меня в государственной измене.
Судя по выражению ее лица, ей печально было даже просто произносить эти слова, а потом она ушла. Первые двенадцать часов я плакала от страха. Затем мои слезы высохли и уступили место гневу. Теперь я была готова кого-нибудь убить.
Как. Он. Мог?
Я просто мимоходом отпускаю комментарий о том, что он женится слишком рано, а потом у меня вырастают крылья, и внезапно я становлюсь изменницей государства?
Если то, что сказала мама, было правдой, что моя магия представляла для него угрозу, тогда это была не моя вина, и я ничего не могла поделать. Я больше не буду съеживаться и хныкать перед ним. Когда он выведет меня на городскую площадь для вынесения приговора, я не пророню ни слезинки и не склоню головы.
Я не стану просить прощения за то, что родилась.
Мое внимание привлекли раздавшиеся в коридоре шаги. Опять принесли еду на подносе? Или, может быть, Реджина явилась, чтобы поведать мне о моей дальнейшей судьбе?
Я встала, отряхивая свое пыльное платье, и гордо вздернула подбородок.
Когда сам король появился в поле зрения и встал перед моими решетками, я не смогла сдержать тихое рычание, вырвавшееся из моего горла.
Он тяжело сглотнул, оценивая меня, его глаза пробежались по моим волосам, а затем опустились на мое растрепанное платье и босые ноги.
— Я хочу задать тебе вопрос. Если ты скажешь мне правду и ни разу не солжешь, я оставлю тебя в живых.
— Оставишь меня в живых? — закричала я, словно дикая кошка. — Да что я такого сделала, чтобы заслужить смертный приговор?
Его глаза сузились, и он стал еще более внимательно и оценивающе смотреть на меня. Посмотрев направо, на кого-то, кого я не могла видеть, он кивнул.
— Отопри дверь.
Мое сердце бешено заколотилось в груди, когда в поле зрения появилась Реджина и отворила ключом дверь.
— Приведи себя в порядок, а затем встретимся в моем кабинете. Помни, я требую от тебя правды, Арвен, — заявил он, а затем ушел, оставив за собой лишь стук ботинок.
Затем за Реджиной последовали два стражники, а за ними и моя личная горничная Нарине.
Я не смогла сдержать слез, которые навернулись на мои глаза, когда я увидела ее. Она бросилась вперед, чтобы обнять меня.
— Мне так жаль, что я испачкала платье, — прошептала я ей на ухо.
Она отстранилась и посмотрела на меня в шоке.
— Меня не волнует платье. Вы в порядке?
— Вперед, еще наболтаетесь во время ее купания, — сказала Реджина, подталкивая нас вперед и бросая взгляд в сторону стражников.
Я кивнула и последовала за Нарине по сети лестниц и коридоров, пока мы не вернулись в мою комнату с двумя стражниками, выставленными снаружи. Реджина осталась в гостиной, а мы с Нарине проскользнули в ванную.
В тот момент, когда мы остались одни, я почувствовала, как меня захлестнул каскад эмоций.
— С Кендал все в порядке?
Нарине кивнула.
— Сегодня они отправили ее и большинство других девушек домой с мешком монет и дополнительной едой. Она в карете, направляющейся в Пепельную Деревню.
Это стало облегчением.
— Она знает о том, что случилось со мной?
Нарине покачала головой.
— Мне велели сказать всем, что тебе нездоровится. Снова жар.
И хорошо. Я не хотела бы, чтобы она рассказывала об этом маме. Пока Нарине наполняла мою ванну водой, мы обе расплетали красивую прическу в виде сеточки, которую она сотворила, и раскладывали драгоценности на столике, чтобы вернуть их дворцовому ювелиру.
Она молчала целую минуту, прежде чем наконец спросила:
— Миледи… что случилось? Измена?
Точно. Они ей не сказали. Разумеется, нет.
Я пожала плечами.
— Я сделала замечание по поводу слишком скорой женитьбе после смерти его жены, а затем я проходила какое-то магическое испытание, где у меня за спиной выросли крылья синего дракона, и он заключил меня в темницу.
Она застыла от макушки до пяток.
— Вы сменили облик, перевоплотились?
— Полагаю, что так. Не совсем… только крылья, и не нарочно! — уверяла ее я.
Она не пошевелилась. Ее руки застыли на моих волосах, и она просто смотрела на меня с выражением полного изумления.
— Меняют облик только чистокровные члены королевской семьи.
Чистокровные члены королевской семьи.
Мама сказала, что женщина, которая родила меня, была высокородной, но она не была королевской крови, так? Это сделало бы ее королевой, а на момент моего рождения единственной живой королевой была мать короля Вальдрена, которая, конечно же, не сбежала, не родила тайного ребенка и не умерла при родах.
Ох, Гадес, если я окажусь давно потерянной сестрой короля Вальдрена, меня стошнит прямо сейчас.
Нарине, казалось, прочитала мои мысли по растерянному выражению моего лица. Она уговорила меня пойти в ванну, а затем помогла мне раздеться.
— Вы ведь слышали о Потерянной королеве? — спросила она, ее голос был едва различимым шепотом.
Потерянной королеве?
Я покачала головой, не уверенная, были ли внезапные мурашки на моих руках вызваны ее рассказом или моей наготой. Я шагнула в теплую ванну, не в силах по-настоящему насладиться ею, когда на кону была моя жизнь.
Нарине начала намыливать мои волосы.
— Несколько столетий назад существовали две королевские семьи драконов. Амбергейт также был разделен на две территории, причем каждая королевская семья охватывала одну его часть. Мрачная Пустошь и Нефритовый Город раньше были местом зарождения клана Дракона Темной Ночи, в который входит король Вальдрен. А Цыганский Утес и Пепельная Гора составляли клан Дракона Затмения.
Клан Дракона Затмения?
Почему я никогда не слышала эту историю? Вероятно, потому, что это было что-то из какой-то бесценной книги по истории, доступа к которой у нас в Пепельной Деревне не было. Но все же можно предположить, что это могло передаваться из уст в уста.
— Я никогда об этом не слышала, — сообщила я ей.
Она кивнула.
— Об этом запрещено говорить. Моя мама рассказала мне об этом, когда я была маленькой.
Запрещено рассказывать какую-то историю? Это звучало неправильно.
— Что случилось с другой королевской семьей? — я очень, очень, не хотела знать ответ на этот вопрос, но я все равно задала его.
Она посмотрела на дверь, ту, по другую сторону которой сидела Реджина.
— Королева Драконов Затмения вступила в войну с кланом Драконов Темной Ночи и безжалостно перебила почти их всех. По какой причине, я не знаю.
Я физически чувствовала, как кровь отливает от моего лица.
— Королева Драконов Затмения?
Она кивнула.
— Королева Пепельной Горы. У нее был особый тип магии. Они называли ее убийцей королей. Она могла отбирать магию других
