– Я вас не понял, мистер Макфейн. Мне эта девушка очень подходит, и я привёл вам все свои доводы. Почему я вдруг должен её променять на другую никому не известную кандидатку в невесты? – удивлённо воскликнул Алан.
– Потому, что я так тебе прикажу! – твёрдым, резким голосом произнёс Макфейн.
– Но я бы хотел, господин советник, – начал защищаться Алан.
– Ты уже ничего не можешь хотеть, если тебе приказываю я! Ты разве забыл кто тебе помог занять пост в институте или ты забыл, кто тебе может помочь в осуществлении твоей мечты стать сенатором? – не допускающим никаких возражений тоном Макфейн прервал Алана.
– Как можно это забыть, мистер Макфейн, я всегда помню ваше доброе отношение ко мне, – полушёпотом ответил Алан.
– Тогда ты должен помнить и том, кто закрывал глаза на твои финансовые фокусы, или тебе всё—таки напомнить про целые штабеля унитазов для института по тысячу долларов за штуку? Они что у тебя, золотые? Может мне поделиться своими впечатлениями на попечительском совете? Ведь не только одними унитазами ты богат, Алан, – голос Макфейн обрёл силу штормового ветра.
– Я все понял, мистер Макфейн, – пришибленно ответил Алан.
– Хорошо, если все понял. Мне важно, чтобы в срок была закончена работа по моему проекту! Вот это действительно важно, а не какая—то там девка. Их миллионы этих девок. Даже, если она там какая—то мисс чего—то там, ты не имеешь права губить проект из—за вертихвостки, которая сегодня с одним встречается, а завтра с другим, – продолжал свой натиск Макфейн.
– Я не совсем понял, мистер Макфейн, – почти шёпотом спросил Алан.
– Что тебе не понятно? Что женщины имеют свойство менять своих партнёров? Что здесь может быть не понятного? – внезапно Макфейн стал успокаиваться.
– Вы, может быть имеете, ввиду, что Эмили сейчас встречается с другим человеком? – удивлённо спросил Алан.
– Наконец то дошло до него, – снисходительно усмехнулся Макфейн.
– И с кем она теперь встречается? – совсем упавшим голосом спросил Алан.
– С твоим подчинённым, Стивом Стоуном, – теперь уже совсем спокойно ответил Макфейн.
– Вы уверены, что со Стивом, – возмутился такому выбору своей кандидатки в невесты Алан.
– Я всегда уверен в том, что говорю, – с чувством превосходства ответил советник.
– Но у Стива же совсем ничего нет. У него крохотная, плохо обставленная квартирка, никаких серьёзных накоплений, даже машина десятилетней давности, – почти засмеялся Алан.
– Ну, мой друг, что я могу тебе сказать? Женщины не предсказуемые существа. Тебе не дано знать, что женщина решит делать даже не завтра, а в следующие пять минут! – нравоучительно высказался советник.
– Я уволю Стива!!! – рассвирепел Алан.
– А вот этого не смей делать! Ты этого учёного и пальцем не тронешь, а про Эмили забудь, её для тебя больше не должно существовать! А если не забудешь, то я могу вдруг забыть замолвить за тебя слово в избирательной комиссии и совсем неожиданно вспомнить о твоих тёмных делишках с деньгами института. Как тебе такой выбор, Алан? – ехидно спросил советник.
– У Стива же белокровие и Эмили это хорошо знает, как же она могла отдать своё предпочтение Стиву? Не понимаю её выбор, – совсем не слыша речь советника, – воскликнул Алан.
– Как ты сказал? У Стива белокровие? Что же ты раньше молчал, идиот? – раздражённо рявкнул советник.
– Я сам совсем недавно узнал про его болезнь от Эмили, – пришибленно ответил Алан.
– Что она говорила про него? Сколько Стив сможет протянуть? – забеспокоился советник.
– Я не спрашивал у Эмили про подробности его болезни? – поспешно ответил Алан.
– Как не спрашивал? Ты руководитель огромного института или хозяин зачуханной сапожной мастерской? У тебя, что под началом пьяницы сапожники, которых ты сегодня с лёгкостью выкидываешь, а на завтра наберёшь других? Или у тебя работают уникальные учёные и среди них человек, которому ты не сможешь найти замены в моем проекте, – потихоньку вновь набирал обороты советник.
– Я понимаю вас, мистер Макфейн, – с трудом беря себя в руки, ответил Алан. – Я все проверю и сейчас же доложу.
– Ты со Стива пылинки будешь у меня сдувать до тех пор, пока я не скажу «хватит!». Ясно тебе или может быть поподробнее объяснить? – шипя сказал Макфейн.
– Мне все ясно, мистер Макфейн, – униженно произнёс Алан.
– Если понадобиться, пригласи лучших докторов, откуда хочешь их бери, но пусть они дежурят рядом со Стивом днём и ночью. До тех пор, пока проект не будет выполнен. Все уяснил? – начал приходить в себя советник.
– Я все сделаю как вы сказали, мистер Макфейн, – уже своим чётко поставленным голосом произнёс Алан.
– Теперь вижу, что со мной прежний Алан. Ну, ладно, пока! У меня ещё много дел и без тебя. Докладывай обо всех изменениях, которые могут повлиять на ход работ, – уже спокойным голосом произнёс Макфейн.
– Все будет сделано, как вы говорите, мистер Макфейн. До свидания.
Алан уже собирался положить трубку, когда Макфейн снова заговорил.
– А, впрочем, в случае удачного окончания моего проекта я позволяю тебе поступать с Эмили по своему усмотрению. Пока, Алан
Глава 16. Прогулка на яхте
Яркое солнце и безоблачное небо всегда создавали для Руди хорошее настроение. Наступил воскресный день, и природа сделала для него маленький подарок – на чистом, голубом небе светило яркое солнце. Детские воспоминания со временем стираются и становятся весьма обрывочными, но он помнил вот такой же яркий солнечный день и крепкие руки отца, подбрасывающие его высоко вверх, прямо к самому солнцу. Заливаясь смехом от восторга, маленький Руди глядел во все глаза с казавшейся ему тогда огромной высоты на молодого, сильного, всегда весёлого отца, и свою самую красивую маму на свете. Она сидела на зеленом берегу широкой, искрящейся на солнце, лениво текущей реки и улыбалась нам своей лёгкой, никогда не исчезающей грустинкой в глазах. Как давно это было, но тогда они были вместе и очень счастливы. Отцу, старавшегося быть стойким и жизнерадостным, несмотря на тяжёлую болезнь, съедающую его изнутри, повезло и он прожил немного дольше отведённого врачами срока. Мама только на год смогла пережить отца, любовь оказалась сильнее её. Нетвёрдой, детской памяти все—таки удалось сохранить щемящие сердце крохи воспоминаний, но Руди был благодарен этим сохранившимся крохам семейного тепла.
После смерти матери судьба определила его в детский дом, затем школа—интернат и учёба в институте лингвистики. Служба в армии в зоне боевых действий и последующее ранение его свело с Александром Сергеевичем. Замечательным, тонким, чутким человеком и одновременно высоким профессионалом своего дела. сумевшего привить молодому человеку тягу к очень важному для его родины делу и Руди прошёл спецшколу ФСБ со специализацией на нелегальной работе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
