кто потерял всё из-за неё?! — рявкнул, кроша очередные подлокотники. — Чем думает твой друг!
— Бартольд доверяет Орэту, — не согласился герцог. — Мы утром виделись, и всё было хорошо. Если бы с ней что-то случилось, ему бы сообщили экономка и конюх. Да и местные расположены к его благоверной, подняли бы шум.
— Когда он возвращается? — нетерпеливо перебил я.
— Сегодня вечером. Он уже отправил караван, продал дом. Я как раз по этому поводу и хотел с вами встретиться. Мне нужно отлучиться на пару дней. Погостить и погулять на торжестве.
Вряд ли Орэт навредил бы собственной жене. Он не так глуп. Скорее соблазнил бы, раз старшего мужа нет. Интересно, где Радгар. Или он решил самоустраниться? И, похоже, Нексуса прибила эта Натали. Говорил ему не вступать контакт! Глупая демонская Тьма! Так ему и надо. Сдохнет — горевать не стану!
— Выясни, где Радгар, и бери недельный выходной. Ты заслужил небольшой отпуск, — согласился я. Аарон улыбнулся, благодарно склонил голову. — И скажи Киллиану, пусть сдвинет все мои дела на пару-тройку дней. Я еду с вами.
Герцог был удивлён, но лишних вопросов не задавал. Коротко кивнул и вышел из кабинета. Ко мне зашёл Киллиан с ворохом документов.
— Нет, Киллиан. Унеси всё это. Завтракаем, точнее обедаем, и едем в академический городок. Я обещал ректору присутствовать. Пусть с опозданием, но приедем.
— Да, сир. Распоряжусь насчёт раннего обеда и вашего коня, — Киллиан расторопно развернулся, но остановил его.
— Ещё кое-что, — задумался на пару минут. — Собери дорожную сумку и подбери какой-нибудь подарок на свадьбу.
— Приближённый круг? — уточнил он для выбора бюджета на подарок.
— Самый близкий. Почти родня, Кил. Жениху родовитого скакуна, а невесте что-то из побрякушек бывшей королевы. Рубиновую диадему или лучше бриллиантовую тиару, — набросил ему варианты, нетерпеливо поднимаясь. — Разберёшься.
Брови секретаря взметнулись. Он поднял голову и посмотрел прямо в глаза. Удивлён. Обескуражен. Шокирован. Ещё никогда его король не дарил женщинам драгоценности из собственной сокровищницы.
— Будет исполнено, сир, — собравшись, коротко кивнул Киллиан и вышел.
Я вышел следом и занялся рутиной. После сытного обеда поехал в академию и успел на закрытие мероприятия. Поздравил учащихся и выпускников. Выслушал ректора и уехал.
Весь день, как и предыдущие несколько недель, думал о Натали. Имя красивое, необычное. Я ведь её сразу приметил. Среди толпы аристократов и военных. Хрупкая, маленькая. С большими круглыми глазами. Она восхищённо осматривала дворец, бормоча что-то себе под нос. Краснела от комплиментов спутника и Аарона. А на ужине? Глаз с меня не сводила. Но когда обратился, испугалась и спряталась за своего мужа.
Ближе к вечеру меня нашёл Киллиан. В поместье барона всё-таки что-то случилось. И Аарон с Бартольдом уже скачут туда. Они извинились, что не дождались меня.
— Ты всё подобрал?
— Да, Ваше Величество. Карета готова, вещи уложены и подарки упакованы.
— Карета пусть едет сама, я поскачу следом. Возможно, им нужна помощь.
— Одни? Может быть, собрать небольшую армию? — уточнил Киллиан, раздражая сильнее. Будто со мной что-то случится. Хотя — да, если Нексус мёртв, я тоже уязвим.
— Армия не нужна. Двух гвардейцев хватит, — обдумав, согласился и, развернувшись, поднялся к себе.
Глава 21
Сколько так просидела? Два, три часа? Хотя нет, сначала ползала вокруг тела Орэта. Мужчина лежал поломанным манекеном с неестественно вывернутыми конечностям. Тёмный его хорошо скрутил, почти сломал, пока не исчез. После звала Рому. Кричала в пустоту. Требовала вернуться и всё исправить. Но он больше не отзывался.
Через время, немного успокоившись, всё же уложила Орэта в естественную позу. Конечности выпрямила, положила голову на грудь и услышала биение сердца. Очень тихое, но биение. Он жив! Это главное. Теперь нужно дождаться лекаря, и он вылечит его рану. Мне нужна была эта вера.
Секунды превращались в минуты. Минуты в часы. Рассвет давно вступил в свои права. Но лекарь так и не появился. И напряжение этой ночи вылилось в масштабную истерику.
— Какова, какова красна девушка? Ни мала, ни велика. Личиком, личиком бело-круглоликая. Глазушки, глазушки…, — запевая свадебную песню, в дом зашла Мирабелла. За ней топтались Сэра и суровые мужчины с охапками цветов.
Всей дружной компанией они прошли в гостиную и, шокировано замолкнув, остановились на пороге. Я же сидела на полу, прижимая голову Орэта к груди, и ревела горючими слезами.
— Что с ним? — переполошилась Мира и подбежала. Я подняла опухшее лицо на подругу и разревелась в голос. — А с тобой что?!
Мира упала на колени и притянула к себе.
— Он умирает! Умирает, а противоядия нет! Бартольд в столице! Если напишу ему, он бросится обратно, но всё равно не успеет помочь. А этот Рома, гад бестелесный, его почти скрутил в бараний рог, наделал делов и сбежал в туман! — бессвязно выла я, вываливая на подругу все переживания.
— Так, Сэра, несите замороженное мясо и стакан холодной воды. Вы — бросайте цветы и бегите за лекарем. Приведите этого эскулапа деревенского как можно быстрее! Будет сопротивляться — вяжите! — развела бурную деятельность Мирабелла, продолжая укачивать в своих тёплых руках. — А ты не реви!
— Орэт сказал, к утру умрёт, — шмыгнула носом, слегка успокоившись.
— Мать, уже утро. Он живой.
Перевела взгляд на лицо Орета, вытерла с его лба собственные слёзы и слюни. К нему я активно прижималась. И только сейчас заметила — температуры нет совсем. Немного бледноват, но уже не так сильно, как ночью. И губы покраснели. Опять прижалась ко лбу. Точно, нет температуры. Дура ты, Наташа! Нашла время для истерики. Осторожно положила его на ковёр и подползла к бедру.
— Таш, зачем ты его раздеваешь? — заинтересованно уточнила Мира. — Попей водички и приложи мясо к лицу. У тебя весь глаз заплыл и на брови запёкшаяся кровь. С кем ты воевала-то?
Отмахнулась, продолжая стаскивать с Орэта штаны. Спустила их до колена, потянулась через лежащего к ножницам. Почувствовала животом поднимающуюся плоть и тяжёлую руку, опустившуюся на ягодицы. Икнула и перевела взгляд. Орэт продолжал изображать хладный труп. Разозлившись, села и стукнула по груди. Маркиз шумно выдохнул и слегка поморщился.
— Если ты притворялся, придушу собственными руками и бубенчики отобью, — прошипела в лицо и вернулась к бинтам.
Разрезав повязку, удивлённо уставилась на почти затянувшуюся рану. И тёмных вен нет! Вот это чудодейственная мазь! Нужно написать Бартольду, пусть ещё пару банок захватит. На всякий случай. Найду Рому и этой мазью залатаю ему проплешины светлые. Вот нутром чувствую, с ним тоже что-то случилось.
Облегчённо расслабилась и впервые за утро улыбнулась. Орэт будет жить. Перевела осоловевший взгляд на удивлённую Миру и
