сделать со мной? И с любым представителем драконьего народа?
— Очевидно, что нет! Я только вчера узнала, что у меня есть крылья. А потом меня бросили в тюрьму! У меня не было времени сбегать в библиотеку и провести исследования!
Он бросил на меня взгляд, который предупредил меня, что мое поведение не приветствуется.
Этот человек приводит меня в бешенство!
Он подошел ближе, а затем наклонился вперед, положив руки по обе стороны от моего стула так, что его лицо оказалось в нескольких дюймах от моего. Нахождение так близко к нему лишило меня кислорода и наполнило мое тело пульсирующим жаром, к которому я не была готова. Мой разум затуманился, и когда я уставилась в его горящие углями глаза, я задалась вопросом, а не собирается ли он поцеловать меня.
— Арвен Новаксон, ты потерянная королева клана Драконов Затмения, и твоя магия настолько сильна, что может поглотить мою, убив меня и всех людей из народа драконов, которые связаны со мной. Ты, Арвен, убийца королей.
Я застыла, не смея даже дышать. Боль, стыд и страх пронеслись по моему организму в равной мере. Непролитые слезы наполнили мои глаза, затуманивая зрение. Нарине была права.
— Нет, — наконец выдавила я, и он оттолкнулся от стула и начал расхаживать по комнате.
— Да. Твои предки много веков назад заключили соглашение с королевой Найтфолла, чтобы убить моего отца и лишить наш народ магии, исполнив мечту королевы Найтфолла о человеческой утопии, лишенной магии.
— Нет, — возразила я, хотя даже ничего не знала о своей семье, чтобы с точностью утверждать, правда это или нет.
— Да, — прорычал он, и у него из носа начали тянуться черные завитки дыма. — У нас есть подробные записи. Шпионов, которых послал мой прапрадедушка, являвшихся свидетелями встреч между королевой Найтфолла и королевой Драконов Затмения.
Мое сердце заколотилось в груди от его слов.
— Значит, твой прапрадедушка убил королеву клана Затмения?
— Убей или будешь убит. — Он скрестил руки на груди и пристально посмотрел на меня сверху вниз.
— Но люди, связанные с ней…
— Магия Дракона Затмения не привязана к людям, как моя. Их королевам не нужны наследники для могущества. В этом смысле они уникальны. — Казалось, он был абсолютно взбешен этим.
Я нахмурилась.
— Тогда где сейчас народ Дракона Затмения, те, кто обладает голубой магией, как я? Если бы они не были привязаны к ней, они бы не умерли вместе с ней.
Он вздохнул.
— Королева клана Затмения убила почти всех из них. Она хотела, чтобы ее семья была последними драконами, оставшимися в королевстве. Она поглотила их силу, сделав себя практически бессмертной.
Бессмертной.
Человек, владеющий хотя бы на четверть магией драконьего народа, жил около ста лет, чистокровный член королевской семьи — около ста пятидесяти. Если она впитывала магию сотен представителей драконьего народа… Я встряхнула головой, пытаясь переварить все это.
— Но люди клана Затмения… она убила их? Разве это не должны были отразить в наших книгах по истории?
И тут осознание буквально чуть не сбило меня с ног.
— Чума… это была не чума, не так ли? — я задумалась об историях про людей, которые усыхали и умирали, когда их находили в палатках сухими, как шелуха. Это было около двух столетий назад… вероятно, как раз тогда, когда все это произошло.
Он покачал головой.
— Это была не чума. Это была легенда для прикрытия, чтобы удержать людей от паники. Убийца королей может забрать магию у любого представителя народа драконов, поглощая ее и превращая их в пепел, делая себя более могущественным.
Я вскочила на ноги, испугав его.
— Все эти дети, — всхлипнула я, внезапно почувствовав тошноту, вспомнив истории о маленьких детях, которые умерли из-за «чумы».
— Королева Дракона Затмения истребила их. Они все погибли. — Были слышны нотки стали и непоколебимости в его голосе.
Безмерная печаль захлестнула меня, отчего у меня перехватило дыхание и подкосились колени. Я упала на землю, и рыдание вырвалось из моего горла.
Я не могла перестать думать о маленьких детях, которых унесла чума… но это вовсе была не чума. Это была моя прапрабабушка. Я не имела никакого отношения к этому истреблению, и все же он запятнал мою душу, просочился в самую сердцевину моего существа, и я признала, что причастна к этому, пусть даже просто по праву рождения.
По моим венам пронесся гнев. У меня было больше вопросов, чем ответов, и все люди по моей линии были мертвы, так что я никогда не получу этих ответов. Меня переполняла такая ярость, что я кожей почувствовала жар.
— У тебя дымится нос, — сказал он мне.
Я опустила взгляд. К потолку поднималась маленькая струйка белого дыма. Из моего горла вырвался вскрик, и я отшатнулась назад, надеясь убежать от этого.
— Успокойся. — Король протянул руки. — Твой драконий огонь может вспыхнуть.
Я пригвоздила его взглядом.
— Я ничего не могу с этим поделать.
Он оставил мои слова без внимания.
— Сделай глубокий вдох и успокойся.
Кретин! Я терпеть не могла, как когда мне велели успокоиться, в то время как я злилась. Дым теперь стал гуще, и я полностью потеряла самообладание.
Я действительно могла бы извергнуть пламя? Если я это сделаю, это может подпалить короля, и тогда у него действительно появится причина убить меня.
Я закрыла глаза и медленно вдохнула; струйка дыма на секунду коснулась моего языка, а затем я выдохнула.
Мои глаза открылись, и он был в нескольких дюймах от моего лица.
— Я спокойна. Не нужно меня убивать, — сказала я со всем сарказмом, на который была способна.
— Это уже мне решать. — В его тоне было больше серьезности, чем мне бы хотелось.
Я чувствовала, как кровь отхлынула от моего лица.
— Мой король, я бы никогда не стала вытягивать твою силу и убивать твой народ.
В его глазах было удивление. Может быть, это было потому, что я назвала его своим королем, или, может быть, это было потому, что он услышал правду в моем заявлении.
— Если я убью тебя, тем самым я убью свою собственную сестру. Включи свою голову, идиот! — огрызнулась я, взбешенная его поведением.
— Да, я идиот. Идиот, потому что ты мне понравилась! — прокричал он мне в ответ, а затем посмотрел на меня с беззащитностью, к которой я оказалась не готова.
Его челюсть сжалась, но я не пожалела, что назвала его идиотом. Я была честна с ним все это время, и он знал это. Он шагнул ближе ко мне, не отступая, и мое тело захотело придвинуться на дюйм
