В один прекрасный день произойдёт моё возрождение. Я восстану из пепла и, гордо расправив крылья, воспарю над суетой и рутиной, дотянусь до солнца и вновь вернусь на грешную землю, но совершенно обновлённой. Вот только что делать сейчас? Как пережить ту боль, которая клокотала в разорванном сердце и никак не хотела утихалть?
Время! У меня вагон времени! Время исцелит, излечит раны, сотрёт остроту восприятия событий. Я с нетерпением ждала, когда те самые раны зарубцуются, покроются толстым слоем соединительной ткани и перестанут мучить меня. Возможно, я стану жёсткой суровой стервой, возможно, сохраню крупицы человечности. Но одно я знала точно: никто, больше никто на свете не причинит мне боль!
Телефонный звонок заставил вздрогнуть. Я улыбнулась. Мия!
– Привет, подружка, как дела?
– Ты звонишь мне каждый день. Думаешь, в моём унылом королевстве что-то меняется так быстро?
Трубка кашлянула.
– Тогда я тот самый добрый фей, который тебе нужен. Ты не забыла, что через неделю у меня свадьба?
Кажется, я напрочь выпала из жизни. Нужно было срочно ехать в Париж, выбирать подарок, искать достойное платье.
– Так и знала.
Я представила, как мисс Калиян надувает пухлые губки.
– Прости, дорогая. Я всё успею. Честно-честно!
Мия хихикнула.
– Ничего ты не успеешь. Мы уже подъезжаем к твоему замку. У тебя есть десять минут, чтобы собрать вещи!
– Что?
Моя драгоценная подруга понизила голос.
– Мы летим в Аравию, ты, я и Марио. Свадьба состоится именно там, по законам племени. А уже потом… потом мы распишемся в мэрии.
Кто бы знал, что одно слово «Аравия» подействует на меня лучше любой пилюли! Но я твёрдо решила не поддаваться соблазну.
– Нет, дорогая. Это плохая идея. Я остаюсь в Руане.
– Поздно!
С улицы послышался скрежет открывавшихся ворот, а потом во двор въехал огромный автомобиль представительского класса.
Я чуть не завыла. Вот почему все считают своим долгом вмешиваться в мою жизнь? Почему никто не спросит, хочу ли я этого?
Нажав на кнопку видеофона, я вдруг услышала:
– Ты зря это затеяла, дорогая. Твоя подруга только начала успокаиваться.
– Она не успокаивается. Напротив, загоняет себя в болото всё глубже и глубже. Она страдает.
– Она будет страдать больше, если узнает правду.
Правду? О чём это Марио? Я вдавил кнопку сильнее, и входная дверь распахнулась. Мне же не давали покоя последние слова бедуина. Моё седьмое чувство вышло из забвения и схватило тромбон. Звуки марша стучали в висках, мешая сосредоточиться. Сейчас пришло чёткое осознание того, что я обязана лететь в Аравию.
Глава 47
― И как тебе город?
Не замечая жары, я брела по узким улочкам под руку с Мией и любовалась потрясающей архитектурой.
– Можешь поверить, всё это стоит на песке?
Шикарные виллы, бурная растительность за высокими заборами, современные автомобили.
Охрана, родственники Марио, шли за нами по пятам.
– Тут даже родильный дом имеется, а ещё несколько школ, где учатся и девочки, и мальчики. ― Продолжала моя подруга. ― Этого крохотного государства нет даже на карте, но оно существует.
Мы остановились у края искусственного водохранилища. Дальше простиралась бескрайняя пустыня, прорезанная кое-где нефтяными вышками.
– Тут так хорошо и спокойно.
– Да. ― Кивнула принцесса. ― Мы будем приезжать сюда часто. И наши с Марио дети родятся здесь.
Дети! Наверное, это прекрасно иметь детей. Наверное, ради них стоит жить, бороться, улыбаться каждому новому дню. А у меня? Нет! У меня никогда не будет ни мужа, ни семьи, ни маленьких смешных малышей. Моё сердце упорно сопротивлялось даже мысли о другом мужчине. Оно ещё на что-то надеялось! Глупое!
– Мия! Вам пора возвращаться! ― подружка нажала кнопку громкой связи. ― Темнеет. Я тоже выдвигаюсь.
– Слышала? Марио приказал идти домой. Потопали?
Я бы с удовольствием побыла тут ещё, полюбовалась закатом, послушала шум песка, но если надо…
Два дня я гостила в Аравии. Мы с Мией много гуляли, посещали местные лавки, сидели в крошечной кофейне. И ни разу, просто ни разу я не задала ей ни одного вопроса про Игната. Но изображать из себя равнодушную особу становилось всё труднее и труднее. В конце концов, что я потеряю, если встречусь с ним? Возможно, это мой единственный шанс посмотреть в янтарные глаза, услышать мягкий голос и… просто поблагодарить за своё чудесное спасение.
Я решилась.
– Мия! А Игнат в городе?
– Нет. Он в Дубае.
Я тяжело вздохнула.
– А как же его семья?
Подруга присела на тёплый камень.
– Он не хочет видеться с тобой, Настя. Как мы с Марио его не уговаривали…
– Почему?
– Всё очень сложно. Скажу одно, я встречалась с ним позавчера. И, думаю, он прав. Зря я привезла тебя в пустыню!
Моё сердце оборвалось.
– Встречалась, и не сказала мне об этом?
Мия вскочила на ноги и пошла вперёд.
– Поторопимся. Скоро стемнеет.
Решив воспользоваться автомобилем, мы залезли в просторный салон. Я не хотела разговаривать. Просто прижалась лбом к стеклу, делая вид, что рассматриваю мелькавшие окрестности.
Тёплая рука накрыла мою ладонь.
– Не обижайся, Настя. Пойми, у каждого человека есть право на собственную тайну.
Я это знала. Но какую тайну хранил Игнат?
– Кстати, вон его дом.
Небольшое строение за резным забором погружалось в ночь. Во всех особняках вспыхивал свет, а тут… тут никого не было. Значит, Тулинов улетел с семьёй. Что ж, не судьба.
Мы въехали во двор усадьбы Марио и сразу попали в крепкие объятья всех чад и домочадцев. Семья готовилась к свадьбе. Музыка, пляски, счастливые улыбки. Я чувствовала себя чужой на этом празднике. Поэтому поспешила в отведённую мне комнату и улеглась на кровать.
Итак, что мы имеем? Да ничего. Мои надежды растаяли, как предрассветная дымка над пустыней. Но я не могла покинуть Аравию так просто. Шальная мысль влетела в голову и застряла острой занозой. Пусть. Пусть мой мучитель живёт, как хочет, пусть игнорит меня, пусть бегает хоть до седых волос, но я всё равно прикоснусь к нему в последний раз. И, если у меня нет возможности сделать это при встрече, я дотронусь до него через его вещи, книги, посуду. Я твёрдо решила побывать в новом доме Тулинова, благо тот находился в квартале от особняка чародея.
Выпрыгнув в окно, никем не замеченная, я обошла двор и перемахнула через забор, цепляясь за стебли дикого винограда. Оп, и я уже стояла на асфальтированной дорожке. Держась в тени раскидистых кустов, росших по обе стороны тротуара, я прошла положенный путь и остановилась у низких ворот. Попасть во двор не составило особого труда, а вот с дверным замком пришлось повозиться. Мысленно я поблагодарила Ли за очень полезный подарок.
Три минуты, я и внутри. Нажав на миниатюрную кнопку, выпустила в темноту луч света. Ого! А господин Тулинов стал аскетом! Дом состоял из единственной комнаты, просторной кухни и санузла. Как же семья из пяти человек могла разместиться (я озиралась по сторонам) в такой тесноте и спать (я обшарила все тёмные углы) на одной кровати? Стол, кресло, компьютер, шкаф с одеждой. Я распахнула дверцы. Да уж, с прежним гардеробом не сравнить! Более, чем скромно. Передвигая вешалки, я так и не обнаружила женской одежды. Теперь тумба за шкафом. Направив луч света на неё, я чуть не закричала. Как такое могло случиться? На деревянной поверхности в позолоченной рамке стояла моё фото.
Мне требовалось время всё обдумать, хотя бы отдышаться, но шум подъехавшей машины разрезал тишину прохладной ночи. Я подбежала к окну и чуть не задохнулась от ужаса. Двое мужчин в песочных комбезах, в пёстрых платках, пожимали друг другу руки.
– Спасибо, что подвёз. Мне позарез нужны эти документы.
Игнат! Я узнала его голос!
– Не вопрос. Джип я перегоню к водохранилищу, чтобы Мия не увидела. Она меня замучает вопросами.
