника, в котором рылась, Тиган повернулась ко мне, уделяя всё своё внимание. Вид её, чертовски похожей на супермодель в серых трусах Calvin Klein её мужа и обтягивающей майке, только усугубил моё и без того паршивое состояние, и мои плечи поникли. — Тяжёлое утро?
— Тяжёлая жизнь, — пробормотала я, опускаясь на один из барных стульев у мраморного острова в центре кухни. — Кофе, Тигс. Пожалуйста.
— Уже делаю. — Я наблюдала, как моя лучшая подруга сновала по кухне куда счастливее и собраннее, чем была четыре недели назад. У неё был тот самый красивый сияющий вид, который появляется во втором триместре беременности. Всё в Тиган было подтянутым и упругим. А её милый небольшой животик, который она считала огромным? Я почти уверена, что выгляжу более беременной после плотного ужина. Её шелковистые волосы напоминали лошадиную гриву, развеваясь при каждом движении, даже несмотря на то, что она собрала их в высокий хвост, всё равно достававший ей до поясницы.
— Чёрный. Две ложки сахара, — объявила она, поставив передо мной мою любимую кружку.
— Спасибо,
