весь ее вид говорит о том, чем она занималась этой ночью.
Много раз. С небольшими перерывами на сон.
– Что здесь происходит?
– Джек рассказывал мне о своей последней поездке в Новую Зеландию. Там все еще остались аборигены!
Аннабель взглянула на соседа Хлои, не скрывая своей симпатии.
«Говорит так, будто уже успела с ним подружиться», ― недовольно подумала Хлоя.
– Неужели, ― пробормотала она, и не глядя на него, но чувствуя, как он наблюдает за ней, взяла кофейник и налила все еще горячий напиток в чашку.
– Ты не говорила, что у тебя появился сосед, ― заметила мать, не упустив добавить укоризненные нотки в голос.
– Из головы вылетело – думала, что сказала. ― Хлоя повела плечами, разминая затекшие мышцы. Она все еще избегала смотреть на Джека.
Ей было неуютно в возникшей ситуации. Меньше всего она хотела, чтобы теперь мать возомнила, что у нее появился новый парень и опять начала активно подталкивать ее к свадьбе. Хлоя хотела, чтобы Джек ушел, и она могла на корню пресечь все надежды Аннабель.
Возможно, он почувствовал это и решил сжалиться над ней.
– Мне пора – работа ждать не любит. ― Джек поставил чашку в мойку, собравшись уходить. ― Рад был познакомиться, Аннабель.
– Я тоже, Джек.
Хлоя удивленно взглянула на мать: с каких пор она так мила и приветлива с едва знакомыми людьми?
* * *
– Почему ты не сказала нам, что у тебя появился новый мужчина?
Тон матери звучал с едва сдерживаемой радостью и легкой примесью укора. Этого Хлоя и боялась: ложно обнадежить Аннабель и тут же разочаровать. Она могла бы солгать, или умолчать об истинном характере их отношений (что то же самое), но это было бы неправильно. Даже зная, как сильно мама хочет устройства ее личной жизни.
– Я не сделала этого, потому что это не так. Не о чем было говорить.
Хлоя с видимой невозмутимостью повела плечами, удерживая открытый взгляд на лице матери.
Аннабель улыбнулась с неприкрытой растерянностью.
– Как же это? Но ведь этот мужчина, Джек…
Аннабель обернулась и взглянула за спину, будто Джек все еще стоял там, только и, ожидая, когда речь зайдет о нем.
Видимо, Хлоя вводит ее в заблуждение. Или же…
– Ох!
Аннабель открыла рот и тут же сомкнула губы, не находя, что сказать.
Какой должна быть ее реакция?
Первым порывом женщины было осуждение, но, уже имея неудачный опыт, ранее приводивший лишь к раздорам, Аннабель решила не торопиться.
– Ты хочешь сказать, что ты с этим Джеком…
Хлоя кивнула, лишая мать необходимости заканчивать предложение.
– Это все несерьезно, поэтому я не стала ничего говорить.
Аннабель вздохнула, переваривая информацию. Конечно, она знала, что современные женщины выбирают для себя наиболее удобный формат отношений, который люди ее поколения назвали бы предосудительным. Особенно это касалось тех, кто был рожден на юге, где и сейчас семейные ценности, честь и достоинство были не просто броскими словами. Аннабель была настоящей южной леди, несмотря на то, что они с Питером уже много лет проживали в Нью-Йорке.
Воспитание истинной южанки благородного происхождение никуда не делось.
Хлоя была другой. Она росла в иное время, в иной среде – несмотря на усилия Аннабель, дочь совершенно не была похожа на нее.
К тому же, тот случай…
Все это дало свой результат. Дочка была не такой, какой хотела бы видеть ее Аннабель, но она никогда не призналась бы в этом вслух.
– И чье это решение?
Аннабель всячески старалась сохранять внешнее спокойствие и хладнокровие. Если Хлоя почувствует, что ее не одобряют, то замкнется в себе и тогда вообще ничего не скажет. В то же время она не теряла надежды, что это очередные выдумки старшей дочки. Она образумиться и наконец-то построит прочные отношения с подходящим мужчиной.
Этот Джек показался ей идеальным кандидатом: хорош собой, очевидно, успешен и неравнодушен к Хлое. Он производил впечатление надежного, сильного человека, а ее дочери такой и нужен.
Тогда бы она могла вздохнуть спокойно, и, возможно, стала бы меньше тревожиться…
– Общее, ― не моргнув, ответила Хлоя, понимая, что своим ответом разочаровывает мать. ― Ни Джек, ни я не заинтересованы в отношениях. Мне жаль, что ты встретила его. Но, если бы ты предупредила меня о своем приходе…
– Ты бы вытолкнула своего любовника, чтобы твоя сумасшедшая мамаша не строила глупых надежд! ― с горечью фыркнула Аннабель.
– Мам…
– Да нет, не надо! ― отмахнулась та. ― Ты взрослая женщина, а если я не хочу видеть то, что мне не понравится, тогда не стоит устраивать незапланированные визиты.
Она подняла сумочку со стойки, приготовившись уйти. Женщина переживала, что разнервничается и наговорит лишнего, после чего дочь не захочет разговаривать с ней.
А Хлоя пришла в отчаянье, видя напряженную спину матери. Ей хотелось начать извиняться, только она понимала, что это ненормально – ей не за что было извиняться.
– Ах, да! ― Аннабель развернулась, вспомнив, для чего этим утром приехала в «Салливан Тауэр». ― Как ты помнишь, на следующей неделе у отца юбилей.
Нет, этого Хлоя не помнила, и вот за это стыдно ей было небеспричинно.
– Будет небольшой прием – ничего такого, человек пятьдесят или чуть больше.
У матери всегда так было: если прием насчитывал меньше ста человек, то она называла это «ничего такого».
Хлоя предложила свою помощь в организации торжества (хотя в силу последних обстоятельств сомневалась, что сможет уделить этому достаточно времени). К облегчению девушки, мать отказалась, сообщив, что наняла профессионала – девушку, с которой предпочитала работать последние несколько лет. От Хлои требовалось только быть вовремя и надеть платье.
После ухода матери Хлоя позвонила детективу Сторему. Она не знала, как долго сможет скрывать от родных, что кто-то шлет ей угрозы.
* * *
– В доме Бойла не было обнаружено никаких фотографий. Ничего похожего, ― в замешательстве нахмурился Сторем, отложив снимок, показанный ему Хлоей.
– Что, если это сделал не он? ― обхватив плечи руками, пробормотала девушка. ― Это мог сделать тот, кто… освободил меня.
Она впервые сказала это вслух, и как бы странно это ни звучало, не могла исключить такую возможность.
Хлоя всегда верила, что в тот день там был кто-то еще. Этот человек стал ее спасителем, помог сбежать ей. Пусть она не видела его, но он стал ее ангелом-хранителем. Именно так Хлоя воспринимала того, кто даровал ей свободу.
Все эти годы, глубоко в своем сердце она верила в это. И все эти годы, возможно, она ошибалась.
Только у него, ее «ангела хранителя» могла оказаться ее фотография из
