От такой музыки разболелась голова. К тому же она совсем не помогала отвлечься.
Нет, эти мысли никуда не уйдут. Придется вновь похоронить их под могильной плитой, которая защищала его сердце. Но сейчас это будет непросто. Тори как будто прорвала в нем плотину – своим радостным щебетанием, творческим подходом ко всему, искренней любовью к людям. И не только к нему, как хотелось думать, а ко всем, кто ее окружал. Она привнесла в его жизнь свет, пробудила в нем забытые чувства. Придется снова залечь на дно. Закрыться от мира, пока эти чувства не исчезнут где-то глубоко внутри.
Или дернуть рычаг и включить этот свет?
Сердце в груди неистово забилось. Как напоминание о том, что он еще жив. Гарретт оценил риск. Что будет, если она его отвергнет? Его окутало странное чувство спокойствия. Она любила его. А он доверял ей. Рэй снова был прав. Без нее Гарретт пропадет.
Он посмотрел в зеркало заднего вида и стал перестраиваться в правую полосу. Нужно успеть в ближайший съезд с трассы. Он вернется назад. К женщине, которую любит.
Гарретт голосом оживил телефон и назвал имя абонента. В ожидании ответа он затаил дыхание.
– Алло, Лорен? Я насчет третьего свидания. Мне нужна твоя помощь.
Подъезжая к старинному особняку, Тори испытывала смешанные чувства. Одно она знала точно – ей не хотелось быть здесь. Тем более заходить внутрь. Слишком много воспоминаний. И все они слишком болезненны. Вернуть сережку должна была Лорен. Она согласилась довести до конца дела с «Обсидиан студиос».
Но почему-то хозяйка сережки решила встретиться именно в особняке. Видите ли, ей так удобнее. Что ж, желание клиента закон. Вот только Лорен, как назло, в последнюю минуту уехала на важную встречу в другой конец города. А значит, встречаться с хозяйкой-растеряшей придется Тори.
Главное – запастись терпением. Если повезет, то ей не придется даже выходить из машины. А когда с делами будет покончено, обе сестры отправятся в родной Палм-Спрингс к любимым родителям и брату.
Тори припарковалась напротив особняка. С этого ракурса хороший обзор и на дом, и на подъездную дорогу. За ночь температура воздуха заметно понизилась, на улице ощущался морозец. Небо покрыли серые тяжелые тучи. Через пять минут ожидания холод пронизал Тори насквозь.
Судьба давала Тори шанс вернуть ключ. Она взяла его у Гарретта, когда собралась переехать в дом. Нужно было давно завезти его на студию. А еще лучше отправить почтой.
Дрожащей рукой Тори положила ключ на кухонный столик. Проходя по коридору, она тщетно боролась с воспоминаниями о времени, проведенном здесь с Гарреттом.
Она скучала по тем ранним часам, когда они просыпались вместе. Скучала по разговорам с ним.
Она скучала по нему.
В голове крутился тот вечер, когда был ураган. Тори вспомнила, как крепко он прижал ее там возле камина.
К этому моменту она как раз дошла до зала. Тори теребила в кармане сережку. Хозяйка сережки явно задерживалась. Но чем дольше она будет здесь, тем больше шансов встретиться с Гарреттом. Если верить настенным часам, женщина опаздывала на двадцать минут.
Заметно нервничая, Тори прошла по комнатам первого этажа. Разумеется, с рабочей целью. Уборщики прекрасно справились с работой. Гарретт оставил включенными фонарики, отчего атмосфера в доме по-прежнему была праздничной. Проходя мимо елки, что они наряжали вместе, Тори отвела глаза. И без того хватит напоминаний.
Она вздохнула с облегчением, когда услышала звук подъезжающей машины. И едва не упала в обморок, увидев «мазерати-спайдер». Нет, этого не должно произойти. Тори перекинула сумку через плечо и устремилась к двери. Сейчас она отдаст ему сережку, сядет в машину и уедет.
Они встретились на ступеньках. Тори стояла на верхней, поэтому их глаза были ровно на одной линии. Гарретт выглядел спокойнее обычного. Ей и не приходилось видеть его таким расслабленным.
Что ж, замечательно. У нее острый нож в сердце, душа рвется на части, а он ведет спокойную жизнь, полон сил и энергии.
Тори протянула сережку:
– Владелица запаздывает. Но раз ты приехал, может, передашь ей? А я наконец смогу уехать.
Гарретт взял ее за запястье:
– Можешь остаться еще ненадолго? Я хотел бы поговорить.
Она отрицательно покачала головой и высвободила руку. Слишком тяжело было видеть его, находиться с ним рядом. Она боялась, что он может сбить ее с верного пути. Вскружить ей голову и заставить играть по его правилам. Чтобы потом все снова пошло прахом.
– Мне нужно закончить несколько срочных дел, – сказала Тори. – Днем мы с Лорен уезжаем из города.
Она попыталась пройти мимо него. Подвинувшись, Гарретт преградил ей дорогу и тем самым оказался к ней ближе. Запах его тела будоражил, затуманивая рассудок.
– Пара минут погоды не сделают.
– Дело не в этом.
– В чем же? – спросил Гарретт.
– В том, что нам не о чем говорить. – Она поднялась на ступеньку выше. Затем сделала шаг в сторону, обойдя его, спустилась к машине.
– Я люблю тебя.
Тори замерла. Она не ослышалась?
Сильные руки опустились ей на плечи. От теплого дыхания над ухом побежали мурашки.
– Я люблю тебя, – повторил он.
Тори повернула голову. Глядя ему в лицо, она скрестила руки на груди.
– Нет. На это я не куплюсь. В любовь ты не веришь.
– Ты заставила меня передумать. – Он взял ее руку, поднес к губам. – Пойдем внутрь. Нам нужно поговорить. У меня есть для тебя рождественский подарок.
– Нет, – отступила она. Меньше всего ей хотелось получить подарок, который будет постоянно напоминать о нем. Ехать в отпуск с разбитым сердцем тоже не входило в ее планы. – Подари кому-нибудь другому.
– Но он только для тебя.
– Гарретт, не стоит. – Смущенная, она трогала свои руки. К чему давать волю пустым надеждам? Она не знала, зачем ему нужен этот спектакль. Но верить его словам было наивно и глупо. Они уже расставались один раз. Точнее, дважды. И второй раз было куда тяжелее, чем первый. Что же будет, если сейчас она пойдет у него на поводу и откроет ему свое сердце? – Мне нужно идти.
Гарретт снова взял ее за руку:
– Ты тоже меня любишь.
– Любила, когда уходила последний раз.
– Но почему ты ушла?
– Потому что ничего не изменилось.
– Я изменился, – сказал Гарретт. – Дай мне шанс, и я докажу тебе.
Тори закусила губу. Казалось, он говорит искренне.
– Пять минут.
Его глаза загорелись.
– Ты не пожалеешь. Пойдем со мной.
Сжимая ее руку, Гарретт провел ее в дом, затем на террасу.
Тори дрожала от холода и нахлынувших чувств.
– Может, поговорим внутри? Здесь холодно.
– Так мы не пропустим мисс Дэвис. Отсюда видно все подъезжающие машины.
