корсете, чтобы посмотреть, что нам больше в итоге подойдет, а наш визажист подправляет им тон кожи и добавляет блеска и без того призывно надутым губам. Пока известный московский фотограф Паша Савельев выставляет оборудование и свет рядом с арендованным нами роскошным старинным кадиллаком с открытым верхом, наши мальчики из отдела заботливо приносят моделям кофе с соломинками, чтобы они не смазали свою помаду. Девочки смотрят на них с высоты своих безумно высоченных каблуков как на клопов, и я понимаю, что у мальчиков мало шансов.
– Блондинка – это sexyperl, – бубнит мне в ухо моя помощница Марина, как раз и занимавшаяся поисками фотодив. – Это известная эскортница и модель. Пятьсот тысяч подписчиков. Вроде «живых». Ставку за фотодень вы и так знаете, а за ночь, по моим собственным каналам, берёт от восьми тысяч евро. Но может скинуть и до двух.
– Спасибо за информацию, – с удивлением смотрю я на свою пробивную помощницу. – Откуда ты вообще всё это знаешь? Буду иметь в виду, конечно же, если захочу прикупить себе девочку на ночь.
– Маша, это же всё инстаграм! Ты вообще в соцсети заходишь?
– Ну конечно же, захожу! А как я, по-твоему, просматриваю все новинки брендов?! Я просто не знала, что все милые девушки с охапками пионов на фоне ЦУМа – это проститутки!
– Маша, не проститутки, а эскорт-сопровождение! Не путай! – смеётся Марина. – Это вы привыкли в свои лохматые нулевые на Ярославке моделей отлавливать, а сейчас на дворе две тысяча двадцатый. Прогресс. Цивилизация, – подытоживает девушка и идёт к фотографу, чтобы уточнить детали фотосессии.
– Слушай, Антон, а Марина дело говорит, – поворачиваюсь я к стоящему неподалёку другу, с нескрываемым наслаждением рассматривающего наших топ-эскортниц.
– Это ты сейчас про что? – спрашивает Антон, явно пропустивший мимо ушей наш разговор.
– Про списки приглашённых, Антош! – восклицаю я, раздражаясь его непонятливости. – Нам нужны толпы тёлок. Красивых. Дорогих. Как приманка. На нашу презентацию! На бал-маскарад!
– Отличная идея! – воодушевляется мой друг, и по его затуманенному взгляду я понимаю, как его воображение уже рисует ему самые смелые и откровенные картины…
– Так, девочки, готовимся, – вдруг раздаётся Пашин голос, и мы все начинаем шевелиться. – У нас пару-тройку часов, пока нет жёсткого света, – вещает фотограф, и я подхожу с нашими моделями к машине.
– Итак, все видели, референсы, не правда ли? – задаю я риторический вопрос, и по пустым взглядом девочек понимаю, что они ни черта не видели. – Окей, напоминаю, что мы сегодня снимаем, – тоном занудной училки завожу я свою лекцию: – Ты сидишь на заднем сиденье дорогого авто. Свободная. Красивая. Богатая! – делаю я особенный акцент на последнем слове, обращаясь сразу к обеим инстакрасоткам. – Ты абсолютна независима, и твоё счастье в твоих собственных руках. Ты хочешь секса – и ты получаешь его. А ещё, самое главное: все хотят секса с тобой! Всё ясно? – подытоживаю я. И по послушным кивкам понимаю, что по крайней мере последняя часть моей речи до них дошла.
– А теперь минутку внимания, напомню вам разосланные ещё вчера Мариной референсы, – и я забираюсь на заднее сидение роскошного кадиллака.
На мне сегодня узкая юбка, и я задираю её как можно выше, практически до линии трусиков. Полуразвалившись на мягком кожаном диване, я отставляю одну ногу далеко в сторону, а острым каблуком второй упираюсь в переднее сиденье. Кисть руки я небрежно свешиваю между ногами, а голову откидываю на мягкую спинку. Волосы разметались по сиденью и закрыли пол-лица, я на несколько секунд закрываю глаза, и я сама уже начинаю верить, что я самая свободная, красивая и богатая…
Паша в это время делает пару кадров: мы с ним работаем уже много лет, и я привыкла, что сначала объясняю моделям, как надо встать, куда положить руки и как посмотреть, изображая перед ними нужную мне позу, а Павел Савельев в это время «пристреливается» на мне, проверяя свет и композицию. Как правило, после этого моя работа заканчивается, и съёмки продолжаются без меня.
– Готово! Начинаем, – слышу я словно издалека Пашин голос, и, одёрнув юбку, выхожу из авто, а на моё место уверенно проходит томная брюнетка и плюхается на сиденье, широко раздвинув свои стройные ноги. – Да, да! Именно так! – слышу я возгласы фотографа. – А теперь одну ножку поставь рядом на сиденье, да, именно! И обхвати лодыжку рукой! Супер! – и я со спокойной совестью отправляюсь выпить третий за сегодня стаканчик кофе.
За это я и люблю работать с Пашей Савельевым: за много лет мы уже так хорошо научились понимать друг друга, что мне не нужно всю фотосессию стоять рядом и поправлять его и моделей. Показав изначально, что я хочу, я могу быть уверена, что дальше он сделает именно так, как я и задумывала. Прочитает мои образы, найдёт лучшие ракурсы и добавит своё авторское видение. За это он и берёт за свою работу, почти как дорогая эскортница за ночь! Плюс срабатывает бесплатная реклама: и Пашины известные и богатые клиенты всегда в курсе того, что и для кого он снимает.
Найдя дуб пораскидистее, я ложусь на гладкую подстриженную травку под ним, сняв рабочие каблуки и вытянув ноги, и, закрыв глаза, начинаю потихоньку дремать, сквозь алое марево сна слыша отдельные реплики фотографа, обрывки смеха и Kosheen, которую Паша поставил в качестве музыкального сопровождения…
На следующий день я уже получаю отобранные Савельевым снимки: как я и предполагала, секс и достаток просто выливаются из них, как липкая сладкая патока, через край, не оставляя ни малейшего шанса для зрителя пропустить прямой посыл: «Я заставлю тебя меня хотеть». Вполне довольная результатом, я ещё раз отбираю самые выигрышные кадры и поручаю Марине залить всё на файлообменник и отправить французам.
Сегодня вечером я возвращаюсь домой пораньше: скоро новый проект закрутит меня, я знаю, и я снова включусь в эту извечную московскую гонку, не оставляющую времени ни на что, кроме сна и работы. Я прохожу по своей полупустой квартире, надеваю бархатные домашние шорты от Victoria’s Secret и простую майку, и иду в огромную, залитую закатным солнцем кухню. Я стою здесь, как инородное тело, плохо представляя, что же люди обычно делают, если остаются дома сами по себе, и им никуда не надо бежать. Я разглядываю свой пустынный кухонный остров, который мне предложил дизайнер, а я согласилась, потому что это красиво и модно, но за которым я так ни разу ничего
