из полуоткрытой двери начал доноситься восхитительный аромат.
К черту. Видимо, это знак. Луна присела на кровати, готовясь выйти и снова поговорить с бабушкой. Она опустила ноги на пол, встала и…
– Ах! – девушка подскочила. – Бабушка, как ты меня напугала! Как жутко ты выглядишь, когда хочешь… – сказала она, глядя на дверь, где только что молча появилась ее бабушка, держа в руках поднос со свежей, дымящейся выпечкой.
– Поешь, – предложила бабушка, протягивая ей булочки. – Ты так и ходишь голодная.
– Я не голодна. Бабушка, ты не думаешь, что нам стоит поговорить?..
– Поешь.
– Ладно, ладно… – Луна без особого энтузиазма взяла булочку с подноса. На удивление, она была очень вкусная. – М-м-м, это новый рецепт?
– Ешь, – настаивала Селена. Она подтолкнула к Луне поднос с такой силой, что его край впился девушке в живот.
– Ой! – воскликнула та, шагнув назад.
Луна зацепилась за что-то лодыжкой, споткнулась и упала. Она с досадой посмотрела в пол, ища виновника своего нелепого падения, и обнаружила плетеную корзину, полную вещей Галы. Дорожная сумка.
«Но если она сбежала еще прошлой ночью, – подумала Луна, – что здесь делают эти вещи?»
Луна встала на ноги. В окне отражалась Цветная Луна, окрашивая косу Селены переливающимися красками.
– Бабушка, – прошептала она, – где Гала?
Селена открыла рот. Луна с трудом разобрала ее речь: на этот раз Селена выражалась не словами, а мычала, как это делают кошмары.
– Гала с остальными десертами.
Луна застыла. Ее пальцы дернулись и случайно раскрошили надкусанную булочку, которую она все еще держала в руке.
Что она могла поделать? Луна не знала. Хотя даже если бы она знала, это бы ничем не помогло, потому что в этот момент она крепко заснула.
Глава тринадцатая
Ирис проснулась с плохим предчувствием, привкус которого она отчетливо ощущала во рту. Ей приснился странный сон, запутанный и сбивчивый, как отражение в взволнованном пруду. Девушка вспомнила солдат-марионеток, вишневое дерево с искривленными ветвями, ветряную мельницу и прочие образы, пронизанные волшебством и разноцветными блестками.
Однако не сон разбудил ее, а скрип закрывающейся двери. Ирис потерла сонные глаза и огляделась. Хана все еще беспечно храпела на диване, но Эрин нигде не было. Ирис повторила про себя все аргументы («Доверься ей», «Она не похожа на свою мать», «Вы делаете общее дело»), но громкий храп Ханы окончательно пробудил ее ото сна, и она встала.
«Я пойду подышу воздухом, здесь невозможно спать. И если я вдруг встречу Эрин, это будет совпадение», – сказала она себе и тут же задалась вопросом: кого она пытается убедить, если только она сама может читать свои мысли? Ирис понимала: это не более чем оправдания.
Итак, некоторое время спустя она уже следовала за Эрин под покровом ночи. Ей хотелось верить, будто она гениальная шпионка, способная в любых обстоятельствах остаться незамеченной и скользящая по тропинке, подобно лунному свету, раскрашивающему пустынные улицы неуловимыми красками… но это было бы ложью. За все время слежки Эрин заметила ее примерно четырнадцать раз.
Внезапно принцесса остановилась посреди дороги. Испуганная Ирис развернулась, чтобы спрятаться за фонтаном, но не рассчитала скорость и амплитуду движений, в итоге сильно ударившись макушкой.
– Ай! – сорвалось с ее губ, но Ирис быстро зажала рот обеими руками и затаила дыхание.
Однако Эрин так и не появилась рядом. Ирис выдохнула с облегчением. Принцесса ничего не заметила!
– Я знаю, что ты следишь за мной.
«Проклятье».
Со всей естественностью, на которую она только была способна (а эта способность у нее явно хромала), Ирис выглянула из-за фонтана.
– Эрин? Какое совпадение! Я вышла подышать свежим воздухом и…
– Заканчивай эти глупости. Так ты будешь спрашивать, что я здесь делаю?
– Что ты здесь делаешь? – спросила Ирис, озадаченная откровенностью Эрин.
– Храп Ханы не давал мне спать. Неужели человек, поющий, как маленькая птичка, может храпеть, как пещерный носорог? – Эрин покачала головой. – В любом случае, ворочаться в постели, то есть на диване, смысла не было… Вот я и решила поискать ингредиенты, чтобы сделать противоядие для сатира, выпившего зелье на площади. – Ирис удивленно заморгала, заставив Эрин весело улыбнуться. – Не ожидала такого, да?
– Ну… на самом деле нет. – Ирис смущенно опустила голову. – Прости.
Эрин положила руки на бедра.
– Все нормально. Но мне не нужны твои извинения. Ну, вообще-то нужны, – призналась она, – но этого недостаточно. Я хочу, чтобы ты перестала подозревать меня на каждом шагу.
– Ну, я могу попробовать, – ответила Ирис и хихикнула. – Но согласись, уйти посреди ночи – это очень подозрительно. Если тебе нужны ингредиенты, ты можешь попросить их у Селены. Думаю, она уже проснулась и сейчас на кухне.
– Да, я знаю. Она и не прекращала греметь посудой, – фыркнула Эрин. – Кто готовит в такое позднее время? Эта женщина сумасшедшая, она ненавидит нас с мамой. Я не собираюсь просить ее о помощи.
– Да уж.
– «Да уж»? Разве ты не скажешь мне: «Что случилось, это всего лишь твое воображение, никто не сможет тебя ненавидеть, Эрин, ты замечательная»?
– Мне кажется, она нас всех немного ненавидит… Хотя ненавидит вряд ли, но мы точно ей не нравимся. Ей кажется, что именно мы заставили ее злейшего врага преследовать ее внучку за измену Короне, так что я тоже не могу ее винить.
– Она ничего не понимает, – проворчала Эрин. – Та история, которую она рассказала… Это не могла быть мама. Она не такая! Моя мама умная, любящая и добрая… Селена ее плохо знает.
– А ты? – мягко спросила Ирис. – После всего, что ты видела… ты уверена, что хорошо знаешь свою мать?
– Конечно, – ответила Эрин. По крайней мере, губы произнесли именно этот ответ. А вот глаза говорили другое, но Ирис не захотела сыпать соль на рану.
Вместо этого она указала на маленькую дырочку в рукаве. Путешествие явно потрепало ее придворное платье: не хватало ленты, которую она оторвала, защищаясь от Криса, пуговица, зацепившаяся за гвоздь в лодке, наполовину оторвалась, а пара зеленых разводов виднелась у манжет. Но несмотря ни на что, это был все тот же придворный костюм, что и два дня назад. Тот же самый, но немного другой.
– Мне пора вернуться в пекарню, – сказала она. – Люди могут выглянуть из окошек и узнать меня.
– Да, нам лучше вернуться.
– А как же ингредиенты?
– Здесь нет ничего подходящего, я это поняла буквально через пару минут, – Эрин постучала себе по носу и улыбнулась. – Но, поскольку ты решила проследить за мной, я решила тебе немного подыграть.
Эрин подмигнула Ирис, и девушки направились к кондитерской.
– Селена, возможно, не самая дружелюбная женщина, но ее выпечка пахнет чудесно. Я так ничего и не попробовала, меня уж слишком разозлили ее речи о моей маме, – призналась принцесса. – Но я умираю с голоду. Всю дорогу меня преследовал аромат свежих булочек. М-м-м… Подумать только, по словам Луны, ее бабушка готовила весьма съедобные вещи…
Ирис по-прежнему ничего не чувствовала, но
