– Давайте подготовим документы для стряпчих. Этот брак я счел бы более оправданным, если бы вы позволили мне выплатить сумму, которую вы обозначили как условие «шантажа». И все же этот прискорбный случай очень сильно повредил сестрам Лонгуорт. И возможно, ваш брак отчасти облегчит будущее Розалин.
– Вы выглядите совсем взрослой, мисс Айрин, – сказал с усмешкой мистер Престон. – Деревенские женщины будут много дней судачить об этой вашей шляпке.
Айрин светилась от радости, пока мистер Престон пересчитывал деньги Роуз и заворачивал ее покупки.
Она и в самом деле выглядит взрослой, думала Роуз. Алексия решила в будущем сезоне выпустить Айрин в свет. Ее возраст уже позволял это, но ввиду всего остального, возможно это было слишком рано. Даже этот брак не настолько быстро заткнул рты сплетникам, чтобы заставить забыть о скандале и позволить Айрин появиться в обществе в этом сезоне.
Сама мысль о том, чтобы обеспечить будущее Айрин, успокаивала Роуз, все еще нервничавшую в связи с предстоящей свадьбой. И это постоянное волнение не проходило, хотя всю прошлую неделю Кайла не было. На Рождество он уехал на север навестить вырастивших его тетку и дядю.
Пока его не было, она могла спокойно подготовиться к предстоящему, но убеждение в том, что она знает человека, за которого выходит замуж, с каждым днем слабело.
– Мы ждем с нетерпением великого дня, мисс Лонгуорт, – сказал, улыбаясь, мистер Престон. – Все, кто видел мистера Брадуэлла, когда в прошлом месяце он навещал вас в деревне, превозносят его прекрасные манеры и добрый нрав.
– Благодарю вас. Я верю, что вы и миссис Престон окажете нам честь и примете наше приглашение.
– Жена нипочем не упустит такой случай. Она все время говорит, что некоторые люди всегда готовы предположить худшее. И ее огорчает то, как другие… – Он внезапно замолчал, не закончив фразы, и бросил многозначительный взгляд на Айрин. В глазах его Розалин читала смущение – он будто бы извинялся за то, что намекнул на скандал в присутствии девушки.
– Меня трогает, что ваша жена меня защищает, мистер Престон. Всего хорошего.
Они с Айрин вышли из лавки. Новая шляпка Айрин из египетского гроденапля производила фурор. Она надвинула ее низко на лоб.
– Думаешь, вся деревня придерживается мнения миссис Престон?
– Маловероятно, что миссис Престон позволила бы своему мужу проявлять такое дружелюбие, если бы вся деревня не была с этим согласна.
– В таком случае похоже, что все происходит так, как говорила Алексия.
– Здесь – да. Но Уотлингтон – другое дело, а Лондон тем более.
– Думаю, в Лондоне будет не так плохо. Истербрук собирается на вашу свадьбу. Когда об этом станет известно, это заставит многих прикусить свои болтливые языки.
– Языки много болтают о нем самом, и я бы не стала особенно рассчитывать на его влияние.
Идея сыграть свадьбу в деревне принадлежала Кайлу, а не Алексии. Лорду Хейдену было предложено воспользоваться для этой цели Эйлсбери-Эбби, имением его брата, расположенным поблизости, но Кайл счел предпочтительным дом Лонгуортов. Хотя ему удалось получить специальную лицензию на брак, им предстояло пожениться в приходе, где прошли ее девические годы, среди людей, знавших ее всю жизнь.
Теперь Роуз осознала всю разумность такого решения. Кайл лучше знал нравы сельчан, чем брат маркиза. Деньги, которые семья готова была потратить в деревне на подготовку торжества, и то, что праздник был доступен для каждого, могли помочь забыть о скандале гораздо скорее, чем десять лет беспорочной жизни.
Розалин и Айрин прогуливались по узкой деревенской улочке, обмениваясь приветствиями с соседями и останавливаясь, чтобы дать деревенским девушкам полюбоваться прелестной шляпкой Айрин. Прежде чем вернуться домой, они накупили лент и тканей.
Дома царила суета. На подъездной аллее громоздилось три больших телеги, нагруженных мебелью. Целая армия слуг выгружала ее под присмотром Алексии, стоявшей у парадной двери как часовой, с большим листом бумаги в руке.
– Это пойдет в библиотеку, – сказала она двум мужчинам, которые несли большой ковер.
– Что ты делаешь? – спросила Роуз, удачно миновав столкновение с большим гардеробом, проплывшим мимо.
– В южную спальню, – скомандовала Алексия трем мужчинам, сгибавшимся под тяжестью платяного шкафа. Она посмотрела на Роуз: – Не может быть свадьбы в доме где нет стульев.
– Но это же не стул.
– Нечего задирать передо мной нос. Даже и думать не смей. Хейден сказал, что ты будешь возражать, но я не дам ему шанса показать свою правоту. Я и так сержусь, что он вынудил меня медлить. Если погода будет плохой, то на следующей неделе ты будешь принимать гостей в пустом доме. Подумай, Рози, чердаки в Эйлсбери-Эбби забиты мебелью, которая ни разу не использовалась Грешно терпеть такое расточительство. И это вовсе не подарок Хейдена. Дом и его содержимое не принадлежат ему.
Айрин кивнула:
– Это верно, Рози. Вся мебель принадлежит Истербруку.
Мимо Роуз пронесли несколько стульев.
– Алексия, а маркиз разрешил тебе шарить по чердакам Эйлсбери-Эбби?
Алексия принялась считать стулья. Потом проверила записи в своем списке.
– Я не видела в этом проку, пока мы не приехали туда. Но когда мы с ним виделись в последний раз и речь зашла о твоей свадьбе, я упомянула, что собираюсь тебе помочь в предсвадебных хлопотах, и он сказал, что я вольна использовать и слуг Эйлсбери, и все, что мне потребуется.
Роуз представила маркиза в своем доме отпускающим язвительные реплики и оглядывающим подозрительно знакомую мебель. Со свадьбы Алексии она видела его лишь дважды и находила загадочным, обладающим мрачным чувством юмора и получающим пользу от благ деревенской жизни и воздуха больше любого другого.
– Конечно, он мог передумать и отказаться приезжать на нашу свадьбу, – пробормотала она, скорее надеясь, что так и будет, хотя его присутствие помогло бы ей восстановить свое доброе имя.
В день ее свадьбы в доме должно было собраться столько отмытых до блеска и принаряженных деревенских жителей, что она опасалась, что не получится никакого веселья.
– О, он непременно будет, – сказала Алексия. – Его тетка Генриетта пыталась отговорить его, но он распорядился, чтобы она его сопровождала. Он готов притащиться из Лондона, только чтобы досадить ей.
Айрин скорчила рожицу:
– И она приедет?
– А она знает, что хранится на чердаках Истербрука? – спросила Роуз.
– Когда Генриетта жила у него прошлой весной, она составила список всего его имущества до последней подушки, – призналась Алексия.
– И я увижу ее на своей свадьбе? Она будет потрясена при виде знакомых стульев и столов! Глаза просто вылезут из орбит.
