заметно пополнилась, но прежних краденых украшений видно больше не было. Вполне возможно, Фаркус понял, что время лавок с «не совсем новыми вещами» прошло. Внутри было уютно: ковер на полу, полки с вазами, тарелками, кубками. Справа несколько маленьких окошек. Однако, мое внимание привлек посидевший старик, развалившийся в кресле за прилавком. Что-то считал. Фаркус. Как это было на него похоже…
— Что вам угодно? — он отставил чашку с горячей водой.
«Не узнает, ба!»
— Фаркус, это я, — черт, не смог сдержать улыбки.
Он сузил глаза, как бы проверяя, не подводит ли его память. Немудрено, что он не узнал своего бывшего работника, минуло лет десять, если не больше. Однако, он молчал.
— Гаррэт, мальчишкой работал у тебя, ты меня не помнишь?
Тогда что-то попало в его сердце. Мое имя (иронично) пробило, как стрела, завесу рутины.
— О Господи! — воскликнул он и сразу вскочил, чтобы пододвинуть ко мне табуретку, — Присаживайся, присаживайся! Какими судьбами? Где… где ты пропадал, Гаррэт? Неужели…?
— Нет, не там. Жаль, но я не могу сказать где…
От чего-то мне хотелось съязвить, что у Молотов я тоже побывал, но разум остудил мой пыл. В конце, концов, что я знал об этом человеке? Ровно столько, сколько он обо мне.
— Не говори — это уже не имеет значения. Что ж, ты здесь по делу, верно?
Я кивнул.
— Бассо сообщил мне, что придет некий молодой человек с неким предложением. Но, Создатель, я не думал, что это будешь ты! — он разглядывал меня, от чего мне стало неловко, а потом продолжил, — Удивительно, и как ему удалось сбежать из Крагсхелла… Должно быть, и Хаммериты не чисты совестью, откупился, проныра. Ах, корысть, ах, деньги!
Мне было приятно видеть знакомое лицо, хоть оно и навевало некоторые воспоминания. Не шибко жизнерадостные. Нога вновь напомнила о себе, и я перешел к делу.
— Я принес тебе кое-что… как в былые времена, знаешь.
Его глаза расширились от изумления. Виднелся в них и профессиональный интерес. Он ведь догадывался, какие вещи я могу добыть.
Моя сумка зашуршала, и на свет показался лунообразный сверток из кожи. Фаркус заерзал на стуле, а я внимательно следил за ним.
3
Фаркус аккуратно принял от меня предмет. Его пальцы огибали неровности, однако он не спешил разворачивать кулек. Судя по лицу Фаркуса, он был скептически настроен. «Все же, он не промышляет таким», — мелькнуло у меня. Но нет: наконец, он обхватил обеими руками сверток и своими старческими пальцами начал разворачивать ткань. Вот уже появилась точная форма, потом он почувствовал вес и прочность предмета. И когда, последний слой был убран, на лице Фаркуса выступил пот.
— Что? Ты? Неужели ты…?
— Да, Фаркус, я вытащил его…
— Но откуда?
— Бонхард.
Старик молчал. Он обернулся и посмотрел на свой письменный стол.
— Я думаю, я мог бы найти для него покупателя. Это очень опасное предприятие, друг мой. Ценнейшая вещь.
— За сколько возьмешь? Мне очень нужны деньги, — я сверлил его взглядом — бесполезно, он не отрывал глаз от Рога Квинтуса. С осторожностью он водил пальцами по гравировке, стирал пыль и прикладывал к уху. Вскоре я дал о себе знать, и он отложил Рог.
— Для тебя, Гаррет, мне не жалко, в рамках приличия, конечно. Редкая вещь. Этот Рог был создан несчетное количество лет назад. Есть легенда, что его выковал магический культ, который сейчас известен всем как Хаммериты. Цели неясны. «И взяли в руку они молоты свои, и били они им по сырости серебренной. И лучшие из всех мастера, чьи имена давно канули, вырезали священными кинжалами на нем слова Создателя». Увы, Гаррэт, но история — это не мое. В любом случае… — он замолчал, — я с радостью дам тебе пять тысячи золотых.
«Бешеные деньги! Придется разменивать месяцами… Что за сумма!
— Я согласен, — ответил без промедления.
Фаркус просиял улыбкой, означающей, «я продам его вдвое дороже» и ушел за деньгами. Сейчас я понимаю, что мог бы затребовать от него гораздо больше, только был ли в этом толк? Нужны будут деньги, пойду опять на авантюру — таково положение вещей. А деньги… деньги лишь цель. Я знал, что в детстве, он платил мне раз в десять меньше, чем оно того стоило. Ну и ладно.
Ширма раздвинулась, и показался Фаркус в плаще и с солидными мешочками золотых. Рога при нем уже не было. «Спрятал, скряга». Перед тем, как взять деньги я решил растянуть время, сам не знаю почему.
— Если не секрет, кто тот человек, который заинтересован в таких вещах?
— О-о-о! Он не представился, какой-то чужестранец, коллекционер, мол. Он здесь недавно, особняк строит. А так, личность незаурядная, чудак. Кому если не таким людям понадобятся реликты древности… — Фаркус поставил мешки на стол и по-дружески обнял меня за плечо.
«Ну нет! Ненавижу, когда кто-то трогает меня».
— Береги се…
Окно разлетелось вдребезги. Стрела прошла через шею Фаркуса. На меня брызнула струя крови. Его все еще живое тело сползло к моим ногам.
4
Я не двигался.
«Умри, Гаррэт!».
В голове застыл неприятный звук, и я не мог, что это такое. Что-то пронзительное и громкое. Кричала женщина. Ее голос дрожал, а потом резко оборвался.
«Стреляли в меня».
До моих ушей доносились удаляющиеся шаги. Передо мной опадало на пол все еще довольное лицо Фаркуса, его руки отпустили лямки моей куртки. Стрела точно влетела через одно из маленьких окошек. Машинально я распихал мешочки по карманам и тяжелым ударом ноги распахнул дверь. Я пытался прийти в себя под холодными ветрами с моря.
«Стреляли в меня».
Вдалеке все еще виднелись две убегающие фигуры. Я незамедлительно ринулся в их сторону, но уже через пару мгновений рухнул на мостовую. Кожа на ноге прижигала штаны, а плечо нещадно отдавало в спину. Я лежал один. Вся набережная внезапно опустела.
«Стреляли в меня», — эта мысль все не выходила у меня из головы.
Я был бы глупцом, если бы подумал вступить с теми двумя в схватку. Идти на разъярённого волка означает смерть. Меня хотело прикончить. Моим же излюбленным оружием. Что натолкнуло на мысль, что человек, который нанял наемников, не хотел видеть меня в городе. И все же я не мог ответить на свои же вопросы: «Откуда они узнали обо мне?», «Как они узнали, что я пошел к Фаркусу?», «Кто я такой, чтобы на меня натравливать чертову охоту?». Глупо, но тогда я считал себя самый незаметный и незначительным человеком в городе.
«Они следили за мной? Возможно, именно в тот
