— Конечно. Я тут думала, что ей будет неловко чувствовать себя чужой, со стороны. Но я включила в список жевунов четырех ее кузин.
— Так ты уже думала об этом, — Скотти постарался произнести это как ни в чем не бывало, но сердце его переполняла горячая благодарность.
Августа пожала плечами:
— Она так здорово пела и плясала для тебя. Спектакль даст ей еще одну возможность себя проявить.
— Ты решила дать всем маленьким девочкам возможность выступить перед своими папами, не так ли?
Августа кивнула. Скотти взял ее за подбородок и повернул к себе. Он нежно провел пальцем по нижней губе девушки, откинул со лба прядь волос и утонул в зеленых озерах ее глаз. На секунду Августе показалось, что он хочет что-то сказать, но Скотти лишь крепко прижал ее к себе, словно отдергивая от края пропасти. Словно очень боялся ее потерять.
Глава 9
По поводу даты спектакля было очень много споров. Кто-то считал, что надо назначить премьеру на зиму или весну — это даст больше времени для репетиций. Но Скотти настоял на том, что в сезон простуд и гриппа после Рождества детишки будут много болеть, а весна слишком напряженное время для старшеклассников, готовящихся к экзаменам в колледж. Поэтому премьеру спектакля, который должен был идти две недели, назначили на последний уик-энд перед Днем благодарения. У них оставалось восемь недель.
Скотти сказал, что этого больше чем достаточно. Только человек по прозвищу Мидас мог сказать такое.
Честно говоря, у Августы было не так уж много обязанностей, связанных со спектаклем, но она, как всегда, делала все предельно серьезно и методично. Для начала она принесла в школу попкорн и лимонад и просмотрела вместе с детишками весь фильм. На следующий день она проиграла для малышей только сцены с жевунами. На третий день они прослушали отдельно песни и отдельно диалоги. Потом Августа раздала детям слова трех песенок, которые им предстояло спеть.
Они репетировали все это следующие шесть недель. Жевуны и мигуны оставались на час после уроков по вторникам и четвергам, а те, у кого были роли побольше, — еще и по средам.
Но Скотти придерживался совсем другой методики — ему хотелось всего сразу. Вместо того чтобы использовать облегченную, театральную версию спектакля, он решил как можно точнее придерживаться сценария фильма с Джуди Гарланд.
Итак… репетициями актеров, исполнявших главные роли, руководил дирижер оркестра, миссис Фиске и ее добровольцы с кафедры английского языка написали первый вариант сценария, а Кэролайн Горман, суперсексуальная учительница биологии, и ее пять учеников-хореографов стояли у них за спиной, подавая интересные идеи. Скотти выпросил в местном магазинчике стройматериалов бракованные доски и передал их кафедре физического развития для изготовления декораций. Футбольный тренер со своей командой, к которой присоединились некоторые родители, строили сиденья по чертежам Джейн Нивенз и ее группы художников, которые также красили их, когда сиденья были закончены. Вместе с баскетбольным тренером и его командой Скотти перерыл весь город сверху донизу, выманил у Дианы Ватте своей очаровательной улыбкой половину тканей в ее магазине и побудил таким образом Лестера Финча, которому не хотелось, чтобы его обошли по части пожертвований, отдать на нужды школы целый рулон зеленой материи для добрых жителей Изумрудного города.
— У нас в общей сложности пятьдесят жевунов и мигунов, — объяснял он леди и джентльменам в доме престарелых Шейди Гроув. — Они приблизительно одного размера, так что шить можно по одним лекалам. Вы можете кроить по три-четыре костюма на линии типа конвейера, если вам так удобнее. О тех немногих, кому нужны были костюмы побольше или поменьше или вообще другие наряды, позаботились Кэрри Матракс, жена священника, которая работает в тесной связке с мисс Августой Миллер, отвечающей за мигунов и жевунов, — закончил он, широко раскинув руки. — Да, мистер Хейз, у вас есть какие-то вопросы?
— Я хотел еще раз уточнить. Вы сказали, что пришлете за нами автобус в день последнего спектакля? И мы получим десятипроцентную скидку на билеты? А от нас требуется всего-навсего сшить пятьдесят костюмов?
— Все именно так, — подтвердил Скотти. — Плюс эксклюзивное представление жевунов и мигунов прямо здесь. Что-то вроде генеральной репетиции в костюмах.
Пожилой джентльмен задумался и произнес:
— Меня можете записать. Только дайте иголку с ниткой.
— Старый дурак, — пробормотала сидящая рядом с ним женщина. — Ты сарай посреди дороги едва можешь разглядеть. Как ты собрался управляться с иголкой?
— Хм. Но если это так, почему я прекрасно тебя вижу? Или ты сарай на дороге?
— В общем, хватит, — объявила женщина по имени Салли Грейви, явно беря на себя руководство, к облегчению Скотти. Слава богу, в любой группе людей всегда находился такой человек. — Джордж, ты видишь достаточно хорошо, чтобы гладить костюмы, когда они будут сшиты. Кто еще участвует?
Скотти с улыбкой слушал, как Салли поручала пациентам, не страдающим артритом, кроить костюмы, а одному близорукому джентльмену — вдевать нитки в иголки. Можно было спокойно отправляться к электрикам, посмотреть, что они могут сделать для освещения сцены.
— Ну вот, — гордо произнес Скотти. — Теперь леди из садового клуба займутся костюмами Канзаса, Добровольный женский клуб — нарядами для главных персонажей из страны Оз. А Дочери пионеров сошьют одеяния граждан Изумрудного города. — Скотти сидел в гостиной Августы, сняв ботинки и задрав ноги на журнальный столик, вычеркивал отдельные пункты из своего списка, на котором были разбросаны в беспорядке газеты, журналы и разные бумаги. — Джерри Дивайн, наш неутомимый консультант, работает с детишками над билетами, плакатами и программками. А хозяин «Пейпер энд Принте» обещал дать напечатать все это в своей типографии. Итак, остается… Остается только решить, что делать по поводу вечеринки для участников спектакля… Что такое? — спросил он у хмуро глядящей на него Августы.
— Не зря тебя прозвали Мидасом, — с наигранным раздражением произнесла та. — Торопыга несчастный!
— О чем это ты? — недоумевал Скотти.
— О тебе, — Августа в притворном отчаянии покачала головой. — Исключительно о тебе.
Подняв одну бровь, Скотти отложил блокнот и вопросительно взглянул на девушку, давая ей возможность развить свою мысль.
— Ты заставил всех в городе работать над пьесой, идея которой принадлежит тебе.
— И что же?
— Выманил у людей обманом материалы, заставил торговцев соперничать друг с другом в щедрости, а бедных стариков работать за скидку на билеты.
