скачка» политика Пекина периодически приводила к обострению ситуации вдоль границ. В августе 1958 г. был начат обстрел островов в Тайваньском проливе, которые были частью Тайваня. Это было сделано без предварительных консультаций с СССР, с которым КНР была связана договором о дружбе, союзе и взаимной помощи. США ввели в пролив корабли своего 7-го флота. Действия Пекина привели к усилению международной напряженности. Осенью 1959 г. начался пограничный спор с Индией, через три года в 1962 г. он привел к пограничной китайско-индийской войне.
Составной частью политики Мао Цзэдуна, направленной на противопоставление КНР Советскому Союзу, было планомерное вытеснение советских специалистов из Китая. Для них были созданы невыносимые условия, им не давали работать, хотя они оказывали неоценимую помощь. В результате летом 1960 г. Москва была вынуждена принять решение об отзыве своих специалистов из КНР. С того же года начались регулярные нарушения советско-китайской границы с китайской стороны.
В январе 1961 г. состоялся пленум ЦК КПК, на котором было принято решение сосредоточить силы на ликвидации последствий «великого скачка». Этот курс был назван «урегулированием». Было принято решение о снижении темпов экономического развития.
Несмотря на очевидный провал политики «скачка», Мао Цзэдун продолжал настаивать на принципиальной правильности этого курса. При этом он возлагал ответственность за его неудачу на «врагов» и «вредителей» внутри партии. С начала 1960-х годов стал очевидным раскол в партии между теми, кто занимался восстановлением экономики страны, и теми, кто стремился выдвинуть на первый план проведение очередных идеологических и политических массовых кампаний.
Столкновение между сторонниками этих разных взглядов приобрело почти открытый характер на созванном в начале 1962 г. совещании руководящих работников КПК, в котором приняли участие семь тысяч функционеров партии. На этом совещании Лю Шаоци практически открыто критиковал политику «трех красных знамен». Он подчеркнул, что «великий скачок» совершен поспешно и в результате теперь в течение десяти лет придется заниматься урегулированием положения в экономике. Лю Шаоци назвал «битву за сталь» «мыльным пузырем», при шал отказаться от ликвидации рыночных отношений, помимо государственной торговли восстановить коллективную и частную на сельских рынках. Реагируя на такую критику, Мао Цзэдун, с одной стороны, признавал, что несет ответственность за допущенные ошибки, но одновременно настаивал, что в принципе курс «трех красных знамен» является правильным.
В 1962 г. выправление положения в экономике продолжалось. Вместо «народной коммуны» основной производственной единицей в деревне стала «производственная бригада» из 10–30 дворов. Крестьяне вновь получили приусадебные участки, им вернули личное имущество, было разрешено держать свиней, открылись «свободные» сельские и городские рынки. Началось медленное восстановление системы материальной заинтересованности.
Обострение политической борьбы в руководстве КПК отражало и размежевание в обществе. Экономисты подвергали сомнению тезис Мао Цзэдуна «политика — командная сила». Творческая интеллигенция призывала «писать правду». Широкую известность приобрела пьеса У Ханя «Разжалование Хай Жуя» о сановнике времен династии Мин, который не побоялся критиковать самого императора и был за это разжалован. В Китае люди воспринимали это как намек на протест Пэн Дэхуая.
Осенью 1962 г. Мао Цзэдун нанес удар по инакомыслящим. Он призвал «никогда не забывать о классовой борьбе» и развернуть борьбу в партии «против классово чуждых элементов». Выступил он и против предложений о реабилитации кадровых работников, подвергшихся опале во время «великого скачка».
Инициированная им кампания борьбы за «воспитание в духе социализма» началась весной 1963 г. и продолжалась вплоть до осени 1965 г, когда ее сменила первая предварительная и подготовительная стадия «культурной революции». Воспитательная кампания сопровождалась жестокими репрессиями, в результате которых не только в той или иной мере пострадали, но и погибли многие партийные работники. Вся идеологическая работа в партии при этом проводилась в условиях, когда никто не мог открыто критиковать председателя Мао и его идеи.
Между тем все это время Мао Цзэдун готовил еще более широкое наступление, т. е. «культурную революцию». В декабре 1964 г. он заявил, что необходимо усилить классовую борьбу, направив ее, прежде всего, против «группировки, стоящей у власти». В итоговом документе совещания в ЦК КПК, на котором он выступил, отмечалось: «Центр тяжести нынешнего движения — борьба против тех облеченных властью, которые находятся в рядах партии и идут по капиталистическому пути. Среди этих облеченных властью и идущих по капиталистическому пути одни выступают на сцене, другие же действуют за кулисами». Это была подготовка к бескомпромиссной борьбе против Лю Шаоци и всех тех, кого можно было обвинить в отступлении от маоцзэдуновских «идей».
К середине 1960-х годов благодаря усилиям Лю Шаоци и многих других руководителей партии, разделявших его подход к решению сложных проблем в экономике, последствия «великого скачка» были в основном преодолены. Китай подошел к уровню 1957 г. по показателям как сельскохозяйственного, так и промышленного производства. В 1963 и 1964 гг. сельскохозяйственное производство ежегодно росло на 10 %, а темпы роста промышленного производства составляли почти 20 %.
Однако не вся экономическая сфера находилась в руках Лю Шаоци и близких ему по взглядам политиков. Мао Цзэдун продолжал попытки создавать предприятия как в сельском хозяйстве, так и в промышленности, соответствующие его идеям. В области сельского хозяйства пропагандировался опыт большой производственной бригады Дачжай в провинции Шаньси. В области промышленности — опыт создания и работы нефтепромыслов в Дацине в провинции Хэйлунцзян. Суть «опыта Дачжая и Дацина» заключалась в создании экономических структур, сочетающих в себе элементы как сельскохозяйственного, так и промышленного производства, ориентированных на почти полное самообеспечение. При этом вся прибыль должна была передаваться государству.
В 1965 г. Мао Цзэдун тайно приготовился к началу открытой борьбы против тех, в ком он видел противников своего курса и своих идей. В 1960-е годы культ его личности был незыблем, а верховная власть над вооруженными силами и в сфере идеологии никем не оспаривалась. Ему предстояло преодолеть своего рода «технические сложности». Для этого он сколотил внутри партии группу ближайших помощников для разработки планов начала и проведения планировавшейся «культурной революции».
Прорыв решено было начать с провокационной критики в печати упоминавшейся исторической драмы «Разжалование Хай Жуя» и ее автора У Ханя, который в то время был заместителем первого секретаря горкома КПК Пекина Пэн Чжэня, также выступавшего за курс Лю Шаоци в сфере экономики и призывавшего к развитию демократии. В ноябре 1965 г. статья на эту тему появилась в печати. Тогда же Мао Цзэдун обвинил в «попытке узурпировать власть в армии, в выступлении против партии» начальника генерального штаба НОАК Ло Жуйцина, другого приверженца умеренных взглядов.
Призыв к началу «культурной революции» впервые прозвучал 18 апреля 1966 г. со страниц главной армейской газеты. 7 мая в письме министру обороны маршалу Линь Бяо Мао Цзэдун изложил свою социально-экономическую программу, реализация
