– Это ничего не меняет.
– Как знать, Большой Джин. Как знать… – Огиманс достает курительную трубку, достававшуюся ему от отца, и предлагает побыть немного наедине со своими мыслями.
В эту ночь индеец так и не ляжет спать. Когда выкуренные травы позволят сознанию вернуться в тело, Рэмси найдет Огиманса на берегу озера Гурон. Будет раннее воскресное утро. По пояс раздетый индеец стоит у кромки черной воды и ждет, когда встанет солнце, словно бросает вызов окружившим его сумеркам. Рэмси так и не решится подойти к нему. Он вернется в свой дом и ляжет спать.
Ближе к полудню приедет Джером Нильсон на своем грузовике. Протяжный клаксон разбудит Рэмси.
– Решила сделать тебе подарок, – скажет Эллис Шатнер, указывая на черную статую в кузове грузовика Нильсона. – Сандро Димарко сейчас ремонтирует дом, так что долго договариваться о цене не пришлось, – Эллис улыбается.
– Почему ты привезла эту статую мне? – хмурится Рэмси.
– Я подумала, что раз ты ради меня сжег те фильмы, то я должна тебя как-то отблагодарить, дать тебе что-то взамен. Давай, одевайся, и мы вместе решим, куда поставить эту статую. И не ходи как сонная муха, Нильсон не будет ждать вечно, а вдвоем нам эту статую не передвинуть!
Когда Рэмси выходит на улицу, рядом с Эллис стоит Огиманс. Он угрюм и молчалив, но не отказывается помочь установить статую.
– Отсюда ты отколол кусок своего камня? – спрашивает Огиманс Рэмси, указывая на изуродованную руку статуи.
– Да.
– Принеси его.
– Зачем?
– Хочу посмотреть, подойдет ли он.
– Я же сказал, что он изменился.
– Может быть, тебе это показалось.
– Ерунда, – смеется Рэмси, но статуэтку, в которую превратился отколотый указательный палец, приносит.
– Да. Не подходит, – соглашается индеец.
– Может быть, виной всему был пейот? – спрашивает Эллис.
– Я не употребляю пейот просто так, – ворчит Рэмси.
– Тогда как ты объяснишь свою историю?
– Я не знаю. Чудо?
– Чудо? – Огиманс улыбается как-то недобро.
– А ты приложи его на место, – советует Эллис, не то в шутку, не то всерьез. – Вдруг камень снова изменится?
– Тебе надо, ты и прикладывай, – начинает злиться Рэмси. Эллис забирает у него камень, подходит к статуе, вертит в руках крохотную черную статуэтку, которая, если верить Рэмси, была раньше указательным пальцем. – Как думаешь, какой стороной лучше приложить? – спрашивает она Огиманса. Индеец пожимает плечами. – Ладно. – Эллис вытягивает руку. Черная поверхность статуи вспыхивает. Статуэтка меняется в ладони Эллис. Рэмси слышит ее испуганный вскрик и невольно вздрагивает. Крохотная статуэтка превратилась в указательный палец, заняла свое место на статуе.
– Черт возьми! – растерянно говорит Рэмси, не веря своим глазам.
Черная каменная гладь статуи снова вспыхивает. По ее поверхности прокатывается дрожь. Кажется, что сейчас случится непоправимое и статуя рассыплется на тысячи крохотных частей. Камень меняется. Женщина из камня меняется. Метаморфозы еще не закончены, но Рэмси понимает, что теперь у статуи лицо Эллис Шатнер.
– Твою мать! – говорит он и испуганно косится на Огиманса. Индеец уходит, не сказав ни слова.
– Что происходит, Джин? – спрашивает Эллис.
– Огиманс думает, что в озере поселилось зло, а мной завладел один из злых духов. – Рэмси смотрит на статую из черного камня, которая похожа с Эллис как две капли. – Теперь он считает, что ты и есть тот злой дух.
* * *
Тени и страхи. Черные камни на берегу озера Гурон. Индейцы, которых встречают в городе. Долгие ночи. Еще более долгие дни. Встретиться с Хьюзом Мирной. Спросить его о радиации. Послушать о пришельцах.
– Зачем тебе это? – спрашивает Эллис Шатнер. Для нее происходящее не более чем шутка, чей-то странный розыгрыш. Даже случай со статуей. Даже черные камни, которых становится все больше и больше на берегу. Эллис увлечена Джином Рэмси, и это для нее главное.
– У тебя есть родственники подальше отсюда, чтобы можно было уехать к ним? – спрашивает Рэмси, после того как кто-то ночью сожжет статую, которую подарила ему Эллис.
Огонь вспыхивает в полночь. Яркий столб пламени устремляется в небо. Черный камень шипит, пенится. Рэмси знает, что камень не может гореть, но камень горит, плавится. От статуи остается лишь густая черная жижа. Эллис выходит на порог.
– Кому нужно сжигать статую? – спрашивает она Рэмси, плотнее запахивая халат.
– Лучше скажи, как камень вообще мог сгореть. – Рэмси вглядывается в ночь. Он не видит, но знает, что где-то десятки глаз наблюдают за ним. Племя Огиманса здесь. Оно ждет, оценивает, оно готовится сделать первый шаг. Серьезный шаг.
– Я смогу за себя постоять, – говорит Эллис.
– Нет. Не сможешь. – Рэмси просит ее довериться ему. Просит собрать вещи и уехать из города. – Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Не хочу, чтобы Огиманс сделал что-то непоправимое.
– О ком ты больше заботишься: обо мне или друге-индейце?
– О вас обоих.
– И когда мне можно будет вернуться? – спрашивает Эллис.
– Я не знаю.
– Тогда я никуда не уеду.
Но индейцев в городе становится все больше. Они появляются как призраки. Добрые духи, которые пришли сразиться со злом в черном озере. Рэмси знает, что если эти странные люди что-то решили, то их уже не переубедить.
– Может быть, поговорить с шерифом? – предлагает Эллис.
– И что мы ему скажем?
– Скажем все как есть.
– И он посчитает нас сумасшедшими.
– Но мы же правы.
– Хьюз Мирна, который верит, что в озере живут пришельцы, тоже, возможно, прав, но все считают его чокнутым.
– Но мы же не верим в пришельцев!
– Я уже не знаю, во что я верю, – говорит Рэмси.
Он отправляет Эллис домой и дожидается ночи. Он знает, что Огиманс и его племя следят за ним. Набраться смелости, выйти из дома, позвать своего друга.
– Нам нужно поговорить, Маленький Вождь! – кричит в темноту Рэмси. Огиманс выходит из темноты. На нем почти нет одежды. Крепкое тело украшено боевой раскраской. Белые линии и рисунки сверкают в темноте на смуглой коже. – Эллис не демон, Маленький Вождь, – говорит Рэмси.
– Она околдовала тебя.
– Она просто случайно оказалась здесь.
– Она была мертва четверть часа. В нее превратился черный камень. Ее чары в твоем сердце.
– Меня ты тоже хочешь убить?
– Из тебя мы изгоним злого духа, которого поселило там зло озера.
– Тогда изгоняй сейчас.
– Еще не время.
– К черту! Начинай с меня. Изгони этого духа, если тебе станет легче, и тогда мы снова поговорим с тобой. Ты ведь будешь говорить со мной, когда изгонишь из меня этих чертовых духов? Станешь слушать меня?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
