- Спасибо, что была со мной, спасибо. – он дрожал и я попыталась сильней обнять его, чтобы успокоить. Опустившись передо мной на колени, он обхватил меня за талию, уткнувшись лицом в живот. Я тесней прижала его голову к себе и погладила, успокаивая. Наклонившись к нему, я коснулась губами его макушки.
- Тебе не за что благодарить меня, любимый… пойдем в кровать, ты устал с дороги. – он позволил мне отвести его в спальню, раздеть и уложить в кровать.
- Поцелуй меня, малышка. – ни слова не говоря, я повиновалась его желанию, вкладывая в поцелуй всю свою печаль, скорбь и утешение. Вскоре он отодвинул меня от своих губ. – целуй меня везде, где только можешь, пожалуйста… - я немного опешила от такой просьбы, но все же сделала так как он просит.
Целуя каждый сантиметр его кожи, я получала огромное удовольствие, чувствуя его запах и возбуждаясь с каждой секундой все сильнее. Смотря в его лицо, я видела нескрываемый восторг, желание и любовь. Опускаясь с шеи к груди, с груди к животу, я чувствовала, как растет его возбуждение. Взяв в руки плоть, я стала сомневаться, что смогу коснуться его губами. Увидев мои сомнения, Амит уложил меня на спину и одним толчком вошел. Прикосновения, ласки и поцелуи к его телу так возбудили меня, что я была готова к нашему соитию.
Грустный, скорбный танец страсти - горел в нас, оставляя позади все печали и беды, что приносит в нашу жизнь судьба. Крепко обнимая его и врываясь пальцами в волосы, я шептала в экстазе его имя и мечтала, чтобы этот момент никогда не кончался. Но вскоре наступило долгожданное освобождение, принесшее полное удовлетворение и сладкую истому.
Через пару недель наша жизнь пришла в обычное русло. Амит пришел в себя и стал прежним. Мы сидели в гостиной, отмечая трехмесячную годовщину. Я приготовила праздничный ужин, поставила свечи, надела красивое платье, Амит тоже подготовился, одевшись по-праздничному. Сидя в объятиях друг друга - мы пили красное вино. Иногда я отпивала из его бокала, дразня воображение, а он обещал устроить сладкую ночь, слизывая вино и пробуя меня на вкус.
- У меня есть подарок для тебя, Анетт. – я взглянула на него с интересом, ожидая, что же он преподнесёт мне. – закрой глаза. – я закрыла. Что-то тяжелое и холодное легло на грудь. Открыв глаза, я потрогала жемчужное ожерелье. Я была рада такому подарку, мне нравился жемчуг и его сочетание с некоторыми видами одежды. Бросившись обнимать своего любимого мужчину, я крепко поцеловала его.
Чуть позже, мы лежали в объятиях друг друга в постели, обессиленные и потные. Амит исполнил свое обещание, подарив мне поистине незабываемую ночь. От вина, которое Амит слизывал с моего тела, все липло и чесалось, хотелось поскорее обмыться. В ванной комнате я задержала свой взгляд на отражении в зеркале. На меня смотрела совершенно удовлетворённая и счастливая женщина. Опустив взгляд ниже, я заметила, что на моей шее до сих пор жемчужное ожерелье. О, оно действительно прекрасно. Залюбовавшись на минутку, я расстегнула его и положила на тумбочку у раковины. Приняв душ, я почувствовала прилив сил и бодрости, счастье с новой силой захлестнуло меня. Взяв с тумбочки ожерелье, я пошла к двери на ходу рассматривая его. И вдруг я встала в проходе как вкопанная, увидев чужие инициалы. А.Л. Что еще за А.Л?
Войдя в комнату, я увидела, как Амит копается в моем телефоне, что-то ища. Я уже привыкла к тому, что он просматривает мой телефон и заранее удаляла все звонки и сообщения от своего друга, чтобы лишний раз не будить в Амите зверя.
- Амит, у тебя есть другая? – спросила я сдержано.
- Что за чушь, Анетт. У меня есть только ты.
- Правда? А кто такая А.Л? – спросила я, указывая на ожерелье. Амит лишь на секунду побледнел, после чего ответил.
- Заметила все-таки! Анетт Ливарт, как тебе, звучит? – он лукаво улыбнулся мне.
- То есть, ты хочешь сказать, что на этом ожерелье мои инициалы?
- Будущие! Ведь скоро ты станешь моей женой.
- Ну, предложения еще не поступало, поэтому не скоро… - смущённо пробормотала я, явно тронутая его поступком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Очень скоро. Я хочу, чтобы ты стала моей женой, чтобы носила мою фамилию и родила мне детей. Господи, как же я этого хочу! – он обнял меня за талию, притягивая к себе.
- И это взаимно.
***
Прошло не больше недели, когда это произошло. Был вечер, и я ждала Амита с работы. Накрыла на стол, зажгла свечи, красиво оделась, надушилась. В ванной комнате нас ждала расслабляющая ванна с пышной пеной и ароматическим маслом. Все было готово к романтическому вечеру для нас двоих. Но судьба распорядилась иначе и мои планы нарушил звонок неизвестного номера:
- Алло, Анетта?
- Да, это я. С кем говорю?
- Это Эстер, дорогая, мама Тони.
- Здравствуйте, Эстер! Как у вас дела? Как здоровье? – мне было очень приятно слышать ее.
- Хочу скорее оказаться в Лондоне, но не могу заставить чертов автобус ехать быстрей.
- Вы едете в Лондон! – обрадовалась я. – К чему такая спешка?
- Ты разве не знаешь, милая?
- О чем?
- Недавно кто-то избил Тони. Сейчас он лежит в больнице, а я еду к нему. Приеду только завтра утром. Ох уж это расстояние. Собственно, звоню, чтобы попросить навестить его. Он говорит, что в порядке, но я чувствую, что это не так.
- Конечно-конечно, я сейчас же поеду! Жаль, что я раньше не узнала об этом, тогда бы давно навестила его. А в какой он больнице?
- В центральной.
Вызвав такси, я потушила свечи и накинула на плечи кардиган. Мне достанется от Амита, если он вернется и не застанет меня дома. Узнав, где была - точно свернет шею, ведь я пообещала не общаться с Тони. Но ничего, попрошу прощения и все будет хорошо… Возможно позлится… но я готова была рискнуть. Мне не хотелось оставлять Тони одного в трудной ситуации.
На улице с приближением лета, становилось все теплее. В больнице я была примерно через пятнадцать минут. Мне повезло, посещения были разрешены и меня почти сразу проводили в палату к другу. О, бедный Тони! На нем живого места не было. Лицо опухло, руки в синяках и ссадинах, тело перебинтовано от множественных переломов.
- Привет. Как ты? – спросила я, беря осторожно его за руку.
- Нормально. – прошептал он, стараясь не открывать сильно рот. – откуда ты здесь?
- Мама позвонила, рассказала.
- Не надо было ей звонить. Не хочу тебя волновать. Иди домой.
- Успокойся, Тони. Лучше скажи кто это сделал с тобой?
- Не знаю, там было темно и на нем была маска. Он набросился на меня, когда я шел домой.
- Как думаешь, это был тот самый преступник, о котором ты рассказывал?
- Вряд ли. Он не взял у меня ничего… собирался прирезать, но ему помешали, и он сбежал.
- Тебе повезло… а как же пистолет? Ты не пытался припугнуть его им?
- Похоже моим пистолетом только детей пугать. – Тони попытался улыбнуться, но боль в губах остановила его. - Он какой-то бесстрашный был, просто выбил его из рук и с яростью стал избивать меня.
- Мне жаль… может у тебя есть недоброжелатели?
- Нет, я со всеми в нормальных отношениях. Но не думаю, что это простая случайность… кто-то явно мечтает от меня избавиться.
- Ты знаешь, что твоя мама едет к тебе?
- Серьезно? Ох, я же говорил ей сидеть дома. – он закатил глаза.
- Она переживает за своего ненаглядного сыночка. – с улыбкой сказала я.
- Который теперь совсем не ненаглядный. – буркнул Тони.
- Ну, это временно, все пройдет. Рада, что все обошлось. Ты не представляешь, как я испугалась за тебя.
- Значит, еще не все потеряно. – с улыбкой мечтательно произнес Тони.
- Что ты имеешь в виду? – переспросила я.
Он ничего не ответил, лишь загадочно улыбнулся, хотя улыбка и приносила ему сильную боль.
- Ты очень красивая сегодня. – с улыбкой сказал Тони. – Твоему Амиту очень повезло.
- Спасибо. Какой-то девушке тоже необычайно повезет с тобой. Ты славный и очень хороший.
- Брось. – смущенно ответил он, чувствуя, как заливается краской. – Но тебе пора, Анетт. Я не доверяю твоему Амиту, не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за меня.
