начищенные глухие латы, вооружённые мечами, секирами, копьями и щитами, они выглядели элитной группой, какой и являлись. Каждый из них — Охотник Е-класса с голубым кольцом и рангом Одарённого не ниже Магистра. На каждого из них я тратил всё своё свободное время, какое только находил в постоянном круговороте дел, иногда лишая себя сна. Все они обладали не только печатями Регенерации, Усиления и Сбора, но и небольшими знаниями, что этот мир больше, чем кажется, и он не единственный.
Позади меня раздались шаги, и демоны встали по левое и правое плечо.
— Это то, что я думаю? — с весёлой улыбкой спросил Заебос.
— Они готовы, Райнер? — вторил ему Генерал, рассматривая идущих к нам воинов.
— Нет, — сухо ответил я. — Но там, куда мы отправимся, они будут нужны.
Выстроившись передо мной, Ефрем преклонил колено, а вслед за ним так же поступили стоявшие позади него воины.
Поняв, что они тут лишние, Заебос и Агарес сделали шаг назад.
— Начинай, Центурион, — со сталью в голосе скомандовал я.
— Как прикажете, Благородный Венатор, — пробасил Ефрем и поднялся с колена, на носках повернувшись к бойцам. — КРОВЬ МОЯ… — громко закричал он, воткнув двуручный рунический фламберг в землю. — ЖИЗНЬ МОЯ… ЛЕГИОН!
— ЛЕГИОН! — громко пробасили они.
— НЕ ЗНАТЬ МНЕ БОЛИ И СТРАХА! — продолжил Ефрем, а от его голоса дрожала земля. — НЕ ЗНАТЬ МНЕ СОМНЕНИЙ! ВЕДЬ Я И ЕСТЬ ЛЕГИОН! И ДАЖЕ СМЕРТЬ НЕ ОБРУШИТ…
— ЛЕГИОН! — заорали они, а их тела вспыхнули энергией, да с такой силой, что воздух пошёл волнами. И в этой мощи присутствовало ощущение Кодекса.
Ефрем повторял устав Легиона, который я ему ранее выдал, а когда он закончил двадцать восьмой пункт, кивнул и отошёл.
Я сделал несколько шагов вперёд и встал перед Легионерами, что уже принесли клятву перед штандартом.
— Я не люблю говорить долгие речи, а потому постараюсь быть кратким, — спокойно, но громко заговорил я, чтобы меня услышал каждый в этой тишине. — Нам предстоит столкнуться с врагом, которого каждый из вас ранее не встречал. Знайте, что когда мы вступим в бой, по ту сторону клинка не будет людей. Только твари, которых необходимо устранить. Отбросьте любые сомнения! Отбросьте жалость и не щадите врага, ведь он вас не пощадит! Поддерживайте и прикрывайте друг друга! Помните, вы — меч и щит рода людского! Вы — кулак, что сокрушит тьму и тварей, что в ней прячутся!
Мой тон изменился, становясь всё более воинственным, как бывало во время командования. Легионеры замерли и смотрели на меня тем взглядом, каков был у моих сыновей до гибели на Славии. В их глазах была вера, а в душах — готовность сразиться с любым врагом.
— Сражайтесь так, так никогда прежде! Сражайтесь так, чтобы враг дрожал от вашей поступи, а имена запомнили в легендах! Встаньте же, сыновья Легиона! — они поднялись, а я прокричал: — И ИСПОЛНИТЕ СВОЙ ДОЛГ!
Я затих, а затем Легионеры в едином порыве, будто на выдохе, проревели:
— С КОДЕКСОМ В СЕРДЦЕ! С КОДЕКСОМ В ДУШЕ!
Глава 11
День спустя… Третий форт на границе Маунт-Айза…
Оборона форта практически пала. Благодаря поддержке тварей Эпицентра враг смог пробить брешь в неприступной стене, куда прорывалась орда.
Кровь была всюду, куда ни брось взгляд. Мёртвые тела защитников лежали на земле, а ещё живые пытались оттащить их подальше.
Благодаря быстро принятому решению, брешь удалось изолировать, и сейчас там постоянно шли бои. Абсолюты Австралии и иностранных государств встречали тварей, перемалывая их в фарш. Те немногие, кто ещё был способен сражаться и применять свой дар, пытались залатать стену.
Грохот артиллерии был уже не столь частым. Большая её часть была потеряна, а новая — только в пути.
Рыскающих и летающих в небе тварей сбивала авиация, отчего сверху на головы защитников нередко падали куски окровавленных туш.
Это была бойня. Бойня без конца и края. Силы людей с каждой минутой таяли, как снег под палящим солнцем. Смерть… Смерть была повсюду, и она вознамерилась забрать каждого защитника этого места.
Ещё день назад у них была возможность уйти. Сбежать и спрятаться. Но теперь… теперь каждый из них умрёт. Твари не дадут им и шанса на побег.
Разрубив на две части прыгнувшую красноглазую тварь, что ранее была низкорослым пухлым мужчиной и, судя по подранной одежде, клерком, Демидов устало опустил секиру.
Из его груди вырвался тяжёлый вздох, пот и кровь застилали лицо, а в глазах более не осталось блеска жизни. Будто машина, он уничтожал чудовищ, а усталость ушла куда-то на задворки сознания. Даже истощение энергетических каналов его уже не беспокоило. За время проведённое здесь он научился с точностью рассчитывать каждый грамм силы, чего не делал раньше, полагаясь на сокрушающую мощь Абсолюта.
Ещё одна тварь, но не бывший человек, а массивная пантера с острыми клыками, щупальцами на спине и шипами на конце. Слегка отклонив корпус от удара в сердце, Григорий в несколько шагов приблизился к пантере, по которой уже открыли огонь из винтовок, а затем ушёл влево и поднял секиру над головой.
Мощный удар секиры перерубил шейные позвонки и мышцы твари, пройдя сквозь них, как раскалённый нож сквозь масло.
Кровь брызнула потоком, запачкав и без того грязные доспехи Абсолюта.
Из русских он остался один. Булгаков и Алиев были тяжело ранены, и их эвакуировали в Сидней, откуда поступало подкрепление и техника.
Ещё одна пантера. Демидов начал разворачиваться для размашистого удара, но услышал разъярённый женский рёв:
— Этот мой!
Белоснежный росчерк пронёсся рядом с ним подобно молнии, а затем тварь просто разорвало на куски, а там, где она находилась, образовалось замороженное кровавое облако.
Поставив на замороженные останки разорванной твари облачённую в сапог на каблуке ножку, беловолосая женщина со свежим шрамом на миловидном лице хищно улыбнулась.
— Уже устал, Демидов⁈ — с вызовом бросила она.
— Дал тебе возможность поучаствовать, — беззлобно ответил Григорий, поведя правым плечом.
Лагерта Карлсен — Абсолют Северного Королевства — стала его временной напарницей на этом участке прорыва. Дикая и необузданная женщина, которая своим характером и видом завоевала среди защитников прозвище Валькирия.
Звонко рассмеявшись на слова русского, она услышала вой и резко обернулась, чтобы в следующий миг отправить в стаю мелких недоволков мощную метель. Здания и твари, что попадались на пути её силы, замораживались
