Невзирая на целеустремленность и храбрость наших моряков и высокие боевые качества наших самолетов, американская авиация нас пересилила. Никто не мог предвидеть эффективность их смелых атак, их стойкость привела сражение за Мидуэй к трагическому для нас концу. Потеря четырех авианосцев – «Kaga», «Akagi», «Hiryu» и «Soryu» шокировала японскую нацию. Мы не могли недооценить серьезность нашего поражения, ибо эти четыре авианосца играли основную роль в головокружительных победах на просторах всего Тихого океана. Однако еще более сильным ударом была потеря незаменимых ветеранов-летчиков и искусных механиков, котрые пошли ко дну вместе со своими кораблями.
Пока мы приходили в себя от разгрома на Мидуэе, далеко к северу произошло еще одно событие, которое, хотя и не было драмой открытого конфликта, оказалось не менее серьезным. На Алеутских островах один из наших Зеро совершил вынужденную посадку и был захвачен американцами почти невредимым. Последущее детальное изучение самолета полностью раскрыло американцам преимущества и недостатки Зеро. Когда каждая характеристика самолета стала для вражеских специалистов открытой книгой, они быстро сумели добиться своего собственного качественного превосходства.
Рано утром 4 июня 1942 года авианосцы «Ryujo» и «Junyo» контр-адмирала Какудзи Какуды 2-й ударной авианосной группы приближались к Датч-Харбору. Скрытная, незаметная переброска ударной группы к Алеутам была первым ходом в операции на Алеутах и при Мидуэе. Под секущим холодным ветром и проливным дождем «Junyo» отправил шесть Зеро и двенадцать пикирующих бомбардировщиков типа 99 Валь в первую атаку на американские позиции. Будучи уже в полете, наши эскадрильи встретили несколько летающих лодок противника, вступили с ними в бой и уничтожили. Эта задержка в пути вместе с сильным штормом вынудили Зеро и Вали отказаться от выполнения боевого задания.
Однако шесть Зеро и одиннадцать бомбардировщиков Кейт с «Ryujo» не встретили вражеских самолетов по пути к Датч-Харбору. Ведомая лейтенантом Масаюки Ямагами эскадрилья попала под мощный ливень и в плотный туман, добравшись до базы противника над солидным слоем облаков. К счастью, небо очистилось прямо над гаванью, и наши самолеты спикировали в атаку. Кейты бомбили радиостанции и причальные сооружения, а в это время Зеро, не имеющие противника в воздухе, расстреляли ряд летающих лодок, привязанных к причальным бакенам.
После атаки бомбардировщики и истребители собрались над восточной оконечностью острова Уналашка, где младший офицер Тадайоси Кога заметил, что за его Зеро тянется тонкая струйка бензина. Передав Кобаяси, что у него не хватит горючего, чтобы долететь до «Ryujo», он произвел посадку на небольшой островок к востоку от Датч-Харбора, заранее намеченный для экстренной посадки подбитых самолетов. После посадки на остров летчика должна была подобрать субмарина.
Вернувшись на авианосец, Кобаяси доложил своему начальству: «С воздуха место для экстренной посадки выглядит ровным и чистым. Кога отлично проделал снижение, но, когда колеса коснулись земли, самолет скапотировал и остался в вертикальном положении. Его Зеро, очевидно, был серьезно поврежден, а пилот либо погиб, либо тяжело ранен. Поскольку похоже, что поверхность острова характерна для тундры, обломки будет трудно убрать. Мы не смогли различить какие-либо признаки человеческого жилья поблизости».
Только спустя много месяцев мы узнали, что вражеский самолет-разведчик заметил Зеро. К месту катастрофы бросились поисковые группы и обнаружили, что самолет лишь слегка поврежден и все еще стоит вертикально. Кога погиб от удара при посадке, с огромной силой он ударился головой о приборную доску.
Вероятно, Кога понимал: садиться на воду возле острова означало бы верную гибель, потому что температура была настолько низкой, что лишь несколько минут в воде убили бы его. Оповещенная об экстренной посадке, наша подлодка прочесала район, но обломков на острове не обнаружила.
Американцы перевезли самолет в Соединенные Штаты, где его отремонтировали и подвергли исчерпывающим испытательным полетам. Они были удивлены необычно легким весом Зеро и фактом, что высокие боевые качества самолета достигаются при двигателе мощностью всего лишь в тысячу лошадиных сил. Быстро стало ясно, что величайшими слабостями Зеро являются его плохая способность пикировать и отсутствие защитной брони. В испытательных полетах также обнаружилось, что на высоких скоростях Зеро с замедлением реагирует на команды управления элеронами и что его эффективность ограничена высотой полета. Изучив Зеро до мельчайших деталей, американцы стали лихорадочно дорабатывать истребитель, предназначенный специально для того, чтоб отобрать у Японии превосходство, завоеванное Зеро. Им стал самолет морского базирования «Грумман F6F Хеллкэт», один из самых многосторонних вражеских самолетов, имевшихся в то время на Тихом океане.
«F6F» стал первым самолетом, сконструированным компанией «Грумман» после тщательного изучения захваченного истребителя Зеро. Специалисты «Грумман» кропотливо уменьшали толщину фюзеляжа и прилагали все усилия к снижению веса машины. При двигателе в 2 тысячи лошадиных сил новый «хеллкэт» развивал более высокую максимальную скорость, чем Зеро, мог превзойти Зеро в наборе высоты, пикировании и в вооружении, а также обладал требуемыми высокой прочностью, броневой защитой и протектированием топливных баков. В действительности, за исключением радиуса разворота и радиуса действия, «хеллкэт» полностью превосходил Зеро. Преимущество в мощности двигателя сослужило врагу хорошую службу, ибо двигатель «хеллкэта» был в два раза мощнее, чем у Зеро. Этот внезапный скачок в качестве вместе с резким ростом выпуска американской военной продукции предвещали, что скоро ошеломляющая мощь противника обрушится уже на сами Японские острова.
В Алеутской кампании я [Окумия] был офицером штаба авиации адмирала Какуды. В то время я не мог догадываться о далеко идущих последствиях этого внешне тривиального инцидента пропажи единственного Зеро, оказавшегося в руках врага. Мы почувствовали на себе, что незамеченный захват нашего самолета, столь помогший врагу в создании истребителя, который должен превосходить Зеро, во многом ускорил наше конечное поражение.
А в это время в Японии наше правительство тянуло все ту же песню об атаке на Алеуты и захвате островов. Продолжавшийся акцент на наших успехах на дальнем севере, конечно, был тактическим ходом с целью скрыть от народа правду об ужасных потерях у Мидуэя.
Глава 14
РЕОРГАНИЗАЦИЯ ОБЪЕДИНЕННОГО ФЛОТА
Итоги сражения у Мидуэя сильно взволновали наш морской Генеральный штаб. Всего лишь через шесть месяцев после Пёрл-Харбора после череды беспрецедентных побед и став сильнее, чем когда-либо, наш флот с тяжелыми ранами отошел от Мидуэя. Внезапное озарение, посетившее нашу командную элиту, заставило ее понять, что Мидуэй превратил в пустой звук доктрину линкора как первообразующей морской мощи и что победа или поражение на море теперь фундаментальным образом зависят от эффективности использования авианосцев. Придя к пониманию теперь, что воздушная мощь, а не 16-дюймовые орудия, решает исход морских битв, наши штабные офицеры-планировщики также осознали уязвимость наших тонкостенных авианосцев, которым было суждено выдерживать ярость вражеских атак.
Одним махом Токио отказался от своей стратегии наступательных операций и заменил ее новой, изогнутой линией обороны, и ее предстояло защищать практически любой ценой от врага, который, как ожидалось, сейчас должен начать свою собственную наступательную операцию. Самые дальние рубежи этой новой линии обороны простирались на запад от Алеутских островов на севере до Маршалловых островов на востоке, от Рабаула до северовосточного побережья Новой Гвинеи на юге, до Голландской Ост-Индии, Малайи и Бирмы на западе. С целью наиболее эффективной защиты этой линии мы провели реорганизацию Объединенного флота. Новые усилия были сосредоточены на максимальном развитии нашей авиации наземного базирования, и мы ускорили реализацию программы перестройки надводного флота, где центральное место занимали авианосцы. 14 июля 1942 года эшелоны флота получили свои ордера реорганизации при следующем распределением авиакорпусов новой первой линии:
Таким образом, первый эшелон реорганизованного Объединенного флота имел в своем распоряжении для боевых действий:
В дополнение к этой таблице укажем, что на борту различных линкоров, крейсеров, подводных лодок и других кораблей находились следующие самолеты:
Эти цифры слишком отчетливо указывают на внутренние недостатки в японской военной мощи, потому что, если сравнить количество самолетов морской авиации первого эшелона в начале войны, мы нарастили нашу мощь только на 117 самолетов. Далее, мы имеем прирост всего в 74 самолета в общем количестве непосредственно перед началом битвы за Мидуэй. Мощь нашей морской авиации количественно оставалась неизменной, в то время как противник лихорадочно перестраивал свою промышленность на производство все большего и большего количества самолетов. И в самом деле, будущее выглядело мрачным.
