Собирались верпантеры явно наспех. Серая рубашка одной была криво застегнута, ремень на джинсах заправлен только в две шлевки.
Другая и вовсе пришла в чем-то вроде домашнего халата – фланелевого, розового, в громадных ярко-желтых цветах.
На бедрах третьей висели изрядно потасканные трико, с драной коленкой. Канареечная футболка «как на большого Ивана» была завязана на животе узлом.
Такое чувство, что женщины рванули прямо из дома, даже переодеться не успели. Запахи мясного жаркого и молочного супа, теряющиеся в удушливом запахе дезинфектантов, подтверждали мою догадку.
Я обернулась к диванам и поняла причину суеты верпантер.
Там ерзали и недовольно шипели друг на друга пятеро мальчишек примерно одного возраста. Ну как одного? С разницей в два-три года максимум.
Грязные с ног до головы, с синяками и глубокими порезами по всему телу, едва прикрытому лохмотьями одежды, они не выглядели расстроенными, скорее злыми.
Все ясно! Впервые подрались в зверином обличье. Хехех. Я таких уже шила, обрабатывала, вправляла вывихи.
Лохматый темно-русый вербер в футболке цвета хаки и штанах с множеством карманов, положил на подколотник дивана правую руку и закусил губу. Из разодранного предплечья торчало белое острие кости. Скорее всего, неудачно плюхнулся на руки.
В дверях появилась молодая верлиса с ярко-красной шевелюрой и окровавленным бинтом на руке. Ее нарядное, голубое платье с приталенным лифом и пышной юбкой покрывала россыпь алых клякс. Все понятно – либо стекло в саду, либо неудачные кулинарные подвиги перед самым приходом гостей. «Последние штрихи» к праздничному столу… они всегда такие травматичные. И явно пострадал крупный сосуд.
– Сами? – окликнула Латифа и помахала рукой, зазывая в ординаторскую.
Честно говоря, я планировала с головой уйти в рутину. Забыться, не думать о том, где сейчас Рик, грозит ли ему опасность, насколько она страшна и фатальна. Но Латифа зазря звать не будет. Наверняка хочет поделиться новостями о том самом зомби-мальчике. А может даже о Маллесе?
Я кивнула и поторопилась за верлисой. Врачей сегодня вышло предостаточно, всем помогут.
Да и наш разговор с Латифой, будем надеяться, надолго не затянется.
Я осторожно просочилась через хвостатую очередь в перевязочную. Протиснулась сквозь внушительную толпу у кабинета хирурга-лора. Пациенты, с окровавленными платками в руках, заткнутыми турундами ушами и носами, расступились, давая дорогу. Я ускорила шаг и юркнула в ординаторскую.
Латифа сидела возле барной стойки, заваривала шиповниковый чай и заговорщически подмигивала. Напуганной она не выглядела, а вот озадаченной – даже очень.
Верлиса похлопала по соседней табуретке, приглашая присоединиться к чаепитию и беседе. Я запрыгнула на верхотуру, крутанулась на вращающемся сидении, и кивнула Латифе.
Та налила нам чаю, придвинула мне розовую вазочку с «палочками» ржаных сухариков и разразилась:
– Ты про нижнюю магию в курсе?
– Что-то слышала, мельком.
– Не слишком приятная вещь. В общем, мальчишка переродился прямо на вскрытии. Представь! Агастин его режет, а парень вскакивает и несется по больнице, теряя по дороге внутренности. Ужас! Новенькие санитарки в обморок попадали. Часть посетителей тоже. Те, кто покрепче нервами, похватали друзей и бежать. Шороху было… – Латифа закатила глаза к потолку и прищелкнула языком.
– Эти переродившиеся, как зомби что ли? – полюбопытствовала я. Что интересно – ни ужаса, ни отвращения рассказ медсестры не вызвал, скорее жгучий интерес и стойкое предчувствие грядущих бед. Латифа резко помотала головой, словно я сказала нечто невероятное.
– Да не-ет же! Ну, какие зомби? Они никого не едят, не вгрызаются в чужую плоть, не разлагаются заживо и не заражают вирусом. Слышала я ваши сказки, – хмыкнула верлиса. – Они делают то, что прикажут создатели. Как роботы. Живые роботы. С выпавшими внутренностями долго не живут. Не больше суток. Но мало ли как за это время парень набедокурил бы?
– О-о! Да тут отличная компания! – послышался сзади, от двери низкий, бархатистый голос Вагра.
Дракон вошел размашистым шагом, тряхнул головой, словно нарочно демонстрируя светло-каштановую косу, до пояса.
В расстегнутом вороте его черной джинсовой рубашки бугрились мощные грудные мускулы. Изумрудный взгляд прошелся по моей фигуре, притормаживая на груди, бедрах, и резко стрельнул в глаза.
Вагр приблизился в два шага, остановился рядом, чуть касаясь меня плечом. Благодаря высокой барной табуретке, наши глаза оказались вровень. Дракон придвинулся еще, и на меня пахнуло чем-то цитрусовым, кисловатым, приятным.
Вагр шумно вдохнул, и почти коснулся моего носа своим, весь как-то напрягся, чуть отпрянул и расплылся в улыбке. Такой порочной улыбки я еще не видела – все в ней говорило о желании, о сексе. Мда… Гон в «лучших» его проявлениях.
Латифа лихо спрыгнула с табуретки и выскользнула из ординаторской, оставляя меня наедине с возбужденным Вагром.
Ну во-от! В другое время я бы с ним даже пофлиртовала. Дракон был очень даже хорош и его настойчивость, на грани наглости, подзадоривала. Меня всегда притягивали мужчины, которые не верили в собственное поражение, не относились к нему всерьез, как Рик. И превращали ухаживания в увлекательную игру.
Вот только после всего, что случилось между нами с василиском, после брошюры, я не испытывала к дракону ничего. Не сосало под ложечкой, не екало сердце, не летали в животе пресловутые бабочки. Разве что хотелось улыбаться в ответ на его ухищрения.
Но Вагр, похоже, и не думал сдаваться.
– Я знаю, что вчера ты ушла с Риком. Значит, сегодня моя очередь соблазнять нашу валькирию! – как ни в чем не бывало, сообщил дракон. – После смены идем в кафе.
Я даже оторопела. Настолько внезапным, настолько безапелляционным выглядело приглашение. Словно все уже решено, и отказ невозможен в принципе. В замешательстве, я приоткрыла рот, раздумывая как бы вежливо объяснить Вагру, что я почти занята. Но дракон снова опередил – наклонился и впился в губы поцелуем.
