Центр.
Сегодня напоминанием о годах, проведенных в Вене, для меня служат кадры из фильма Георгия Данелии «Паспорт», когда исполняющий роль дежурного коменданта Посольства Евгений Леонов сдает австрийской полиции одного из братьев Папашвили. Гениальный актер очень колоритно передал образ типичного представителя т. н. техсостава тех времен, передовым отрядом которого являются дежурные коменданты. В последнее время на эти должности набираются погранцы, что, по моему мнению, правильно.
Правда, запечатленный в фильме забор с калиткой уже другой – старый – заменили во время ремонта.
Воцерковление
Старый забор был использован для замены сетки-рабицы, отделявшей Посольство от Собора Святителя и Чудотворца Николая, расположенного рядом. Этот Храм, построенный в 1893–1899 годах, а также Посольство (дворец герцога Нассау), гармонично и естественно смотрятся как два исторически сложившихся символа российского присутствия в столице Австрии.
Этот красочный пример, видимо, послужил стимулом для некоторых послов после распада СССР с его коммунистической идеологией для того, чтобы обзавестись собственными сакральными объектами. В первых рядах, естественно, оказались вчерашние коммунисты-руководители.
Пионером в этом деле стал посол в Чехии Н.Т. Рябов (бывший председатель Центризбиркома), переделавший ротонду на территории Посольства в часовню. При этом, однако, не было учтено ее месторасположение – в пределах служебной зоны, что, в силу имеющихся инструкций, существенно затрудняло доступ к ней верующих – не сотрудников Посольства. Не знаю, как дело обстоит сейчас.
Потом пришло сообщение от посла на Мальте Зотова С.С. с идеей построить храм при Посольстве. Здесь также возникли определенные трудности, в том числе финансового характера. Тем не менее, как говорится, процесс пошел.
Сравнительный анализ
Покидая Вену и подводя итоги своего пребывания в двух столь разных странах, как Польша и Австрия, я пришел к выводу о том, что в менталитете и поляков и австрийцев имеются, тем не менее, определенные общие моменты. В подтверждение привожу две пословицы.
Польская: Zycie jest krotkie i zasrane jak koszula dziecka (жизнь коротка и загажена, как детская рубашенка).
Австрийская: Das Leben ist wie eine hunerleiter – kurz und beschissen (жизнь как куриный насест – коротка и загажена).
Но австрийцы все же мудрее. Мало того, что вместе с нами делили Польшу в знак благодарности за то, что польский король Ян Собеский спас Вену от турок, но еще и добились большой дипломатической победы – Гитлера отдали немцам, а Бетховена оставили себе.
Если же сравнивать менталитет поляков и лиц кавказской национальности, к которым они демонстрируют свою симпатию – к грузинам (перманентно) и чеченцам (в период событий), то здесь налицо существенное различие. В подтверждение опять же привожу две пословицы.
Кавказская (в частности, осетинская): Гость в дом – Бог в дом.
Польская: Gosc w dom – zona w ciazy (Гость в дом – жена беременная).
И опять Смоленка
Очередная трехлетняя пересидка в Центральном аппарате мало чем отличалась от предыдущей. Вновь в качестве заместителя директора департамента пришлось заниматься отношениями все с теми же Польшей, Словакией и Чехией. Все то же самое – прием делегаций из этих стран в Москве, сопровождение наших делегаций к ним в гости.
В марте 2003 года принял участие в официальном визите Председателя Госдумы Г.Н. Селезнева в Чехию, а в октябре того же года – в официальном визите Председателя Совета Федерации С.М. Миронова туда же – в Прагу. Дело для меня, в принципе, знакомое – ранее уже сопровождал и того и другого в поездках в Польшу.
Первое сопровождение делегации Госдумы в Польшу запомнилось одним инцидентом. Польша была второй в программе поездки страной посещения, куда делегация должна была прибыть из Румынии. Мне же предписывалось прибыть в Варшаву, а затем переехать в Краков, где и встречать делегацию. Вылетать мне предстояло через депутатский зал аэропорта Шереметьево, где обо мне были якобы предупреждены. Когда я прибыл в этот зал и предъявил свои документы, с меня потребовали 30 долларов. Мои ссылки на полученные из Госдумы инструкции были решительно отвергнуты под тем предлогом, что я не депутат и не сотрудник Думы. Доллары при мне были, пришлось заплатить.
По прибытию в Варшаву я вместе с уже находившимся там сотрудником Управления межпарламентских связей Госдумы и товарищами из посольства направился в Краков на поезде. Под стук колес я высказал думцу свое возмущение тем, как меня встретили в Шереметьево. К моему великому удивлению тот, не произнеся ни слова, достал бумажник и отслюнявил мне 30 баксов, после чего попросил раздобыть одноразовые стаканчики, дабы скрасить наш путь в Краков. Финансовые вопросы решались тогда гораздо проще.
Пребывание в Польше делегации Совета Федерации запомнилось другим моментом. В ходе пресс-конференции в Гданьске руководителю делегации было предоставлено вступительное слово. Спич продолжался почти 15 минут без перерыва. Поляки, переглядываясь, ехидно улыбались: а как с переводом? Однако, им назло, ничего страшного не произошло. Сопровождавший делегацию сотрудник Посольства Михаил Юдин, не моргнув глазом, воспроизвел выступление на польском в полном объеме.
Главное, что запомнилось из этих поездок – существенное различие в поведении двух парламентских лидеров. Руководитель верхней палаты, в отличие от спикера Госдумы, напрямую со мной не общался, передавал свои указания через своего советника – бывшего мидовца А.С. Воронина. Подготовив проект итоговой депеши, я вместе с ним повез его на подпись главе делегации, которого мы нашли за кружкой пива в одном из пражских заведений. Присев за столик поодаль, я наблюдал за процессом изучения моего опуса. Все шло хорошо и лишь в конце что-то вызвало недовольство. Оказалось, что наряду с двусторонкой не была отражена большая работа, проделанная в контактах с сенаторами (мероприятие носило многосторонний характер). Вопрос был оперативно закрыт одним абзацем.
Злата Прага
Посещение Праги в составе парламентских делегаций напомнило мне о первом пребывании в этом прекрасном городе.
Случилось это в январе 1983 года в связи с проведением в Праге совещания ПКК ОВД, участие в котором стало первой зарубежной поездкой Генсека ЦК КПСС Ю.В. Андропова и последней в этом качестве (скончался 9 февраля 1984 года).
Краткосрочное пребывание в Праге запомнилось, главным образом тем, что пришлось провести без сна почти двое суток. Всю ночь я находился в Пражском граде, считывая на предмет ошибок текст проекта Пражской декларации, которую наутро торжественно приняли главы государств Варшавского договора. Когда я прогуливался, дабы не заснуть, по коридорам Града, меня удивило то, что стены этого главного дворца Чехии – далеко не морской державы – были увешаны картинами маринистского характера, сплошные парусники на буйных волнах. Припомнился по этому поводу злой чешский анекдот.
Русский спрашивает чеха:
– Зачем вам министерство морского хозяйства, у вас ведь моря нет.
Чех в ответ:
– Ну, у вас же есть министерство культуры.
До
