замок, — ты сможешь использовать Между.
— Никак нет, — сказала я после краткой, но безуспешной попытки справиться с нитями, которые проходили через сам замок, и, потерпев неудачу, попытки просунуть руку прямо сквозь содержимое почтового ящика, притворяясь, что это что-то вроде Между. — Кто бы ни стоял за этим, он использовал магию, а не Между. Мы могли бы попытаться найти кусачки, но…
Джин Ён удивлённо подняла бровь, глядя на меня.
— Что? Ты злишься. Почему ты вдруг разозлилась?
— Вот блин, — прорычала я, доставая из кармана ключ, который я взяла из комнаты Атиласа. — Если это сработает, я собираюсь… на самом деле, я не знаю, что я собираюсь сделать, но, вероятно, я пну кого-нибудь в голень.
Он инстинктивно отступил назад, что заставило меня ухмыльнуться.
— Только не тебя, — сказала я ему. — Не могу испортить твои брюки. Я пну Атиласа, когда мы вернёмся домой.
Я вставила ключ в замок, и он скользнул в замочную скважину, тихо, мягко и в самый раз. Когда я повернула его, он повернулся как по маслу. Джин Ён радостно хихикнул и поднял крышку, когда я сняла замок, открыв три или четыре конверта.
— Вот блин, — снова кисло сказала я, переводя взгляд с ключа на буквы и обратно.
Не то чтобы Атилас не мог каким-то образом заполучить ключ, прибегнув к своим маленьким хитростям, но у меня было плохое предчувствие, что дело не только в этом.
— Верно, — сказала я, хватая конверты. — Пошли отсюда.
Одна из его бровей приподнялась, а в тёмных глазах зажглись весёлые искорки.
— Мы уходим? Уже?
— Не-а, — сказала я, твёрдо держа письма в руке. — Похоже, моя идея была верной, и мне это совсем не нравится! Это не имеет смысла. Мы собираемся навестить соседей.
Рука Джин Ёна на моём плече мягко, но неумолимо потянула меня назад.
— Оу, да, — сказала я. — Брауни. Как думаешь, мы сможем незаметно перелезть через забор?
Он степенно кивнул.
— Kurae. Так будет лучше.
— Ты готов кого-нибудь завампирить?
Он слегка моргнул.
— Нам нужно кого-то завампирить?
— Если ты считаешь, что кто-то не будет сильно переживать из-за того, что незнакомцы перепрыгивают через забор и заходят к ним на кухню, тебя ждёт большой сюрприз. Мы хотим поговорить с ними, а не спровоцировать их вызвать копов.
— Нет никакого дома, — заметил Джин Ён, но последовал за мной, когда я снова взялась за щеколду калитки и впустила нас обоих. Затем он сказал: — Ах. Этот хитрый старик.
Дом был на месте, как будто он никогда и не пропадал. Теперь это было не призрачное строение, едва различимое среди руин, а цельный кирпич и фасад.
— Так я и думала, — удовлетворённо сказала я. — Погнали.
— Возможно, брауни всё равно последуют за нами, — предупредил он. — Дверь старая и не очень прочная.
— И вообще, с каких это пор запредельные пользуются дверями? — спросила я. — Нам придётся рискнуть. Это лучше, чем натравливать их на соседей.
Входная дверь была заперта, когда я попробовала её открыть, что было неудивительно; я могла бы просто немного осмотреться, а затем попытаться пройти через неё, как обычно, если никто не смотрит, но как раз вовремя мне пришло в голову вставить ключ и в этот замок.
Ключ снова повернулся как по маслу, так что я отпустила его и сказала Джин Ёну:
— После тебя.
Он ухмыльнулся и сам повернул ключ, а затем шагнул в дверь. Очевидно, что приглашение — это не совсем миф, и всё становится проще, если есть приглашение; повернуть ключ в замке показалось мне хорошим компромиссом.
Я последовала за ним через дверь, почти ожидая, что в любую секунду на меня посыплются брауни, но мне удалось захлопнуть за собой дверь, прежде чем что-либо произошло. Я действительно слышала скрип деревянных ступенек, когда несколько пар ног поднимались во внутренний дворик, но вес, придавленный этими ногами, оседал в нескольких разных местах по всему внутреннему дворику, не пытаясь проникнуть в дверь.
Это было приятно. Не хотелось, чтобы сегодня Джин Ён испортил свой галстук.
Я схватила его сзади за пиджак, когда он проходил через столовую, направляясь к задней двери, и, когда он вопросительно посмотрел на меня, тихо сказала:
— Погодь-ка. Я хочу взглянуть на эти письма, прежде чем мы начнём перепрыгивать через заборы. Я знаю, что это будет, но я хочу перепроверить.
Я быстро распечатала два письма, пока Джин Ён открывал третье, и мы разложили каждую из тонких пачек на обеденном столе, чтобы посмотреть на них. На нас смотрели три счёта: два счёта за электроэнергию и уведомление о тарифах — к каждому из них был прикреплён знакомый адрес.
— Что это? — спросил Джин Ён. — Это те же самые, что нашёл полицейский.
— Ага, — коротко и спокойно ответила я. — Я почти уверена, что Атилас оплачивал счета за мой дом — Морганы и Ральфа тоже. Вот почему мы собираемся наведаться к соседям; думаю, они подтвердят это, если мы спросим.
Глаза Джин Ёна неожиданно заблестели.
— Так похоже на старика. Как думаешь, в чём смысл?
— В этом вся соль, — сказала я, собирая бумаги вместе с действительно внушительным количеством пыли. — И как бы я ни старалась, я не могу найти хорошего ответа. Во всяком случае, который бы мне понравится.
— Это хороший ответ, — сказал он. — Но я думаю, что счастливого ответа не бывает.
— Да, — я ещё раз просмотрела объявления, перепроверяя, чтобы убедиться, что ничего не пропустила. Больше ничего не было. Ничего удивительного тоже.
— Ты уже знала, что мы здесь найдём, — обвиняющим тоном сказал Джин Ён.
— Не знала, — сказала я. — Я определённо подозревала. Невозможно глубоко погрузиться в воспоминания Атиласа и не начать понимать, что он настолько изворотлив, что обхитрил сам себя. Он не был на нашей стороне, но я не уверена, что он был и на стороне короля — я даже не знаю, был ли он полностью на стороне Лорда Сэро.
— Он был на стороне Хайиона, — неожиданно сказал Джин Ён. — Но не таким способом, который сделает сейчас счастливым Хайиона, kuchi?
— Ага, — снова сказала я. — Кажется, очень близко к Атиласу, выбирать стороны — делать всё для Зеро и… я пока не знаю, что ещё. Но я думаю, он рассчитывал сделать Зеро королём, хотел того Зеро или нет. Вот почему трудно сказать, был ли он на стороне Лорда Сэро или нет — они оба хотели одного и того же.
— Старик понимает, что такое власть, — сказал Джин Ён, пожав плечами. — А когда он любит, он пытается наделить силой. Как думаешь, почему он хотел, чтобы
