Я промолчал, да ей мой ответ и не нужен был.
— А теперь, как водится, в награду за спасенную жизнь ты потребуешь то, о чем он не знает. Так?
— Сказки надо меньше… слушать…
Я чуть не брякнул: «мультики смотреть», но вовремя успел подобрать более уместные в этом веке слова. Помолчал секунду и не удержался, чтоб не подшутить. Очень уж надменное личико она состроила. А я задавак с детства не терплю. И опять-таки на ум приходят эти гипотетические тысячи вздернутых носиков и капризно надутые губки. Умора… Миры разные, а ничего не меняется. Ну да, не моя в том забота и печаль…
— Как маленькая, честное слово. Посуди сама… — продолжил спокойно. — Зачем мне то, о чем купец не знает? А? Когда есть нечто, на что и покупателю взглянуть приятно, и продавцу — отдать не жалко? Более того — мне даже особо и торговаться не пришлось.
Ну, тут я немножко разминулся с правдой. Вытребованные мною в награду наручи атамана стоили немалых денег, и Круглей не слишком охотно с ними расстался, но это уже мелочи. В шутейном разговоре и не такие отклонения допустимы. И я протянул к девушке руки, демонстрируя полученную награду.
Но реакция Чички превзошла все ожидания. Глазища у девчонки засверкали, словно туда весь жар из костра переместился. Она вся вытянулась, кулачки сжала, брови насупила.
— Ну, это мы еще поглядим! — фыркнула, как разъяренная кошка. Еще раз обожгла меня бешеным взглядом, крутнулась и бросилась вон.
Чудеса. Сама она эти браслеты носить собиралась, что ли? Или подарить кому-то хотела?
Глава одиннадцатая
Он уехал прочь на ночной электричке.С горя закурить — да промокли все спички.Осень и печаль — две подружки-сестрички.Девочка, плачь…
Глупое четверостишье крутилось в голове, как закольцованный файл, несмотря на то, что правдивой была только одна строчка. Да и та косвенно — дождь и в самом деле моросил не переставая, с самого обеда. А все прочее — вымысел, поклеп и злопыхательство.
Курить мне не хотелось, поскольку никогда этим не увлекался. Ни дед, ни отец не курили, да и занятия спортом тоже не способствуют возникновению тяги ко всяческим нехорошим излишествам.
Спички не могли промокнуть из-за отсутствия таковых. В этом мире огонь добывали при помощи кресала, кремня и трута. То бишь — огнива.
Осенью и не пахло еще — на дворе разгар лета.
А что касаемо девочки, то ей впору не рыдать и печалиться, а гопак станцевать на радостях. Ну или что они тут пляшут в соответствующие моменты… Ведь все сложилось именно так, как она хотела, когда, ведомая страстным желанием посмотреть мир (вопреки категорическому запрету дяди!), переоделась в мужскую одежду и отправилась вслед за обозом.
Во-первых, с утра Круглей объявил Чичке, что я принял его извинения за вчерашнее недоразумение и виры за пролитую кровь требовать не стану. Вот такой я добрый и щедрый. Знать бы еще, от чего отказался!.. Обязательно при случае разузнаю. А может, и нет. Чтоб жаба не задавила. Вдруг мне полцарства полагалось?.. Шучу, конечно. Что я с ним делать-то стану.
Ага, именно как в том анекдоте, когда у нового русского спросили, почему он не поддерживает национального производителя и не купит себе «Волгу». А тот поскреб подбородок и отвечает: «Не, если очень надо, то я могу. Только возни будет… Со всеми этими пристанями, причалами, пароходами…»
М-да, но сейчас не обо мне. И не о новых русских…
Во-вторых, поскольку количество обозников в караване сильно уменьшилось после нападения разбойников и им не хватает рабочих рук, Круглей скрепя сердце разрешил племяннице остаться и продолжить путь вместе с обозом.
— Но! — в этом месте купец так насупил брови, что они наползли одна на другую. — Смотри, Чичка, если ты позволишь себе хоть малейшее непослушание или своеволие, я отправлю тебя обратно в Белозерье с первым попутным отрядом. Которым вполне может оказаться десяток Ража. И буквально завтра! Надеюсь, в этот раз ты меня услышала?!
— Да, дядя. Спасибо, дядя…
Девушка выслушала нотацию купца, склонив голову, и только один раз зыркнула из-подо лба в мою сторону. Когда Круглей огласил амнистию в кровавом вопросе. С явным любопытством… Видимо, после нашего вчерашнего разговора, она не ждала от варвара подобного благородства.
В дополнение к устным угрозам у Чички, несмотря на клятвенные заверения быть ниже травы и тише воды, отобрали коня, привязав его к задку последней телеги. А саму девушку определили на идущий в середине валки воз. Здраво рассудив, что правя упряжкой из пары волов, она уж точно ничего не натворит, даже если захочет.
После чего все заняли свои места, и купеческий караван двинулся в путь.
Замыкая обоз, то есть — идя рядом с конем Чички, я имел возможность неторопливо и скрупулезно разглядывать его хозяйку. Вернее, только вид сзади. Но, когда долго занимаешься спортом, невольно учишься читать «язык» мышц и тела. А он тем красноречивее, чем больше человек погружается в собственные мысли.
Сейчас спина рыжеволосой красавицы — которую совершенно без купюр можно переносить на страницы шекспировского «Укрощения строптивой» (не путать с фильмом Андриано Челентано) — отчетливо говорила о растерянности и тревоге.
Девчонка явно чего-то боялась, но считала ниже своего достоинства поделиться этими страхами даже с родным дядей. Гм? Значит ли это, что вдобавок ко всем прочим ребусам и загадкам щедрая судьба подсовывала мне еще одну тайну? Словно мне своих проблем мало? А с другой стороны — не зря поговаривают, что мокрый дождя не боится. Так что…
Ощутив взгляд, Чичка проворно оглянулась, вопросительно посмотрела на меня и, не дождавшись ответной реакции, громко фыркнула. Мол, вот еще. Плечи ее при этом расправились, а спина выпрямилась.
Во второй раз, с десяток минут спустя, девушка оглядывалась не так порывисто, а как бы ненароком. Чисто случайно, ага… Вот, решила посмотреть, как там ее конь, ну и я непонятно зачем в поле зрения попал. Теперь взгляд девушки был чуть рассеян и задумчив. Спину она все еще держала ровно, но плечи уже опустились, а голова склонилась набок.
Третий раз, примерно через полчаса, она взглянула на меня из-под руки, когда поправляла платок. Мельком, но успев покраснеть, когда наши глаза встретились.
Я оглянулся посмотреть, не оглянулась ли она,Чтоб посмотреть, не оглянулся ли я…
После чего Чичка неспокойно заерзала на облучке, задергала вожжами, словно управляла лошадьми. В общем, неуютно девчонке стало. Очень неуютно!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
