Читаем без скачивания Герои русского парусного флота - Владимир Шигин

Тем временем старейшины и капитаны коммунитатов решили просить русских братьев разрешить им принять присягу на верность России. Своих депутатов они отправили к местному российскому консулу Санковскому и митрополиту Черногории, являвшемуся одновременно и религиозным, и светским правителем этого маленького горного государства. Консул и митрополит дали на то своё согласие. Правда, митрополит Пётр Негош несколько удивился просьбе старшин приморских селений.

— Народ Чёрной Горы уже более девяноста лет считает себя подданными России, чего же нам присягать ей ещё раз? — сказал он прибывшим депутатам.

Впрочем, Негош немедленно велел готовиться к войне с французами и выгнать из Цетина стоявший там небольшой австрийский гарнизон.

— Это ещё почему? — возмутились было австрийцы.

— На территории России вам делать нечего! — ответили им.

Вообще-то черногорцы хотели всех австрийцев сразу и поубивать (чего откладывать хорошее дело на потом?), но Белли, прослышав об их намерении, упросил митрополита всё же отпустить бывших российских союзников живыми и здоровыми. Черногорцы нехотя согласились. Дважды упрашивать австрийцев не пришлось. Они не просто ушли, они бежали, бросив даже ружья…

Затем черногорский митрополит прибыл на «Азию». Большой корабль Негошу понравился, особенно долго осматривал он пушки.

— Если бы такие вокруг нашей горы поставить, мы вообще могли бы и ружей в руки не брать! — сказал он Белли с нескрываемым уважением.

Затем митрополит и Белли убыли на берег. Там их уже встречали хлебом и солью. Десятитысячная толпа кричала: «Да здравствует Александр, царь наш белый!», «До веки поживает наш Александр!»

Митрополит вышел перед народом:

— Мы стоим на краю гибели! Бездна под ногами нашими! Отечество в опасности! И одна стезя остаётся нам к свободе — вместе с Россией: меч и храбрость ваша покажут вам её!

Седые воины плакали от избытка чувств.

Каторская область вместе с Черногорией, будучи всегда преданны России, отделены от захваченной французами Далмации пока ещё независимой Рагузинской республикой, и через Герцеговину они примыкают к Сербии. Занятие Катторо и Чёрной Горы давало Сенявину огромные выгоды. Имея отныне в Катторо безопасную гавань, держащую под контролем всю Адриатику, командующий российской Средиземноморской эскадрой одновременно получал двенадцатитысячный корпус опытнейших и преданнейших славянских воинов, а кроме этого, переносил театр войны от Корфу к Далмации.

К третьему дню нескончаемое веселье несколько спало, и город понемногу начал возвращаться к нормальной жизни.

Немедленно в поддержку Белли был отправлен на транспортах Витебский мушкетёрский полк с полевыми орудиями. А ещё через сутки из Корфу с фрегатом прибыл и сам Сенявин, не утерпевший, чтобы собственными глазами не посмотреть на занятый Белли город.

Командир отряда в парадном мундире встречал вице-адмирала прямо на причальной стенке. Рядом с ним митрополит Чёрной горы Пётр Негош, знатнейшие из горожан. Неподалёку переминался с ноги на ногу и австрийский губернатор, ещё не изгнанный, но уже никому не нужный. Отсалютовав, как и полагается по этикету, шпагой, Белли доложился о содеянном по всей форме. Сенявин сиял от радости. Обняв капитана 1-го ранга, он затем долго троекратно расцеловывался с пришедшими его встречать бокезцами.

БИТВА ЗА ОСТРОВА

Не имея солидных регулярных сил, чтобы противостоять французам на суше, Сенявин всё же успел овладеть не менее важным, чем Рагуза, портом, спутав при этом все карты как австрийцам, так и французам. Теперь своё внимание Сенявин обратил на острова Курцало, Хвар и Брач, лежащие у берегов Далмации. Острова эти были столь малы, что и не на всех картах их рисовали, однако при этом были важны стратегически, ибо контролировали подходы к побережью.

— Куда мне поворачивать форштевни кораблей? — поинтересовался у командующего всегда деловой Белли.

— Тебе, Григорий Иванович, дело у меня всегда найдётся! — усмехнулся Сенявин. — Двинешься сейчас же к лежащим против Далмации островам и овладеешь ими. На борт примешь для этого сотни три черногорцев. Я же, вернувшись на Корфу, отправлю тебе оттуда ещё два-три егерских батальона.

— Справлюсь! — как всегда мотнул головой Белли. — Нам не привыкать!

Вскоре Белли с линейными кораблями «Азия» и «Ярослав» и шебекой «Азард», преодолевая свежий вестовый ветер, уже подходил к острову Курцало. На острове французская крепость и приличный гарнизон. Остров невелик, но положение его чрезвычайно важно. Курцало контролирует всё побережье Далмации, и владеющий им владеет подходами ко всем портам. Стратегическое положение острова оценил в своё время ещё римский император Домициан, который держал на нём всегда сильный гарнизон.

Первыми открыли огонь французы, но ядра ложились с недолётом. Когда же наши подошли вплотную к берегу и «Ярослав» дал полновесный залп всем бортом, крепость яростно отвечала. Тогда Белли поднял сигнал: «Сблизившись на пистолетный выстрел, класть якоря». Один за другим «Ярослав», «Экспедицион» и «Азард» приближались к крепости, пока их днища не начинали скрести о дно, только тогда отдавались становые якоря и сразу же начинался обстрел. Прошло не более получаса, как все пушки со стен были сбиты. Теперь неприятель мог отбиваться лишь редкими ружейными залпами. С французами вроде бы разобрались, разобраться с природой оказалось гораздо сложнее. Из-за сильного ветра и плохого грунта судам всё никак не удавалось удержаться на якорях. Те тащились по грунту, и суда всё время сносило.

Утром следующего дня Белли послал в крепость парламентёра с предложением о сдаче. Французы ответили отказом. Тогда на берег пошёл десант. В кипенье прибоя одна шлюпка за другой свозили людей и припасы. Две роты морских солдат со знаменем и барабанами замаршировали прямо к крепостным воротам.

— Счас постучим хранцузам в калиточку, пущай отворяют! Мы гости званые! — смеялись они, забивая в стволы круглые свинцовые пули.

С другой стороны острова маневрировала «Елена» с девятью купеческими судами. У бортов судов плясали на волнах шлюпки. Белли обманывал врага, пытаясь показать ему, что готовится высадить ещё один десант, которого, увы, у него не было. Ложную высадку прикрывал огнём только что подошедший с Корфу «Летун». Да и остальные корабли не оставляли своих пушек без дела.

В два часа пополудни французы выбросили белый флаг. Гарнизон строем вышел из крепостных ворот и молча сложил оружие на обочине дороги. Никаких условий для себя французы не выдвигали. Писари не успевали записывать в шнуровые «трофейновые тетради»: подполковник — 1, капитанов — 2, офицеров — 5, унтер-офицеров — 20, барабанщиков — 5, рядовых — 227, пушек — 12, трёхмачтовая требака — 1, прочих судов — 8.

Едва смолкли выстрелы, появились и напуганные жители острова. Узнав, что пришли русские, они тотчас заявили, что хотели бы с радостью присягнуть на верность России. Они же рассказали, что несколько десятков французов находится и на небольшом островке Лиссе, что был неподалёку. Захватить остававшихся в неведении «робинзонов» были посланы «Азард» и «Экспедицион». Дорогой они умудрились захватить ещё в плен шебеку с подкреплением для Курцало.

— Кажется, мне крупно не повезло! — расстроился капитан-француз, когда у него отобрали шпагу. — Теперь мне никогда не выбиться в бригадные генералы!

— Напротив, повезло! — заверили его наши, шпагу забирая.

— Отчего же?

— За полчаса бомбардировки мы перебили здесь девяносто человек! Так что ваше подкрепление мы перебили бы в четверть часа!

— Что ж, нет худа без добра! — согласился француз и сразу успокоился.

Комендантом Курцало был определён подпоручик Воейков с полуротой солдат. Подпоручику едва стукнуло восемнадцать, и настоящий бой был для него первым.

Белли нервничал, понимая, что этого явно недостаточно для удержания острова, но больше войск у него просто не было.

— Боязно мне что-то! — честно признался Белли подпоручик, когда тот наставлял его, как править крепостными делами.

— Где ж я тебе генералов на все дела наберу! — покачал головой капитан 1-го ранга, приободряя юношу. — Когда-нибудь начинать-то надо! Справишься!

В последующие несколько дней отряд Белли устроил настоящий погром в местных водах и захватил полтора десятка судов с припасами.

Теперь перед Белли был остров Хвар. Шторм долгое время не давал подойти близко. К тому же, узнав о захвате Курцало, французы успели изготовить к обороне местную крепость Лезину. Ночью высадили десант, чтобы к рассвету поставить батарею. Французы движение шлюпок заметили. Началась перестрелка, когда противники обнаруживали друг друга лишь по пушечным и ружейным вспышкам. Мичман Иван Харламов и корсар Лазарь Жуанович были дерзки и удачливы. Французов они вскоре заставили замолчать. Батарею ставил артиллерии унтер-лейтенант Палеолог, потомок последних византийских императоров. Десант возглавил штабс-капитан Скоробогатов, ветеран итальянского и швейцарского походов. Когда-то Скоробогатов одним из первых прорвался на знаменитый Чёртов мост, за что удостоился похвалы самого Суворова. Теперь он был снова впереди. Десантники ворвались за ограду католического монастыря, где на них обрушились французы. Силы оказались неравными. Пришлось отходить. Как назло, с моря нашёл туман, и корабли прекратили заградительный огонь. Французы, наоборот, приободрились и навалились уже всеми силами. Скоробогатов со старыми солдатами прикрывали отход шлюпок.