Дежурные автоинспекции, конечно, не растерялись и пустились вслед за ним.
В начавшейся погоне перевес был попеременно то на стороне беглеца, то на стороне милиционеров. Но похоже было, что беглец имел большой опыт в гонках по скользкой дороге, потому что у Скиорки уже намного оторвался от своих преследователей. В Бояне, буквально взлетев на крутой подъем, он скрылся из виду. Расследование, произведенное затем работниками автоинспекции, установило, что примерно в это время у виллы 11З-А или вблизи нее остановилась какая-то машина. Из нее кто-то вышел: был слышен стук дверцы. Неизвестный, видимо, повертелся возле виллы 113-А, может быть, даже входил во двор. Потом снова хлопнула дверца, вспыхнули фары, и машина покатила по старой Беловодской дороге. В том месте, где машина останавливалась, как раз проходит ответвление шоссе, оно огибает двор виллы 113-А и метрах в ста от него вливается в разрытую трассу старой дороги. По сведениям, полученным от тещи моего друга Павла Борисова, который живет в соседней вилле 113-Б, упомянутая загадочная машина умчалась именно по этому ответвлению.
Но как бы там ни было, по данным автоинспекции было установлено, что «Москвич» под номером «СФ 90-52» принадлежит Недьо Недеву, и час спустя к нему на городскую квартиру в кооперативном доме на улице Шейново отправился инспектор. Однако дворник сообщил ему, что Недьо Недев вообще не приходил этим вечером домой.
На следующий день городская автоинспекция направила Недьо Недеву повестку, срочно вызывавшую его в районный отдел для выяснения.
Эту версию, в том виде как ее изложил Баласчев, я не воспринимал с самого начала. Ну какой же это Недьо Недев! В то время, когда «Москвич» СФ 90-52 мчался по Горнобанскому шоссе и сбил тележку с каштанами, настоящий Недьо Недев опечатывал сургучом дверь лаборатории профессора Маркова… Тележка была сбита примерно в семнадцать часов десять минут, а Недьо Недев вышел из лаборатории в семнадцать двадцать!
Вывод может быть сделан лишь один: неизвестное лицо использовало номер машины Недева. Тем более что марка и цвет обеих машин были одинаковыми.
Я вызвал обоих милиционеров автоинспекции и показал им фото Недьо Недева. И оба отрицательно завертели головами. «Тот, — сказали они, — значительно моложе, нос у него с горбинкой, на голове мягкая шляпа, по форме напоминающая котелок, а галстук светлый и завязан большим узлом». Это описание никак не совпадало с безликой физиономией Недьо Недева. Его серая шляпа напоминала пирожок, а узел галстука — лесной орешек, такой был он маленький.
Ну вот, необходимо обнаружить человека в шляпе-котелке.
* * *
Итак, человек в котелке изъявил готовность уплатить за рассыпанные каштаны, предъявить милиционерам свои водительские права и даже в крайнем случае паспорт, но когда ему заявили, что он должен отправиться со своей машиной в участок, чтобы там выяснить, чья она и почему он едет с превышением скорости, человек этот пустился наутек, предпринял отчаянную и рискованную попытку удрать от автоинспекторов.
Что же заставило его бежать?
По-моему, это могло быть по двум причинам: а) машина была не его; б) в машине находилось что-то такое, что не должны видеть посторонние.
Если исходить из предположения, что машина не принадлежит ему, то как объяснить его остановку у виллы 113-А и довольно продолжительную стоянку там? Когда человек удирает, чтобы спасти свою шкуру (или то, что находится у него в машине), он не остановится нигде, пока не выберется из района, где действуют его преследователи, — ему дорога каждая секунда. А вилла 113-А находится отнюдь не вне района действия его преследователей, а как раз в центре этого района. Следовательно, если он удирает потому, что машина эта не его, то он ни в коем случае не должен был бы останавливаться и терять драгоценное время.
Остается вторая причина: он вез в машине что-то такое, чего не должны были видеть чужие глаза. Это предположение подходит для моей гипотезы, но как мне доказать, как подкрепить это фактами?
Я взял с собой Баласчева и поехал на виллу Недьо Недева. В конце концов, человек в котелке останавливался там при таких «форс-мажорных» обстоятельствах, когда ему было вовсе не до остановок. Что же все-таки заставило его там остановиться, что искал он, что в этой вилле было для него важно?
Может быть, это подскажет сама тамошняя обстановка.
Было четыре часа дня, уже начало смеркаться, дождь продолжал тихонько моросить.
Мы поставили машину у высокой проволочной ограды и через двустворчатые железные ворота вошли во двор. Вилла была двухэтажной, с верандой; за нею расстилался сад — тысяча квадратных метров хризантем, цветочный ковер — бело-желто-кремовый. Я люблю эти красивые, хотя и немного печальные цветы, как люблю и тихую осень.
У входа в виллу нас встретил пожилой седой мужчина в наброшенной на плечи лыжной куртке. Представился: Михаил Маринов Недев, двоюродный брат Недьо Недева, бывший железнодорожник, теперь сторож виллы и помощник Недьо в его садовых делах. Он пригласил нас в гостиную, а сам отправился на кухню приготовить кофе.
Гостиная была так же безлика, как и сам Недьо.
Пока Баласчев заглядывал неизвестно зачем под диваны и под столы, я принялся рассматривать пачку фотографий, небрежно брошенную на кучу старых газет. Рассеянно вглядывался я в лица незнакомых людей, прислушивался к вздохам ветра, бившегося в окна, и вдруг вздрогнул. Я редко вздрагиваю, но тут меня будто током пронзило. С одной из коричневатых фотографий на меня глядели улыбающиеся мужчина и женщина. Оба они стояли у ствола дерева, но взгляд мой впился в мужчину, я видел только его. Он был в широком демисезонном пальто, на голове у него была черная шляпа-котелок, галстук был завязан широким небрежным узлом. Лицо скуластое, горбоносое, в прищуренных продолговатых глазах деланная улыбка. Человек в котелке!
Вошел бай Михаил, принес нам на подносе кофе и коньяк.
— Бай Михаил, ты знаешь этих людей? — спросил я и показал ему фотографию.
— Хорошенькое дело! Да как же мне их не знать? — кисловато улыбнувшись, недоумевал бай Михаил. — Ведь это дочка Недьо Светлана и его зять Спиридон. — Он удивленно уставился на меня и спросил: — А почему вы спрашиваете?
— Да просто так! — сказал я, стараясь придать как можно больше равнодушия своему голосу. — Красивая пара, вот потому и спросил тебя. Ну и красавец же зять у твоего двоюродного братца!
— Гори он огнем! — мрачно произнес бай Михаил. — Этот красавец — самый что ни на есть вертопрах и негодяй. Бабник, картежник… Он чернит доброе имя Недьо. Хорошо еще, что Светлана вовремя спохватилась и приняла меры, чтобы выставить его.
— Они разводятся? — спросил я.
— Она подала заявление о разводе! — не без гордости заявил бай Михаил. — Сейчас они живут раздельно. Она — в Пловдиве, он — в Софии. А ему все это кажется шуткой, он не верит в развод и иногда приходит к Недьо. Но Недьо меня предупредил, чтоб держал его подальше. Я не даю ему и шагу ступить в доме, приглядываю за ним все время, когда он припрется сюда в отсутствие Недьо.
Мы разговорились с бай Михаилом о зяте, и я узнал, что его зовут Спиридон Вылков, что он был дирижером эстрадного оркестра, но уже с год подвизается в «Балкантоне» и часто выезжает за границу договариваться о всяких турне и гастролях.
Я спросил, курит ли Спиридон, и сказал, что если он настоящий курильщик, то, наверное, покупает только самые дорогие, самые шикарные сигареты. Я задал этот вопрос неспроста: в комнате Марины я обнаружил пачку английских сигарет «Джон плейер». Но Марина не курила.
— Курит, дьявол, да еще как! — махнув рукой, сказал бай Михаил, подошел к буфету и вынул из ящика пачку «Джон плейер». — Вот его сигареты! Дней десять назад он приходил к Недьо, разговаривал тут с ним и забыл их. Когда появится снова, верну ему — на что они мне сдались, эти сигареты, да еще английские! Мы с Недьо не курим, слава богу!
От охватившей меня радости я чуть было не вскочил, чтобы обнять старого человека.
