Какое-то время Эллиас задумчиво смотрел на то место, где еще секунду назад были чертики, а затем перевел взгляд на меня и спросил:
— Как ты это сделала? — на что я лишь пожала плечами. Сама хотела бы знать... — А повторить сможешь? — тут же последовал очередной вопрос, на который я вновь не знала что ответить.
— Могу попытаться, — неуверенно ответила я, — Но, если честно, это вышло случайно...
— Позже разберетесь, — хмуро прервал нас Эллиан, присев на корточки перед одним из лучников, который сверлил нас ненавистным взглядом, — Сейчас не до того.
Эллиас кивнул, соглашаясь с братом, и тоже повернулся к бандиту, добавив:
— Он прав. Нужно допросить этих лучников, пока они еще в сознании, — затем вытащил у лучника изо рта своеобразный кляп, и сказал: — Тебе лучше начинать говорить, если не хочешь стать кормом для местных хищников, как твои друзья. Кто вас подослал?
— Не понимаю о чем ты, — с ненавистью выплюнул он, и, неудовлетворенный ответом, Эллиас вернул кляп на место.
— Неправильный ответ, — хмуро ответил он, и обратился к следующему лучнику: — Ну как? Воспользуешься шансом, или упустишь его, как твой друг?
Я отвернулась, не желая смотреть на эту картину, но не двинулась с места. Чертики ушли, а эти лучники могли быть не единственными бандитами в этом лесу.
Послышалось тяжелое дыхание пленника — судя по всему Эллиас только что освободил его от кляпа. К счастью, этот оказался посговорчивее своего товарища. Отдышавшись, он ответил:
— Я не знаю, кто они, но нам щедро заплатили за то, чтобы мы избавились от путников, которые сегодня пройдут через этот лес с юга, и обещали дать в два раза больше, если справимся.
Я почувствовала как сердце пропустило удар. Значит мы были правы. Это нападение — не случайность.
— Среди вас только лучники? Все здесь? — холодно спросил Эллиан. В отличие от брата, в его голосе не было ни намека на веселость. Пленник медлил с ответом, и мой бывший начальник стал терять терпение, — Отвечай!
— Н-нет... — голос лучника дрожал, и я хорошо его понимала. Эллиан был не из тех, кого я хотела бы злить, — Был еще один маг, но я не знаю где он. Возможно сбежал.
Эллиан тихо выругался. Слова были мне незнакомы, но в том, что ничего хорошего они не значат, я не сомневалась. Следом послышался тихий треск.
Обернувшись, я увидела, что он вскинул руку и направил ее в сторону оружия, которое трудолюбивые чертики собрали в одну кучу. Там были луки, стрелы, кинжалы и даже один меч.
Как завороженная, я следила за тем, как гниет и осыпается пылью деревянная часть оружия, как покрывается ржавчиной и трескается сталь. Всего пара секунд — и от оружия бандитов осталась лишь кучка песка и бесполезного металла.
— Если постараешься, до темноты справишься со своими веревками, — сказал Эллиан, бросив пленнику осколок бывшего кинжала, — Если кто-нибудь из вас попытается повторить недавнее — одними синяками уже не отделаетесь.
Пленник шумно сглотнул и кивнул, а мы вернулись обратно к Г енри и лошадям.
Мне было немного не по себе из -за того, что мы оставили их вот так, но я понимала, что у нас не было другого выбора. Освободи мы их сразу же, какие гарантии того, что они не попытались бы напасть на нас снова, пусть и без оружия?
— Нам нужно ускориться, — хмуро сказал Эллиан, оседлав своего коня, и я была с ним согласна. Мы без того потеряли слишком много времени из-за бандитов.
Эллиас вновь помог мне забраться на коня и сел позади, перехватив поводья. Я же на всякий случай внимательно следила за его действиями — вдруг все-таки придется седлать коня в одиночку?
— Но как же маг, о котором говорил лучник? — спросила я, прежде чем они пришпорили коней, — Что если он попытается на нас напасть?
— Это вероятно, — тихо хмыкнул Эллиас, пощекотав дыханием мой затылок, — Но он уже утратил свое главное преимущество. Если лучник не соврал, и маг действительно работает один, мы с ним справимся.
Его уверенность меня немного успокоила, но полностью развеять тревогу так и не смогла. Весь следующий час, что мы ехали по лесу, я без конца вертела головой и прислушивалась к каждому шороху. Казалось что в любой момент на нас могут напасть со спины, и ни Эллиан, ни Эллиас, не успеют среагировать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Однако за это время так ничего и не случилось. Кони как ни в чем не бывало несли нас вперед, ловко огибая деревья, и я даже подумала о том, что маг, должно быть, и правда сбежал. Но вскоре все мы поняли, что что -то не так.
— Лес уже должен был кончиться, — хмуро сказал Эллиан, натягивая поводья и вынуждая своего коня остановиться. В следующий миг Эллиас и Генри последовали его примеру.
— Иллюзия? — напряженно произнес Эллиас.
Занервничав, Мурзик сильнее впился когтями в мое платье, вынуждая меня приглушенно зашипеть. Я должна была отругать его, но, поймав виноватый и встревоженный взгляд кота, только тяжело вздохнула.
— Возможно, — тихо ответил Эллиан, а затем добавил уже громче: — Всем быть начеку!
Когда мы остановились, я стала замечать то, на что не обращала внимание ранее. В лесу было неестественно тихо. Не было слышно ни пения птиц, ни шелеста травы и кустов от мелких зверьков, которых здесь должно быть с избытком. А еще поляна, на которой мы оказались, подозрительно напоминала ту, на которых мы оставили связанных лучников.
— Нас водят кругами? — шепотом спросила я.
— Не думаю, — хмуро ответил Мурзик, — Посмотри, здесь ни обломанных веток, ни горстки обломков от оружия, ни ленточки на вон том кусте, ни примятой травы. Место похоже, но не то.
Он был прав. Даже если бы маг вернулся за товарищами, освободил их и уничтожил улики, здесь все равно осталась бы примятая трава и другие следы.
Значит это все-таки иллюзия. Но чего добивается маг? Хочет измотать нас и напасть, когда мы будем не в состоянии дать ему отпор или задержать?
И, что важнее, как нам избавиться от этой иллюзии?
— Может снова призовешь своих чертиков? — предложил Мурзик, — Отпинают мага и дело с концом...
Я бы и рада, вот только понятия не имела как это сделать. Перед тем, как они появились в прошлый раз, я не использовала никаких плетений, даже отдаленно напоминающих те, которым Эллиас успел меня научить.
Тем временем наши спутники не сидели без дела: Эллиас возводил вокруг нас защитный купол, на руках дворецкого сверкали молнии, готовые в любой момент обрушиться на обидчика, а Эллиан вытянул руки и, прикрыв глаза, стал сосредоточенно шептать длинное заклинание на непонятном языке.
Почти минуту ничего не происходило, а затем картинка окружающего нас пространства пошла длинными трещинами, словно разбитое зеркало, пока не рассыпалась искрящейся пылью.
Первыми вернулись звуки: пение птиц, шелест листвы, потревоженной порывами ветра, тихое кваканье и громкое ржание тонущих в болоте лошадей. А затем в нос ударил и сам запах болота.
Мы и сами были по пояс в иле, и с каждой секундой нас все сильнее затягивало вниз. А ведь до сих пор мы даже не замечали этого! Если бы Эллиан не разрушил иллюзию, так и утонули бы, уверенные в том, что бродим по лесу!
Мурзик изо всех сил цеплялся за меня, лошади испуганно барахтались в болоте, из-за чего их быстрее утягивало на дно. Еще немного, и на поверхности будут торчать только головы, а потом... Потом ничто их не спасет.
Вспомнив все, что узнала из передач о выживании в дикой природы, я что есть мочи прокричала:
— Нужно принять горизонтальное положение и ползти в сторону берега, иначе не выберемся!
Правда сказать было гораздо проще, чем сделать. От болотной воды юбка намокла, потяжелела раз в пять и липла к ногам, сковывая движения, а за меня, дрожа, все еще цеплялся Мурзик.
Вскоре под воду ушла одна лошадь, а затем и вторая. А мы в иле были уже не по пояс, а по грудь. Однако я знала, что сдаваться нельзя. Сдамся — и мы оба утонем.
— Не получится, мы слишком сильно увязли! — ответил мне Эллиас.
— Пожелай, чтобы мы все оказались на берегу! — закричал Мурзик, и, прежде чем я успела что-нибудь ответить, добавил: — Вслух! Скажи: «Чтоб нам всем на берегу оказаться!» — Быстрее, пока совсем под воду не ушли!
