Видимо, и Джей Кей верил в некоторые из этих легенд. Он все продолжал искать карты, которые привели бы его к затерянным сокровищам.
Лили даже не представляла себе, чем они будут заниматься в очередной экспедиции, но она тоже искала эти карты. Она дала себе слово, что за зиму и следующий год хотя бы немного выучит испанский. Ей хотелось понимать, о чем говорят местные жители между собой. Хотелось узнать о них как можно больше. И еще ей хотелось получше разобраться в себе самой. Понять, что с ней происходит. Интересно было бы разузнать побольше о юности матери, понять, почему она никогда не вспоминает об этом времени. Почему не рассказывает, как они познакомились с Джей Кеем. Неужели они скрывают это? И еще ее интересовало все о Зейне. Как он живет. Лили не просто хотела знать, чего он хочет от жизни, но и понимать почему.
Вопросов оказалось гораздо больше, чем времени на их разрешение. И чем больше она узнавала о жизни и о людях, тем больше у нее возникало новых вопросов. Этим летом она впервые столкнулась с такими вещами, о существовании которых прежде даже не догадывалась. Ее жизнь стремительно менялась, и хотя Лили знала, что от этого никуда не деться, иногда ей хотелось, чтобы все шло чуть-чуть медленнее.
«Все так сложно, — вздохнула она, роясь под кроватью в поисках книги Эриха фон Дэникена под названием «Колесницы богов», которую начала читать в прошлые выходные. — Пора дать голове отдых».
Глава 9
Весна 1977 года
Впервые в жизни Лили участвовала в раскопках, где ее отец не был главным. Еще до отъезда из Хьюстона она наблюдала, как он с радостью хватался за самые незначительные поручения, которые давал руководитель экспедиции доктор Рубенталь. Отец ни в чем не противоречил ученому и не жаловался на понижение статуса. Лили отлично знала, как обычно вел себя на раскопках Дж. К. Митчелл, и для нее стало неожиданностью недоброжелательное отношение других участников экспедиции к ее присутствию.
— Лили, запомни: не болтай лишнего. Все эти люди считают, что ты ни разу не была на раскопках. Им совсем не обязательно знать, когда и где мы бывали.
— Как же так, пап? Я ведь и сама кое-что знаю о майя.
— Да, но здесь свои правила, и мы должны им подчиняться. Мы здесь, чтобы добыть информацию.
— Какую информацию?
— Кое-что, что может мне помочь… Ну, в общем, поможет мне проверить мои гипотезы.
— Насчет «золотого города», верно?
— Да.
— А они считают, что он не существует?
— Да. Авторитет доктора Рубенталя держится на точности и скрупулезности. Он не жалует чудеса и фантазии.
— Как в той книжке фон Дэникена, которую я читала?
— Доктор Рубенталь ни за что не пригласил бы в свою экспедицию фон Дэникена или подобных ему.
Лили поморщилась.
— Ты прав, пап. Мне, пожалуй, будет не о чем говорить с доктором Рубенталем.
— Не придавай этому значения, детка. И все будет прекрасно. Я здесь всего лишь по приглашению. — Джей Кей нежно потрепал Лили по плечу. — Увы, так делаются дела. Ты еще слишком маленькая, чтобы во всем этом разобраться, но учти: о некоторых вещах нам так и не расскажут. У нас ведь тоже есть свои секреты. Договорились?
— Хорошо, пап. — Лили улыбнулась отцу.
Они прилетели в Гватемала-Сити на «Боинге-747» и добрались на такси по главной магистрали Секста-Авенида до гостиницы, где их встретил шофер экспедиции доктора Рубенталя, чтобы отвезти к месту раскопок. Этот парень, по имени Эухенио, оказался не слишком любезен. Он весьма неуважительно бросил сумки Лили со снаряжением на заднее сиденье джипа. Даже для него Джей Кей с дочерью не были персонами первой величины.
«Плохой признак», — подумала Лили. Они двинулись в западном направлении по Панамериканскому шоссе в сторону Йашчилана, расположенного в Мексике.
Джей Кей повернулся к Эухенио.
— Мы не туда едем, — сказал он по-испански.
— Я говорю по-английски, — высокомерно ответил Эухенио. — И знаю, куда еду. Профессор запланировал еще одну поездку.
Джей Кей вдруг почувствовал себя неловко.
— Куда?
— В Паленке, — небрежно бросил Эухенио.
— Но ведь дотуда больше двухсот миль! — возразил Джей Кей. — Мы же не на экскурсии! И зачем нам Паленке? Я думал, мы все время проведем в Гватемале. А получается — едем в Мексику.
Эухенио только пожал плечами, не отрывая глаз от забитого машинами шоссе.
— Откуда мне знать?
По изумленному виду отца Лили поняла, что он действительно ничего не знал о корректировке плана экспедиции. Но больше всего Лили удивляло его очевидное смирение.
Когда они добрались до Паленке, солнце уже почти село. Лили выпрыгнула из джипа и увидела дворец. Она сразу же поняла, что находится в городе майя. Полуразрушенные стены и башня дворца подсвечивались снизу, но в этот вечерний час, когда на небе одновременно были видны и солнце, и луна, а над землей висело серебряно-золотое зарево, Лили почувствовала, что перенеслась назад, в седьмой век, эпоху расцвета культуры майя. В те времена дворец возвышался над великолепным городом. Тогдашние астрономы составили календарь и создали сложную систему летосчисления, которая оказалась более точной, чем современная, с високосным годом. Майя изобрели самую совершенную в Новом Свете письменность, а их искусство и архитектура, по мнению Лили, совпадавшему с мнением многих известных археологов, являли собой одну из величайших вершин в мировой истории.
В восточном дворе Лили заметила фигуры высотой в девять футов. Она читала, что их руки, лежащие на плечах, символизируют покорность. У одной из статуй руки были связаны, а спина вся покрыта шрамами. Многие полагали, что эта фигура изображает самоистязания, которые майя считали угодными богам.
После того как Эухенио показал им дорогу в лагерь, Лили снова заинтересовалась фигурами.
— Пап, а почему майя считали, что надо подвергать себя самоистязаниям в угоду богам?
— Это лишь один из тысячи вопросов, на которые нам всем хотелось бы найти ответы.
— Мне кажется, — сказала она, выбирая дорогу среди камней, — что вопросов всегда слишком много, а ответов мало. Но именно это и делает работу такой увлекательной. По крайней мере для меня.
— Ты права, — серьезно произнес отец. Потом указал рукой на мавзолеи, расположенные на горе. — Тебе не кажется, что постройки здесь удивительно похожи на Долину царей в Египте?
Лили посмотрела туда, куда показывал Джей Кей, и увидела, что так оно и есть.
— Во время зимнего солнцестояния заходящее солнце проникает внутрь пирамиды, где находится гробница Пака-ля, словно проходит через ворота подземного царства. Легенда гласит, что это знак божественной природы царя.
