подвала Френка Бойла. Потому что он был там и сделал этот снимок.
А может быть не только этот.
Хлоя не понимала этого. Ведь он не причинил ей никакого вреда, и прошло так много лет, прежде чем он дал о себе знать!
Какие у него мотивы? Чего он хочет?
Сторем потер подбородок, раздумывая над словами Хлои. В них был смысл. Даже если и не было никакого парня, даже если это фото дело рук Бойла, которое они просто не обнаружили – тип, который сейчас преследует девушку, связан с той историей.
Очень может быть, что это фанат Бойла – черт его знает? Очевидно, что он зациклился на Хлое Эдвардс. Это даже можно понять, ведь она единственная из жертв, кто выжил.
– Нужно будет поднять архивы дела – возможно, что-то было упущено. Может, удастся обнаружить что-то, что укажет на того, кто мог знать, чем занимался Бойл.
Сторем не слишком верил в то, что говорил и Хлоя это чувствовала.
Крайне маловероятно, что он тогда что-то упустил. У Бойла никого не было. Он вел замкнутый образ жизни. Коллеги с работы мало что знали о нем. Семьи и друзей у него не было. Ничего не указывало на то, что ему кто-то помогал в похищениях и убийствах.
Если бы, допустим, кто-то узнал о том, что творится в подвале его дома и помог девушке выбраться – разве не заявил бы об этом в полицию? Не рассказал бы кому-то?
И все же, предположение, что Душитель с Кони Айленда забыл запереть дверь, столь же подозрительна, как и версия с кем-то третьим.
– А пока что, мой вам совет, Хлоя – уезжайте из города на некоторое время.
Хлоя поднялась, забирая опустевшие чашки из-под кофе, и унесла на кухню. Она и сама думала о том, чтобы уехать куда-нибудь на время отпуска.
В Нью-Йорке оставаться совсем не хотелось.
И единственная причина, почему она еще не сделала этого – Джек. Этот мужчина, который ей даже не особо нравится, держал ее здесь.
Хлоя перевела взгляд на панорамное окно, с высоты взирая на город. С Нью-Йорком, как и с Джеком: он даже не слишком ей нравился, а она все равно чувствовала себя привязанной.
Что заставило ее вернуться из Джорджии сюда? Почему она приняла это решение?
Возможно, ничего этого не было бы, останься она в Атланте?
– Я подумаю над этим, ― кивнув, пообещала она.
Сторем поднялся и подошел к ней.
– Если решите уехать, сообщите мне. Звоните на мобильный… Во избежание лишних рисков.
– Думаете, он… Как считаете, чего он добивается, детектив? ― спросила она, про себя дав ответ: «Тебя. Ему нужна ты».
Только вот для чего?
* * *
После ухода детектива Хлоя хотела было позвонить Кери, но, уже взяв в руки телефон, передумала.
Ничего не изменится, если она все расскажет сестре и заставит ту волноваться еще больше.
У Кери своя жизнь, она не должна постоянно думать о проблемах Хлои. Как бы ей не хотелось обсудить все это с сестрой.
Собственно, это не совсем правда. Так ли ей хочется обсуждать всю эту неприятную ситуацию?
Вовсе нет!
Хлоя предпочла бы совсем не говорить об этом. А еще не думать – но вот с этим как раз проблема. Мысли неконтролируемы, они возвращают ее к тем событиям прошлого, которое постоянно нависает над ней, и только периодически отступают в тень.
Иногда эти периоды облегчения довольно длительны, но нет и речи о полном освобождении.
Воспоминания всегда с ней. Они часть ее, такая же, как голос или зрение.
Только когда она с Джеком, ей удается почти не думать о человеке, который желает причинить ей вред.
С Джеком в этом плане вообще легко. Он не создает ложную видимость сочувствия, ему чужда жалость. Он честен в своей жестокости и безразличии.
И она это ценит. Он не боится, что она развалится от неосторожного слова, пусть невольно, но заставляет ее чувствовать себя нормальной.
Сам того не желая, он помогает ей.
Этим утром он был почти мил с ее матерью. Что не обязан был делать. Конечно, знай Аннабель его лучше, то не решила бы, что он подходящий кандидат в спутники для нее.
Но узнать его ближе у нее возможности не будет. Хлоя не хотела, чтобы эти двое, или еще кто-то из ее семьи встречались с Джеком.
Она много раздумывала о предложении Сторема уехать. В этом был смысл. К тому же, ее ничего не держало в Нью-Йорке, и на ближайшую неделю не было никаких дел.
От тихого голоса в голове, нашептывающего «Джек», девушка в раздражении отмахнулась.
Она не может подчинять свою жизнь этому временному мужчине. Подобные отношения так не работают.
И все же Хлоя чувствовала, что должна сказать ему, что уедет на время.
Да, она должна это сделать.
Уже был поздний вечер, когда Хлоя постучала в дверь Джека. У нее весь день было желание сделать это (хотя она весьма неохотно признавалась себе в этом).
Хлоя не знала, как Джек провел этот день. Был ли он дома или отсутствовал. Куда отправился после того, как покинул ее квартиру?
Сама девушка сегодня никуда не выходила. Не из страха, что чьи-то невидимые для нее глаза наблюдают за ней. Впрочем, было бы ложью сказать, что она не была напугана.
О, еще как! Но прятаться – нет, этого она делать не станет. Она пряталась раньше, слишком долго пряталась.
Это осталось в прошлом.
А ее решение уехать…
Только лишь желание на время сменить обстановку.
Она не сбегает. Не в этот раз.
Увидев ее, Джек не удивился. Это случалось все реже с тем, как появление Хлои на его пороге уверенно входило в привычку и становилось чем-то обыденным.
Это был успех. Только вот Джек не радовался ему.
‒ Детектив посоветовал мне на время уехать из Нью-Йорка, ‒ сказала Хлоя после короткого пересказа о визите Сторема этим утром. Пока говорила, она внимательно наблюдала за выражением на лице Джека.
‒ Ты считаешь, это хорошая идея?
Он стоял со скрещенными на груди руками, чуть поодаль от нее, своим видом не выказывая никакой реакции. А ей бы хотелось, чтобы он, пусть немного, был расстроен ее отъездом.
Но о чем это она?
‒ Думаю, это не хуже, чем остаться здесь, ‒ чуть помедлив, пожала плечом она.
‒ Куда ты поедешь? ‒ Джек по-прежнему не давал понять своего отношения к ее известию.
Хлоя заколебалась с ответом: а стоит ли говорить ему
