— Ваше величество, ну как можно? Вы в таком положении! А сейчас так холодно! Вы же простудитесь!
— Не умру же я, леди!
Однако от накидки Алисанда не отказалась. Она сжала руками зубец крепостной стены и нетерпеливо проговорила:
— Спасибо тебе, добрая Элиза, но я бы предпочла остаться тут одна и собраться с мыслями, глядя на рассвет.
— Ваше величество, но вы нездоровы. У вас только что был приступ тошноты!
— Он закончился, — сказала Алисанда металлическим голосом. — И мне нисколько не повредит свежий воздух. Ладно, оставайся рядом со мной, если уж тебе так хочется, только помалкивай. Мне нужна тишина.
— Как ваше величество прикажут, — пробормотала Элиза и отошла на шаг, потирая руки.
Алисанда поплотнее завернулась в накидку, устремила взгляд к востоку, но тут же, не задумываясь, повернула голову к югу и снова стала мысленно бранить Мэтью, которому сейчас следовало быть рядом, и помогать ей гордо держать ее королевскую голову, и успокаивать, и...
Но тут она увидела на фоне розового предутреннего неба расправленные черные крылья и выброшенную вперед длинную стройную шею. На мгновение королева застыла на месте, потом повернулась и поспешила во дворец.
— Быстрее, оденьте меня! Дракон Стегоман возвращается!
— Так скоро? — изумилась леди Элиза. — Всего-то вечер минул и ночь! Как он мог так быстро найти придворного мага?
— Не мог, — рявкнула Алисанда. — Молите Бога, чтобы он не принес более ужасных вестей, нежели эта.
Но он таки принес. Стегоман еще не отдышался. Он пыхтел и пускал клубы пара и дыма, когда Алисанда бегом сбежала по лестнице во внутренний дворик. Около дракона суетились грумы.
— Принесите ему половину быка! — крикнула Алисанда. — Он, наверное, сильно проголодался после такого долгого перелета.
— Вот спасибочки, ваше величество, — проурчал дракон. — Проголодался я, это вы точно подметили, а еще бы глотку промочить — и вообще славно было бы!
— Бочонок пива, да побыстрее! — распорядилась Алисанда.
Грум торопливо поклонился и побежал исполнять королевский приказ.
— Какие новости? — взволнованно спросила Алисанда.
— Не такие уж плохие, — недовольно проворчал Стегоман. — Вообще никакие! Я не нашел придворного мага, но я уж точно нашел границу.
Алисанда в изумлении уставилась на дракона.
— Что же, король Бонкорро ее пометил? Ему недостаточно рек и посадок деревьев?
— Похоже, что нет, — сердито буркнул дракон. — Он вдоль всей границы какую-то треклятую невидимую стенку забубухал. Ну а я-то про нее ни сном ни духом! Вот и влетел в нее со всего размаха, и мне еще здорово повезло, что я шею не сломал! В общем, меня откинуло и завертело в воздухе, а потом я стал падать. Ну и натерпелся я страху, пока нашел восходящий воздушный поток, который позволил мне подняться повыше. Я еще раз попробовал преодолеть эту гадскую преграду и снова шарахнулся об нее. Тогда я отлетел на несколько миль к западу и еще раз попытал счастья — никакого толку. Я вернулся, удалился к востоку на несколько миль от того места, где ушибся в первый раз, но снова так ударился мордой, что чуть калекой не сделался!
— Ой, бедная зверушка! — вскричала Алисанда, подошла и прикоснулась к большому темному пятну на морде у Стегомана. Леди Элиза встревоженно вскрикнула, но Алисанда не обратила на нее никакого внимания. — Вот, вижу, тут чешуйки оторвались!
— Чепуха, новые отрастут, — небрежно проговорил Стегоман и немного запрокинул голову. — Весьма благодарен вам за сочувствие, ваше величество Алисанда, только вы лучше не трогайте, а то больно все-таки.
— О, конечно, прости. — Алисанда отдернула руку. — Но как же это так, Великий? Мой муж писал, что видел, как люди ходят через границу в обе стороны, пересекают приграничные реки, носят товары в мешках!
— Все правильно. Я их тоже видал, и не в одном месте, а в десятках. Я же вдоль границы, считай, миль двадцать намотал. — Глаза Стегомана сверкали праведным огнем. — У смертных, короче говоря, там никаких проблем — гуляют, как хотят. Они и не ведают, когда переходят границу. А я не мог ее пересечь! Не мог!
Тут на Алисанду сошло озарение. Она выпрямилась и проговорила:
— Значит, драконам вход воспрещен!
— А это, между прочим, классовая дискриминация! Почему нас не пускают, а?
— Потому, видимо, — медленно начала Алисанда, — что вы — Свободное племя. Вы гордитесь, что не служите никому, кроме себя, а самое главное — не служите Злу.
— Значит, у короля Бонкорро мы, так сказать, доверия не вызываем, так надо понимать? — нараспев проговорил Стегоман.
— И не можете вызывать. Злобные существа вызывают доверие только в том смысле, что они всегда сделают то, что им нужно. Но добрые создания поступят так, как им велит совесть, а это не всегда в интересах короля! Простые смертные — какой уж от них может быть вред? А вот разъяренный дракон — это дело опасное.
— Да уж! — Стегоман горделиво выгнул шею и пошевелил крыльями: он, конечно, существо независимое и мало подверженное каким бы то ни было влияниям, однако против лести устоять не мог. — Вообще-то, — он размышлял вслух, — если хорошенько вдуматься, то я начинаю догадываться, почему король Бонкорро хочет держать нас подальше от своей границы, и я его за это не виню. Но интересно другое: проник ли Мэтью за эту треклятую стенку, или она не пускает только тех, кто не угоден королю Бонкорро?
Алисанда встревожилась.
— Искренне надеюсь, что это не так, иначе все мои подданные, что ездили навещать своих родственников на юге, уже давно замыслили бы измену. Вот, может быть, если бы ты не летел через границу, а шел пешком?.. — Она нахмурилась. — Признаюсь, меня очень сильно тревожит, Стегоман, то, что в приграничных землях идет такая оживленная торговля. Всего на каком-то десятке миль ты видел больше дюжины человек, переходящих границу!
Дракон кивнул:
— Да половина из этих миль — непроходимые горные вершины.
— Тем более! То, что люди столь беспрепятственно гуляют туда-сюда через границу, плохо уже само по себе, но еще больше меня тревожит то, что ты не можешь присоединиться к Мэтью!
Стегоман сдвинул брови.
— Ну, у него-то, я надеюсь, хватит ума... — Голос дракона оборвался, и он тихонько проговорил: — Нет, не хватит, верно?..
— Не хватит, — грустно покачала головой Алисанда. — Это же Мэтью, а не кто-нибудь другой.
Она отвернулась, ощутив внезапный прилив сильнейшей тревоги. Такую тревогу она теперь ощущала животом, и потому рука ее автоматически легла на живот, но Алисанда тут же отдернула руку.
— Ваше величество! — вскрикнула леди Констанс и подбежала к Алисанде. — Ваше величество, прибыл гонец от сэра Ги де Тутарьена!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
