– Когда Евгения Михайловна неделю назад сказала, что моя старая система, подавая слишком много сигналов, не приносит прибыли, я понял, что надо придумать что-нибудь другое. И тогда я решил использовать стратегию, которая направлена на то, чтобы не входить в рынок без подтвержденной необходимости. Я выбрал метод «аллигатора» Билла Уильямса. Как известно, он построен на трех скользящих средних, имеющих разные периоды. Каждая из этих линий имеет свое название: «челюсть», «зубы» и «губы» аллигатора. Когда все эти три линии на графике переплетены, мы делаем вывод о том, что аллигатор спит и надо оставаться вне рынка. Билл Уильяме говорит, что чем дольше спит аллигатор, тем более голодным он проснется. Просыпаясь, аллигатор раскрывает пасть и начинает охотиться на «быков» или на «медведей». Задачей моей программы является определить момент открытия пасти и того, на кого будет идти охота. Это зависит от взаимного расположения линий текущей цены и линий, образующих «пасть» аллигатора. Если цена выше раскрывающейся «пасти» аллигатора, программа выдает мне сигнал на покупку, и наоборот…
Постепенно распаляясь, Уваров вставлял в свой доклад все больше технических терминов и, глядя на посматривающего на часы Шефа, все более торопился, не давая никакой возможности уследить за полетом его мысли. Единственным заинтересованным слушателем выглядел выздоровевший Абрамов, который даже умудрялся что-то конспектировать за докладчиком в своем неизменном блокнотике.
Когда Технарь вплотную перешел к описанию теории фракталов, его остановил Шеф.
– К сожалению, нам придется прервать вашу, безусловно, интересную лекцию, господин Уваров. Торги открываются через пять минут, и я не уверен, что аллигатор будет мирно спать до тех пор, пока вы не закончите свой рассказ, – он усмехнулся и тут же хищно блеснул стеклами очков. – Кстати, я хотел бы добавить в качестве иллюстрации тот неоспоримый факт, что ваша доходность на девяносто процентов была создана одной-единственной сделкой. Слепое следование сигналам системы позволило вам не побояться купить акции «Татнефти» в тот момент, когда, например, Гожин их продавал. Вы до сих пор сидите в этой позиции, поэтому не знаю, как будет развиваться ваша ситуация дальше, зато я точно уверен в одном – какую бы стратегию вы ни использовали в своей торговле, есть один очень важный ресурс, без наличия которого у вас ничего не получится. Этот ресурс – время. И все мы здесь занимаемся именно тем, что с помощью имеющегося у каждого из нас философского камня, – тут Шеф постучал согнутым указательным пальцем по своей голове, – превращаем время в деньги. Надеюсь, сегодня всем вам удастся произвести обмен одного ресурса на другой по выгодному курсу. За работу! Да! Чуть не забыл. До вечера меня не будет. Надеюсь, у вас сегодня не возникнет необходимости в моем присутствии, но, если что, обращайтесь к Евгении Михайловне.
***
Абрамов, которого заинтересовал рассказ Уварова, тем не менее был согласен с Шефом в том, что время для трейдера является самым дорогим ресурсом. Стоило Шефу покинуть зал, как он немедленно включил монитор и загрузил терминал. Старик в своих озвученных вчера в отсутствие Абрамова наблюдениях был прав – еще в пятницу Кирилл купил акции РАО ЕЭС более чем на два миллиона рублей и теперь ему не терпелось узнать, что произошло со стоимостью его позиции за пропущенный по болезни понедельник. Придя утром на работу, он уже попытался было просмотреть итоги торгов прошедшего дня на новостных сайтах, но они оказались недоступны – какая-то проблема с Интернет-каналом. Запустится ли торговый терминал? Система запустилась, правда, выдав при загрузке сообщение о том, что она была автоматически проапгрейдена до новой версии «с повышенными коммуникационными возможностями».
Сосредоточив все внимание на мониторе, Абрамов не заметил, как Футболисты, а за ними и другие любители приколов, вновь, как и неделей раньше, принялись занимать наиболее выгодные стратегические позиции для наблюдения за его отсеком.
Да и какое это имело значение, когда, судя по появившимся на экране первым после открытия торгов котировкам, он имел уже около десяти процентов прибыли! В это трудно было поверить, все-таки акции РАО не настолько волатильны, чтобы совершать подобные прыжки, но цифры упрямо указывали на то, что невозможное произошло. Более того, цена продолжала расти, и доходность позиции только что перевалила за одиннадцать процентов! Если тенденция не изменится, совсем скоро можно ожидать приостановки торгов.
Такая мера применяется на бирже для охлаждения не на шутку разгорячившихся голов трейдеров. При существенном изменении цены определенных акций в рамках одной торговой сессии предусмотрены остановки торгов, вначале часовые, а потом, если динамика изменения цены продолжает измеряться десятками процентов, пауза в торгах этими бумагами может составить и несколько дней.
Возможно, будь Абрамов повнимательнее, он бы заметил не только пристальное внимание коллег, но и тот факт, что сумасшедший взлет затронул почему-то исключительно обычные акции РАО. Все остальные бумаги, включая даже «префы» все той же «райки», остались на месте. Но ему было не до того. Следовало определиться, что делать дальше, держать или продавать. Подумав, он решил поставить стоп-лосс. Тогда даже в случае разворота большую часть прибыли удастся спасти.
Как только Абрамов вызвал форму для подачи условной заявки, разворот из потенциальной опасности превратился в реальную. Только что стремящаяся в небеса цена с таким же проворством теперь устремилась вниз и потеряла уже два процента. Разом вспотев, Абрамов понизил на один процент уровень своего еще не посланного на биржу стоп-лосса, но, поставив курсор на кнопку «Продать», увидел, что текущая цена уже опустилась чуть ниже намеченной им отметки аварийного выхода.
От одиннадцати процентов потенциальной прибыли осталось восемь. Решив, что синица в руках в данной ситуации предпочтительнее, и разочаровавшись в своих попытках подстелить страховочной соломки на все время ускользающий вниз пол, Абрамов собрался просто слить весь свой пакет по рынку. На переоформление заявки ушло меньше минуты, но даже за столь короткий срок цена умудрилась упасть еще на три процента. Сжимая мокрой от пота ладонью «мышку», трейдер наконец-то отправил заявку на биржу для спасения оставшихся пяти процентов прибыли.
В принципе, если не вспоминать про упущенные одиннадцать процентов, даже того, что осталось, вполне хватило бы для праздничного настроения. На экране всплыло окно с надписью: «Вы уверены? Да/Нет». В голове мелькнуло: «это что-то новое», – но задумываться было некогда – цена продолжала стремительное падение. Он кликнул «мышкой» на подтверждение. Система задумалась.
– Ну! Давай же! – вслух простонал Абрамов.
«Может, лучше не надо? Да/Нет», – флегматично откликнулся терминал.
– Да что за фигня!? – Трейдер закричал уже в полный голос. – Да! Да!!
«Не надо так не надо. Заявка отменена пользователем».
– Как?! Я не отменял! Я же сказал «Да», в смысле… что надо… – Кирилл был уже не уверен, что все сделал правильно.
Он снова вызвал окно заявки, отметив, что цена за время его препирательств с компьютером упала еще на два процента. «Продать»!
«Опять ты за свое? Да/Нет», – недовольно откликнулась система.
«Да», – оторопело нажал Абрамов.
«Упрямый. Люблю таких…, – скокетничала система. – А может, не будем продавать? Да/Нет».
«Ни фига себе апгрейд!». Он хотел снова ответить «Да», потом подумал и кликнул «Нет».
«Ну, не будем, так не будем. Заявка отменена пользователем».
Признаться, Абрамов уже ожидал чего-то подобного. Эмоции кончились вместе с прибылью. Одиннадцать процентов испарились в результате внезапной вспышки болтливости его торговой системы. Некоторое время он тупо смотрел, как цена сползала все ниже. Теперь он уже проигрывал около двух процентов.
«Что молчишь? Обиделся? Да/Нет», – поинтересовалась система.
Это было уже слишком. Абрамов со злостью ткнул в кнопку выключения питания компьютера. В ответ на экране возникло изображение грудастой Татьяны Арно и веселая надпись «РОЗЫГРЫШ!».
***
В очередной раз вдоволь насладившись потешно ошарашенной физиономией Абрамова, которого смогли вывести из ступора лишь сообщением, что акции РАО в его отсутствие и в самом деле поднялись на три с половиной процента, и не став дослушивать рассказ Технаря о том, как они с Футболистами запрограммировали драматическое изменение котировок и засунули их в фиктивную торговую систему, внешне не отличимую от настоящей, но с повышенным интеллектом и стремлением поговорить по душам, Петя вернулся на свое место. «Интересно, – подумал он, – как бы я повел себя на его месте?» Однозначного ответа не было, и Петя решил сосредоточиться на торговле.
