– А ты не такой?
– Нет, – ответил мальчик с озорной улыбкой. – Отец Таркин не допустил бы демона в свое стадо, не так ли?
– Думаю, что не допустил бы, – ответил бывший капитан королевской гвардии с беспокойством на покрытом глубокими шрамами лице. Противники роялистов были способны пойти на многое, лишь бы уничтожить всех претендентов на французский трон. Интереснб, сколько денег можно получить за информацию о том, что в монастыре Сент-Брайд скрывается член королевской семьи? Наверное, много.
Настоятель особенно просил Туссена понаблюдать за этим мальчиком и по возможности воспитать его, потому что, как сказал ему отец Таркин, у Дэнда Росса, по его мнению, имеются потенциальные возможности. Но интересно бы знать, какого рода потенциальные возможности он имел в виду, подумал Туссен.
Он склонил голову, вглядываясь в невинную физиономию. Ничего особенного, вполне располагающий к себе юный пройдоха. Разве только... глаза. Взгляд их был такой обезоруживающий, словно он забавлялся, понимая значительно больше, чем положено в его возрасте.
– Давно ли ты живешь здесь, Эндрю?
– Меня зовут Дэнд, сэр.
– Так давно ли?
Мальчик пожал плечами, чувствуя себя неуютно, как и положено мальчишке, пытающемуся найти ответ, который положил бы конец нежелательным расспросам взрослого.
– Не знаю. Наверное, около трех лет. У отца Таркина это, должно быть, записано в какой-нибудь книжке. А почему вы спрашиваете?
Туссен улыбнулся, пристально глядя на него. Ребенок не должен задавать вопросы старшим. Особенно если это представители духовенства.
– Тебе хочется сменить тему разговора, Дэнд Росс?
– Нет, сэр. – В его голосе чувствовалось легкое презрение. Вот как? Значит, мальчик не любит, когда им командуют? Это его не удивляет. Из всей этой четверки он чаще других находил приключения на свою голову и делал то, что его настоятельно просили не делать.
– В таком случае не задавай лишних вопросов.
– Ладно.
– Ты пробыл здесь дольше, чем любой из мальчиков, которых меня попросили обучить?
Прежде чем ответить, Дэнд помедлил несколько секунд, хотя Туссен догадывался, что ему известны и день, и обстоятельства прибытия сюда каждого из мальчиков.
– Кроме Дуги Стюарта. Он жил здесь еще до меня. Истории Кристиана Макнилла и Рамзи Манро было нетрудно проверить. Дуглас Стюарт прибыл как единственный выживший после эпидемии, от которой умерла вся семья. Джон Гласе был прислан из дома своего дядюшки, после смерти которого его вдова решила, что ее обязанность обеспечить крышу над головой и кормить родню мужа не распространяется на племянников.
Только Дэнд Росс, казалось, прибыл ниоткуда и просто был найден на дороге отцом Таркином. Мальчишка, похоже, был тот еще шельмец, но был неизменно приветлив, хотя и держался несколько в стороне. В спальне, естественно, иногда вспыхивали потасовки, но Дэнд Росс никогда не бывал их инициатором. Он держался обособленно, был этаким милым аутсайдером, сущим дьяволенком, которому все сходит с рук.
Так было, пока не появился Кристиан Макнилл. После этого, как ни странно, все части, необходимые, чтобы составить единое целое, словно бы нашли друг друга. Дуглас, Дэнд, Рамзи и Кит – эта четверка ребят объединилась, образовав братство.
– Это все, брат Туссен? – спросил Дэнд, с тоской поглядывая на дверь.
– Почти все. Откуда ты пришел сюда? Где ты жил до того, как пришел в Сент-Брайд?
Мальчик поморщился:
– Не знаю. Я бывал в разных местах. А вот названий городов не помню. Но все они были очень далеко.
– А твои родители?
– У меня нет родителей. Я всегда был сам по себе, – сказал он.
– Понятно. И последний вопрос. Остальные мальчики. Вы, кажется, очень близки между собой?
– Да. Они мне как родные братья, – решительно заявил Дэнд.
– Братья могут иногда подбить друг друга на всякие проделки, на демонстрацию храбрости, что может быть опасно или просто глупо.
Дэнд ждал продолжения.
– Если я попрошу тебя ради их собственного блага сообщать мне об их разговорах и проделках, то ты это сделаешь?
– Нет, брат Туссен, я не стану этого делать, – не задумываясь, сказал он.
– Даже если я пригрожу тебе наказанием?
Дэнд вдруг улыбнулся. Улыбка была как у взрослого человека. Очень неожиданная на худенькой озорной физиономии.
– Если вы это сделаете, то я, возможно, соглашусь.
– Приятно. – Значит, преданность мальчика не так уж глубока. Наверное, и его потенциальные возможности не так уж блестящи...
– Но в таком случае, – добавил Дэнд, блеснув карими глазами, – я буду говорить вам то, что вы, по-моему, захотите услышать.
Туссен был потрясен.
Нет, все-таки не исключена возможность, что Дэнда Росса ждет такое великолепное будущее, о котором никто из них и помыслить не мог.
Гайд-парк, Лондон,
вторая половина дня 19 июля 1806 года
День выдался ясный, было тепло, и парк заполнили представители высшего общества, наслаждавшиеся чудесной погодой. Шарлотта чувствовала себя особенно нарядной в платье из кремового батиста, расшитого крошечными зелеными листочками. Нарядной и уверенной в себе.
– Боже милосердный, Лотти, – сказал Дэнд, – ты вся оцепенела, словно митра епископа. Что с тобой происходит, девочка моя?
Ладно. Возможно, вид у нее слишком напряженный. Но это потому, что она не привыкла, чтобы ею хвастали, как новым приобретением, и она еще не знает, как при этом следует вести себя.
Дэнд, небрежно держа вожжи, опытной рукой направлял лошадей вдоль одного из самых популярных среди гуляющих бульвара в Гайд-парке. Другая рука лежала на спинке сиденья и хотя и не прикасалась к Шарлотте, однако символизировала его неоспоримое право собственности. Никто еще никогда прежде не бывал ее «собственным». Неудивительно, что она была несколько напряженной.
А у него хватает наглости спрашивать, что с ней происходит! Ее неловкость усугублялась тем, что его эта ситуация вроде бы забавляла. Каждый раз, когда он смотрел на нее, она замечала веселые искорки в его глазах. Но хуже всего было то, что все это ничуть не заглушило ее реакцию на него.
Каждый раз, когда он прикасался к ней, пусть даже совсем нечаянно, по ее коже пробегали мурашки от удовольствия. Каждый раз, когда он что-то говорил, ей приходилось смотреть на него, и она видела контуры его губ и вспоминала свое ощущение от их прикосновения.
– Ничего со мной не происходит, – заявила она, чувствуя, что говорит еще напряженнее, чем держится. – Что со мной может быть? Все в полном порядке.
– Рад это слышать. Возможно, меня беспокоит тот факт, что ты не слишком похожа на леди, которая так охвачена желанием, что готова забыть о своей репутации ради любимого мужчины. А ведь именно для этого мы сюда и приехали, не так ли? Чтобы выполнить данные миссис Малгрю наставления – убедить общество в том, что ты совсем потеряла голову от страсти? Было бы очень неплохо, если бы ты перестала шарахаться от меня всякий раз, когда я смотрю на тебя или прикасаюсь к тебе. – Он улыбнулся, и улыбка его была одновременно и любезной, и хищной. – Но я буду смотреть на тебя. И прикасаться к тебе. Поэтому будь умницей и попытайся не портить игру.
