встреча советского посла Виноградова с Садатом. Позже Садат рассказал нам, что посол сообщил ему об обнаружении советской разведкой растущей концентрации израильских войск на Синае. Он сказал, что Советам также известно, что Израиль получил новые гарантии поддержки со стороны США в случае возобновления военных действий. Вполне вероятно, что Израиль совершит одновременное нападение на несколько арабских стран.
25 декабря: в Каир прибыл Гречко. Он сделал 24-часовую остановку в Каире на пути из Могадишо в Москву, так что это был неофициальный визит. Но он приехал как раз после окончания индо-пакистанской войны (которая закончилась отделением восточного Пакистана и образованием Бангладеш), так что его визит явно служил какой-то цели в политической игре. Или же, возможно, что Гречко получил сведения от советских советников о нашем недовольстве и приехал, чтобы проверить все на месте. Он был в прекрасной форме. Я никогда еще не видел его таким веселым, как во время обеда в его честь этим вечером в советском посольстве. «Только представьте себе, – с нажимом рокотал он, – только вчера моя группа и я купались в Индийском океане». Это был ясный намек на то, что Советский Союз готов и способен прийти на помощь своим друзьям.
2 января 1972 года: по мере приближения нового года критические высказывания Садека в адрес Советского Союза становились все более резкими и публичными. Президент созвал Верховный совет Вооруженных сил. Я решил выяснить для себя, сколько его членов разделяют взгляды Садека. Мои записи содержат его оценку политического положения:
«Американцы предоставляют Израилю всестороннюю помощь, в то время как Советы еще не поставили нам то, что они обещали в октябре прошлого года. Соглашение, подписанное генералом Хасаном, также не включает все то оружие, которое нам обещали.
– Американцы не собираются оказывать нажим на Израиль. Как они говорят, они теперь играют роль „катализатора“.
– 1971 год был нашим „годом принятия решений“, но непоставка Советским Союзом вооружений и война между Индией и Пакистаном вынудили президента пересмотреть планы».
Затем Садат попросил нас изложить свои оценки военного положения.
Мохаммед Али Фахми (ПВО): «Моя проблема состоит в том, что от меня требуют готовить наступление, когда у меня есть только оборонительное оружие».
Махмуд Фахми (ВМС): «Мы должны надавить на Советы, чтобы заставить их прислать нам это оружие. Если они не откликнутся, мы могли бы полностью или частично закрыть наши порты для советских судов».
Багдади (ВВС): «Мне нужен самолет сдерживания (то есть способный нанести ответный удар, если Израиль будет бомбить внутреннюю территорию Египта). Истребитель-бомбардировщик, со скоростью 2М, способный нести большую полезную нагрузку и имеющий дальность полета, достаточную для того, чтобы достичь внутренней территории Израиля».
Генерал Саид Эль Махи (артиллерия): «Мы должны каким-то образом усилить наш потенциал».
Генерал Али Абдель Хабир (Командующий Центральным округом): «Недостатки наших вооруженных сил делают невозможным успешное наступление. Наиболее слабыми являются наши ВВС, у нас не хватает транспортных средств и оборудования связи, и мы не можем найти способ достаточно быстро проделать проходы в минных полях».
Я: «Несмотря не наши недостатки, наши вооруженные силы способны провести ограниченную наступательную операцию. Президенту следует связаться с Советами и уладить с ними те проблемы, которые влияют на наше планирование. Например, у Советов значительное количество сил в Египте: две бригады истребителей, дивизион ПВО и несколько частей РЭБ. Нам необходимо знать, какой будет их роль в случае начала нашей наступательной операции, особенно роль частей РЭБ, задачей которых будет поддержать наше наступление».
Садек (подводя итоги): «Мы готовы сражаться. Но мы не должны принимать решение о начале войны, если не можем гарантировать победу. Наша страна не переживет еще одного поражения. У наших вооруженных сил много недостатков. Мы должны их исправить до начала войны. Что касается меня, я постараюсь восполнить некоторые нехватки вооружения путем их закупок в странах западного блока. Как только я это сделаю, г-н президент, я немедленно доложу вам» (см. Приложение «Комментарии к совещаниям у Садата»).
24 января: Садек обратился к нескольким тысячам офицеров всех званий. Он сказал им, что Советы не поставили необходимые нам вооружения и технику. Они намеренно блокируют планы наступления Египта. Если президенту не удастся добиться какого-то нового соглашения во время его визита в Москву, мы будет закупать оружие по всему миру. Он предупредил, что русские распускают слухи, будто у наших войск есть все, что надо, но командиры не хотят сражаться. Этим лживым утверждениям верить нельзя, сказал Садек. Это было первое самое смелое выступление Садека против Советов.
Сбор подкреплений
27 января: еще один этап моих попыток мобилизовать собственные ресурсы арабских стран. В ноябре Совет коллективной обороны арабских государств постановил, что я должен объехать арабские страны, чтобы оценить наш потенциал подкреплений. Но, чтобы выехать из Египта, мне нужно было получить разрешение президента. Я не был уверен, что именно Садек рассказал президенту о заседании Совета коллективной обороны арабских государств, поэтому я ограничился подачей краткой записки с просьбой разрешить мне посещение Ливии, Алжира, Марокко, Ирака и Саудовской Аравии. Прошли недели. Ответа не было. Сегодня я спросил президента о его решении.
«Я не согласен, – сказал он. – Это просто потеря времени. Пользу могут принести только поездки в Ливию и Саудовскую Аравию. Все прочие используют ваш приезд в целях пропаганды и ничего не дадут для войны».
Я напомнил ему, что я поеду как заместитель Генерального секретаря Совета коллективной обороны арабских государств, а не как начальник Генштаба Египта.
«Даже если это так, – сказал он, – скрыть этот факт нельзя».
«Г-н президент, – сказал я, – мне известно, что у Египта плохие отношения с Алжиром и Марокко. Даже в этом случае, если нам удастся получить от них хоть какую-то помощь, для ведения войны это будет что-то. Если нет, мы ничего не теряем».
«Послушайте, – закричал Садат, – Вы профессиональный военный. Вы не разбираетесь в политике. Я занимаюсь политикой двадцать лет и знаю этих людей. Иногда они торгуются, иногда просто критикуют нас, иногда они говорят „да“ и затем навязывают неприемлемые условия. На них нет никакой надежды. Как вы можете ехать в страну, которая постоянно нападает на нас и критикует нашу политику?»
«Г-н президент, – сказал я как можно спокойней, – я не сомневаюсь, что у вас был отрицательный опыт, который лишил вас надежды на сотрудничество. Но я хочу напомнить вам одно изречение Пророка: „Любите своих друзей, но не слишком сильно, однажды они могут стать вашими врагами. Ненавидьте своих врагов, но не слишком сильно, однажды они могут стать вашими друзьями“».
«Я никогда раньше не слышал этого изречения, – сказал президент
