этом виноваты исключительно окружающие? — уточнила я, заставив Повелителя-методиста озадаченно нахмуриться.
— Кто же ещё? — наконец ответил он, пожав кривенькими плечами.
— Действительно… — пробормотала я, вставая со своего места за компьютером и жестом указывая горбуну пересесть на обычное место для консультаций — стул перед журнальным столиком. Сама села на соседний пуф, улыбнулась. Но не скалилась — вдруг примет открытую улыбку как знак агрессии. Теперь, когда горбун пришёл в качестве клиента, бояться его почти перестала. Тем более что знала — стоит крикнуть погромче, и на помощь придёт Артурио и команда.
Ну, или всегда можно долбануть горбуна пуфиком по голове. Хотя обычно я так с клиентами не поступаю, даже если очень хочется.
А Повелитель твёрдо угнездился на стуле как раз в статусе клиента. Поэтому пришлось подготовить не оружие, а бумажные салфетки и одноразовый стаканчик с водой — на всякий случай.
Вздохнув, я поняла, что начинать разговор придётся самой. Решила опробовать на пришельце из другого мира технику «Четыре почему». Надеюсь, не выведу его на необходимость прикончить меня немедленно. Просто потому что. Так как многие начинают злиться уже на третьем вопросе.
— Почему вы думаете, что все хотят вас убить? — начала я спрашивать.
Горбун отвлёкся от поедания своих ногтей и уставился на меня неподвижным взором.
— Потому что они гоняются за мной с острыми предметами и орут, что прикончат.
— Почему они гоняются за вами с острыми предметами и угрожают? — продолжила я серию вопросов.
Клиент задумался на пару секунд.
— Обычно это происходит после того, как я пытаюсь высосать их энергию, либо ограбить. Но это же естественно!
— Почему вы высасываете энергию и грабите? — не успокаивалась я, невозмутимо глядя в прищуренные глаза Повелителя. Пожалуй, если что, пуфик — отличное украшение для его кровожадной башки.
— Потому что мне нравится, когда вопят и умоляют о пощаде! — триумфально закончил горбун и даже зажмурился от приятных воспоминаний. Но тут же снова на меня уставился, — и как это согласуется с тем, что вокруг — только злобные уроды?
— Никак, — пожала я плечами, — так вы говорите, что не понимаете, почему все вокруг пытаются вас убить?
Методист смахнул со стола одноразовые стаканчики, и я приготовилась отпрыгнуть в сторону.
— Почему вам нравится, когда вопят и умоляют о пощаде? — на одном дыхании выпалила я, следя за каждым движением клиента.
Горбун, помедлив, заорал:
— Потому что я — злобный урод. Довольна теперь? Счастлива?!
В дверь требовательно застучали.
— Дарья Сергеевна, у вас всё в порядке? — спросил обеспокоенный учитель ОБЖ, мирно преподававший за стенкой природные яды. Какая тема у него сегодня я знала, так как лично вбивала планирование на месяц в журнал — за пару шоколадок и большое спасибо от преподавателя. Совсем забыла, что хотела посидеть на его уроке. И свой план выполнить по посещаемости учителей. И просветиться заодно. Но сейчас было не до этого. Успокоив коллегу, прикрыла дверь и, глубоко вдохнув, обернулась.
Эти стены видели всхлипывающих учеников, злящихся учителей и злобствующего директора. Рыдающий Повелитель был новинкой, на которой я ненадолго залипла. И протянула ему бумажные салфетки, повторяя про себя основные этические принципы психолога. Полное принятие клиента. Полное принятие… не надо лупить этого гадкого типа, пусть и очень хочется.
— И дело даже не в том, что приходится жить в таком теле! — простонал горбун, звучно сморкаясь, — даже до того, как я стал ренегатом и бесплотным духом, со мной никто не хотел общаться! А я всего лишь крал их, чтобы подружиться! Пытал немножко совсем. Выселял из тела. И только за это гоняться за мной с бластерами, мечами и световыми кинжалами?!
Повелитель драматично распахнул рубашку, предъявив мне волосатую грудь, исполосованную шрамами, как разделочная доска. Похоже, на нём практиковали все виды попыток убийств, известных людям и демонам.
— Даша, там наши велели передать, что мерзкого гада пока не нашли, но это дело времени. Не выходи пока из кабинета, ты тут в безопасности.
Спасибо, Катина. Даже не заходя в кабинет, умудрилась подвергнуть меня опасности всего несколькими словами. Я посмотрела в глаза ухмыляющегося горбуна, который был на грани того, чтобы кинуться на меня. Но, моргнув несколько раз, он снова поник.
— Всегда знал, что только Страж может понять ренегата. Хоть вы и по обе стороны работаете. И в Корпорации, и у нас. Вам только энергию дай поотнимать, честно награбленную.
— Давайте вспомним про войну, как всё начиналось, — предложила я, так как сведений, полученных от команды было очень мало. Хотелось послушать и другую сторону.
И горбуна понесло. В плане того, что на эту тему он мог разговаривать долго и со вкусом. Ничего удивительного не услышала. Война была между двумя правителями демонического мира. А пострадали приверженцы проигравшего. Победитель создал Корпорацию для контроля над ренегатами, куда охотно принимал всех желающих с любого параллельного мира. И жил себе во Дворце, куда, опять же, ход был только избранным. Артурио этого доступа лишился по неизвестным мне, да и горбуну, причинам. А ренегаты, то есть, проигравшие, лишились своих демонических тел, и скитались по мирам, подпитываясь энергией, пока их не сгоняли с завоёванных мест. Иногда им везло захватывать целые миры.
— И ещё появились Стражи. Ну, то есть, вы. Которые впитывают излишки энергии и отдают её обратно похищенным. И драться при вас вообще невозможно. Обессилите за пару минут.
Я задумчиво пошевелила пальцами руки, на которой остался след от чёрной перчатки — накопителя энергии и почти не вздрогнула, когда по коже прокатилась потрескивающая шаровая молния. Остановившись на кончике мизинца, она померцала и исчезла.
— Вот об этом я и говорю, — кивнул горбун на мою руку, — ни себе, ни демонам.
— А зачем вы ушли из прошлого мира? — спросила я, — там вы были Повелителем. А здесь стали методистом в школе. И, похоже, бомжом. Так как общежития у нас нет. И палатку в парке тоже вряд ли разрешат поставить.
— Когда-нибудь спала с крысой? — злобно спросил горбун, и мы одновременно передёрнулись, — а вот одна из них была торжественно объявлена моей фавориткой, ещё до Гульназ-хатун. Если бы она не догадалась её отравить, до сих пор бы ходил, шерстью плевался.
Про тяжкую жизнь Повелителя я слушала ещё полчаса. Успела налить нам обоим по чашке кофе. Себе — так как не завтракала, а в столовую меня не отпускали, а горбуну — чтобы прекратил многозначительно заглядывать в мой кофе.
В моём кабинете мы оба успели расслабиться и успокоиться. И очередной, чисто символический стук в дверь, пропустили. Зато сложно было не заметить удар дверью о
