Желает уколоть меня за всех женщин? Напрасно. Я не отвечаю за поведение других людей.
– Вы видели снег? – спросила его. – Он состоит из миллионов белых снежинок, но среди них нет ни единой похожей. Так и люди. Можно считать нас одинаковыми, но каждый из нас индивидуален и не похож на остальных.
Я опять отвернулась к окну.
Некоторое время он молчал, а я, понятное дело, разговаривать с ним не рвалась.
– Почему ты не спрашиваешь, куда мы летим?
– Надеюсь, что вы доставите меня домой, и не хочу разочаровываться, если это не так, – ответила, не глядя на него.
– Мне любопытно посмотреть, где ты жила до встречи со мной. Сейчас мы летим туда.
От такого ответа я несколько напряглась. Слишком обтекаемо он звучал, допуская любое развитие событий. Он не сказал, что позволит мне остаться дома. Нет никакой гарантии, что после того как мы посетим квартиру, меня опять не затолкают во флайт.
«Что он задумал?» – мучил меня вопрос.
Когда мы зависли перед подъездом во дворе моего дома, где мамы гуляли с детьми на детской площадке, сидел на лавочках народ, кто-то уезжал, кто-то парковался, люди уже начали с любопытством смотреть на флайт, ожидая, кто из него выйдет, я нарушила молчание и попросила:
– А можно приземлиться чуть подальше?
– Зачем? – На лице высокородного отразилось легкое недоумение.
Я замялась, а потом призналась:
– Не хочу, чтобы меня видели в обществе дейгассов.
– Почему?
Нет, похоже, он действительно не понимал!
– Не хочу привлекать к себе внимание. Меня здесь знают, вон наша соседка по площадке гуляет со своим ребенком, – кивнула я в сторону знакомой женщины. – Я обычная студентка, живу с женихом, и у меня не может быть ничего общего с вами. Не хочу портить себе репутацию и становиться объектом досужих сплетен.
У высокородного вытянулось лицо, но мне было не до его задетого самолюбия. Я с отчаянием смотрела в окно флайта, не представляя, как из него выйду.
– Мне отдать приказ лететь обратно? – ледяным тоном спросил он.
– Нет! – поспешно воскликнула я и полезла в сумку за ключами.
Неожиданно мне пришла идея:
– Маркангасс, миленький! – жалобно воскликнула я, подняв голову от сумки и взывая к тому, – а может охрана из сопровождения окружить флайт, перекрывая обзор особо любопытным? Они же высокие, плечистые ребята.
– Даже не думай! – зарубил мою идею на корню высокородный.
Сволочь!
– Разверните флайт! – неожиданно приказал он.
– Не надо! – испуганно воскликнула я, решив, что мы летим обратно, но этот ублюдок задумал иное.
Флайт повернулся на сто восемьдесят градусов и замер. Раньше моя дверь была напротив подъезда, теперь же – со стороны двора.
– Открой дверь.
Маркангасс вышел и открыл дверь перед высокородным. Тот вышел, обошел флайт и, открыв мою дверь, протянул руку.
Я с ненавистью посмотрела на него, испепеляя взглядом. Ублюдок! С горящим лицом, не приняв его руки, я ступила на землю и вышла из флайта. Дейгасс в отместку не сдвинулся с места, и я оказалась зажата между флайтом и им. Со стороны все это выглядело более чем двусмысленно, вот только мы с ним были в бешенстве и обменивались отнюдь не ласковыми взглядами. Я так вообще от злости кусала губы.
Этот мерзавец даже и не собирался отодвигаться и дать мне пройти. Напротив, его взгляд опустился на мои губы, и напряжение между нами резко возросло.
Пусть даже не мечтает! Зажав ключи в руке, я нырнула обратно во флайт и выскочила с другой стороны, благо Маркангасс не закрыл вторую дверь. Не став дожидаться реакции высокородного, который в этот момент наклонился и заглянул в салон, я опрометью кинулась к подъезду.
– Стоять! – рыкнул он мне вслед. Это я так решила, а может, и охране. Не оглядываясь, я скрылась за дверью подъезда и молнией кинулась к лифту. К счастью, он был на первом этаже и уже через несколько секунд уносил меня вверх. Одну!
Выбежав из лифта, как спринтер, понеслась к дверям квартиры. Влетев в коридор, так и застыла на месте. Наша дверь в этот момент открылась, и я увидела выходящую Диану.
– Мила? – ахнула она, увидев меня.
Я же в немом изумлении смотрела на нее, не понимая, что она делала у нас в гостях. В отсутствие меня.
– Так и знала, что ты врешь! – со злостью крикнула она вглубь квартиры, а потом возмущенно посмотрела на меня.
– Мила?! – из квартиры выскочил Денис и замер, в неверии впившись в меня взглядом.
– Представляешь, я от него уже час не могу получить вразумительного ответа, куда ты пропала. Телефон не отвечает, на лекциях тебя не было. Пришла лично сказать, что я обижена за выходные, а мне втирают, что ты срочно уехала по делам. Какие дела, когда уче… – Диана осеклась на полуслове, глядя мне за спину.
Ох, даже не оглядываясь, я догадалась, кого там принесло.
Диана в шоке переводила взгляд с меня на новоприбывшего и, кажется, впервые в жизни лишилась дара речи.
– Твои друзья? – лениво спросил Мистер Большой Засранец, став рядом со мной.
Тишина.
Диана в ауте, я впилась взглядом в Дениса, а он переводит взгляд с меня на дейгасса, который стоит слишком близко ко мне, и на его лице появляется тень. Надежда, неверие, радость первого момента при виде меня начинают меркнуть, взгляд становится напряженным.
– Твоя подруга? А это, насколько я понимаю, как бы жених?
– Почему как бы? – тут же вскинулась я.
– Ни в одном загсе нет вашего заявления на брак. Так что жених условный, – самодовольно заявил дейгасс.
– Я согласилась выйти за него замуж, а заявление подать недолго, – оторвав взгляд от Дениса, с ненавистью заявила дейгассу, желая стереть с его лица довольное выражение.
Неожиданно он погладил меня по щеке, я даже отшатнуться не успела, настолько стремительно это было сделано, и ласково произнес, явно играя на публику:
– Не надо начинать наши отношения со лжи.
И тут до меня дошло, что сильные дейгассы чувствуют ложь, а этот, мать его, один из самых сильных. Я же Денису так и не ответила «да» на предложение выйти замуж. Дразнила.
– К-к-какие отношения?! – заикаясь, переспросила его.
– Наши, – улыбнулся мне высокородный, и даже я бы поверила в искренность его улыбки, если бы совсем недавно мы не испепеляли друг друга взглядами.
– О чем вы?! – начала закипать я. – По вашим законам, если девушка связана обязательствами, то другой не имеет права претендовать на нее, если только договорится с ее отцом и тот разорвет помолвку. У меня нет отца, а сама я помолвку не разорву.
– Денис? – спросила я его.
– Я не откажусь от тебя! – твердо произнес он, и у меня отлегло от сердца.
Наши слова не произвели на высокородного никакого эффекта, он все так же смотрел с легким превосходством, а потом сообщил:
