возникнуть в первую половину III в. О других сочинениях с именем Климента, именно: Климентинах и Апостольских постановлениях см. ниже § 28–75.
4. На время Траяна, вскоре после начала II в., падают 7 посланий, которые написал на своем пути в Рим Игнатий Антиохийский, где он, в правление этого императора, был растерзан дикими зверями. Четыре, составленные в Смирне, послания адресованы к общинам Ефеса, Магнезии, Тралл и Рима, три, написанные в Троаде, предназначены общинам Филадельфии и Смирны и одно епископу последней — Поликарпу. В общем они содержат в себе благодарность за любовь, которую путем посылки депутаций к святому в Смирну для его приветствия выразили малоазийские общины, предостережение от лжеучения иудейских докетов и убеждение к более тесному сближению с епископом, а также ясное указание на мученичество. Послания эти особенно ценны, так как заключают в себе первое свидетельство монархического устройства христианской общины и расчленения клира на епископа, пресвитеров и диаконов.
Около 400 г. послания были интерполированы одним аполлинаристом и затем в V или VI веке увеличены прибавлением к ним послания Марии Кассобольской к Игнатию, которое стоит во главе этого собрания, так называемой распространенной редакции. В средние века дальше циркулировали с именем Игнатия еще четыре послания на латинском языке: два к апостолу Иоанну, одно к Марии и еще ответ последней. Кюрьтоном в 1845 г. был опубликован сирийский перевод посланий к Поликарпу, ефесеям и римлянам. После этого все редакции были признаны за неподлинные. С другой стороны, число противников краткой греческой редакции в последние годы значительно уменьшилось. Вследствие подкрепления ее другими свидетельствами (Поликарпа, Иринея, Оригена и Евсевия) авторство Игнатия считается верным. Между различными актами св. Игнатия можно было бы признать, как подлинную, сохранившуюся в рукописи Кольбертовой библиотеки и по ней названную «Martyrium colbertinum». Так как она неизвестна Евсевию, стоит в противоречии с письмами и заключает в себе некоторые другие нелегко примиримые затруднения, то едва ли она написана спутниками мученика и очевидцами его смерти. Вернее, что она более позднего происхождения (Funk, A. и U. II, 338–347 гг. Th. Qu. 1903 г., S. 159).
5. Только немногим моложе Игнатиевых писем послание, которое епископ Поликарп Смирнский († 155–156), ученик апостола Иоанна, написал филиппийской церкви, когда она просила его сообщить ей послания великого Антиохийского мученика. В качестве древнейшего свидетельства в пользу Игнатиевых писем, последняя приписка многими оспаривалась или признавалась интерполированной. Так как письмами Иринея, ученика составителя, удостоверено, что Игнатиевы послания читались при богослужении публично, то вместе с тем находит большую поддержку содержащая в себе то же указание и приписка Поликарпа.
6. Отдаленный ученик апостола Иоанна, а не соименного пресвитера, который, вопреки Евсевию, кстати, едва ли когда-либо существовал, епископ Папий Иерапольский во Фригии составил изъяснение слов Господа в 5 книгах. Обширная работа, исключая одного небольшого отрывка, до нас не дошла.
К этим писаниям причисляют еще два, авторы которых хотя и не принадлежат к апостольским ученикам, но, во всяком случае, недалеко отстоят от апостольского времени. Таковы суть: «Пастырь» Ерма и Диогеново послание.
7. «Пастырь» Ерма есть апокалиптически написанное наставление христианам к покаянию и благотворительности. У ориенталов автором этого произведения признавался указанный в послании к Римлянам (16, 14) Ерм и на этом основании и самое сочинение считалось весьма древним, написанным тотчас по разрушении Иерусалима. Мураториев фрагмент прямо указывает, что автором «Пастыря» был брат папы Пия I (140–154 гг.), почему датой его надо признать половину II в. Это поддерживается другими западными источниками, а также подтверждается и содержанием самого памятника. В новейшее время на том основании, что сам автор его считает себя (Vis. II, 4, 3) современником Римского Климента, оно некоторыми стало относиться к его понтификату. Само свидетельство имеет сомнительную ценность, так как положенные в писании видения трудно признать за действительное откровение. Скорее на это указание надо смотреть, как на риторическое украшение.
8. Диогеново послание, апология, приписываемая известному Диогену, есть краткое опровержение язычества и иудейства и объяснение позднего появления христианства. Сочинение это, перл древнехристианской литературы, само исходит от имени мученика Иустина, но от этого отца тем менее может происходить, что относится к I веку, с чем многие соглашаются. В новейшее время в нем видят или после-константиновскую подделку или гуманистическое упражнение в стиле. Появилось оно не в III, но скорее в II веке. Точнее определить его дату не представляется возможным.
§ 38. Апологеты II века и другие современные писатели
Апологетами, работы коих до нас дошли, кроме упомянутого неизвестного автора так называемого Диогенова послания, являются:
1. Маркиан Аристид из Афин. Его апология доказывает, что языческая вера не имеет ничего общего с понятием божества и сомнительна по своей нравственности, а служение иудеев есть служение ангелу. Напротив, истина и нравственность находятся в обладании нового рода религии, именно христианской. Содержание монахом Иоанном из монастыря Саба близ Иерусалима (около 630 г.) по большей части было перенесено в легенду о Варлааме и Иоасафе, но самая сущность писания была узнана значительно позже, когда было найдено самое сочинение на сирийском языке. По сирийскому тексту апология предназначалась Антонину Пию, по Евсевию и по одному недавно открытому армянскому фрагменту — Адриану. Решительный выбор между этими двумя преданиями является затруднительным.
2. Иустин философ, из Сихема в Самарии, умер при Марке Аврелии в Риме как мученик. От него дошли две апологии. Древнейшая и пространнейшая адресована Антонину Пию и исходит вскоре после половины II в. Позднейшая и более краткая апология представляет в известной мере не что иное, как сокращение первой, давая ответы язычникам на вопрос, почему христиане сами не кончают самоубийством, чтобы скорее соединиться со своим Богом, и почему Бог, их защитник, дозволяет их убивать. Ныне считается еще спорным, является ли эта вторая апология простым последованием к первой апологии или самостоятельным произведением. Наконец мы имеем от Иустина в «Dialogus cum Tryphone Indaeo» защиту христианства также от нападок иудеев.
3. Татиан из Ассирии, ученик Иустина и позднее глава энкратитов. Он написал около 170 г. «Oratio adr. Graecos», которое является скорее опровержением язычества, чем защитой христианства. Отсюда с особой старательностью опровергается упрек в новшестве христианской религии со ссылкой на святые книги Ветхого Завета.
4. Афинагор. Его «Legatio pro christianis», составленное в 177–180 гг., опровергает три главных обвинительных пункта против христиан и отличается прекрасным изложением и полным духа и достоинства изображением настоящего христианства. В писании «De resurrectione» рассматривается упрек, который язычники делали по поводу христианского учения о воскресении.
5. Феофил, епископ Антиохийский. При Коммоде он написал три книги — «Ad Autolycum». Первая книга особенно замечательна содержащимся в ней подробным изложением богопознания.
6. Ермий с «Irrisio philosophorum gentium»,
