Катон наклоняет голову набок и кивает мне.
— Отдай эти детские ножи мне и возьми копье, — говорит он. — Мы же не в песочницу идем играть.
Выбираю для себя копье, накидываю на спину рюкзак и жду, пока сборы будут окончены, опираясь на блестящий Рог.
Вот бы поговорить сейчас с Хеймитчем. Получить один из его отлично продуманных советов. Спросить, что я делаю не так. Выслушать его критику по поводу моих необдуманных действий.
К сожалению, это невозможно. Менторам запрещается давать советы своим трибутам, когда они уже на арене. А мне сейчас так надо узнать планы Китнисс, чтобы помочь ей хотя бы немного.
— Выдвигаемся с заходом солнца, — командует Катон и залазит в свою палатку.
Арена создана людьми. Каждый год она находится в разном месте, и каждый год таит в себе что-то новое. Распорядители сами выбирают, что будет окружать нас на протяжении всех Игр. На самом деле, за свою жизнь я повидал множество разных декораций: пустыни, развалины, луга, лабиринт, но чаще всего, конечно же, лес. В нем можно и спрятаться, и ловушек наставить, и поохотиться. Все, что твоей душе угодно. Да и длятся такие Игры дольше, потому что на пустом месте трибуты убивают друг друга за пару дней, а кому на это интересно смотреть? Я готов поспорить, что 74 Игры продлятся не меньше двух недель, и чем ближе к финалу, тем будет становиться интереснее. Интереснее капитолийцам, конечно же.
В моем дистрикте, возможно, и рады, когда все это заканчивается быстро, а вот в столице люди остаются недовольными. Ну еще бы, они ведь ждут этого целый год. И сейчас, когда мы только и делаем, что думаем, как выжить, они делают ставки. Чем меньше трибутов остается, тем ставки выше. Иногда мне кажется, что эти люди просто потеряли рассудок. Ну как можно веселиться от такого зрелища?
Сижу и смотрю прямо перед собой на кучу припасов. На смену солнцу приходит прохладный ветерок. Деревья слегка покачиваются и шелестят листьями, птички перекрикивают друг друга и создают причудливые песни. Я знаю этих птичек, это сойки-пересмешницы. Забавные такие небольшие птички, выведенные в Капитолии. Ну, точнее сказать, пересмешницы это дети соек-говорунов. В темные времена ученые вывели вид, чтобы следить за повстанцами, но из-за находчивости восставших, птички стали бесполезными. Говорили, что они должны были вымереть сами, потому что среди них не было ни одной самки, но не тут-то было. Говоруны стали скрещиваться с самками обычных соек, и получился новый вид. Способность говорить пересмешницы потеряли, зато они могут в точности копировать мелодии и даже целые песни, но делают они только, если им самим понравится голос. Так что не у каждого есть возможность услышать свою песенку, перепетую пересмешницами.
В своей жизни я только раз слышал, когда эти птички замолкали ради того, чтобы выслушать песню. В первом классе на уроке пения маленькая девочка с двумя косичками, стоя на стуле, пела «Песнь Долины». Ее слушали все вокруг: и птицы, и дети, и учительница. Этот сладкий голосок навсегда сохранился в моей памяти, и еще в тот день я понял, что никогда не встречу никого лучше этой девочки. С того момента прошло много лет, но я до сих пор люблю ее. Китнисс… моя милая Китнисс… где же ты сейчас?
От раздумий меня отвлекает какое-то движение по другую сторону кучи припасов. Что-то рыжее мелькает над ящиком с яблоками. Поднимаюсь и хватаю копье покрепче.
Через несколько секунд вижу рыжеволосую девушку, по-моему, из пятого дистрикта. Она прыгает из одной ямы в другую и ворует припасы профи, при этом даже не притрагиваясь к оружию, ее интересует только еда и необходимые для выживания вещи: спальный мешок, пустые бутылки, посуда. У меня просто отвисает челюсть, и прежде, чем подумать, я выпаливаю довольно-таки громко:
— Что ты делаешь?
И сразу жалею, что сделал это. Ведь я ее этим конкретно подставил. Она резко оборачивается и замирает, смотря на меня. Перехватываю копье в другую руку и вижу, как ее глаза расширяются от ужаса.
— С кем ты говоришь, Пит? — слышу голос Катона из его палатки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Не пора ли нам уже идти? — машинально отвечаю я Катону, а следом шепотом добавляю: «Беги отсюда! Быстрее!»
Рыжеволосая девушка произносит одними губами: «Спасибо», прижимая припасы к груди. На ее лице одновременно столько эмоций, что мне вообще сложно что-то разобрать. От моего решения зависела ее жизнь. Если подумать здраво, то она моя противница, а мне нужно убрать как можно больше трибутов, чтобы увеличить шансы Китнисс. А с другой стороны, как я могу не помочь ей сейчас? У нее нет оружия, и она даже не старалась его украсть. Девушка просто пытается выжить. Рукой указываю ей в сторону леса, она кивает и молниеносно уносит ноги.
— Чего это тебя так потянуло в лес? — хохочет Катон, — руки зачесались?
Шагаю к его палатке, чтобы дать девушке возможность убежать как можно дальше.
— Скоро стемнеет, и мы опять ничего не будем видеть. Ну, по крайней мере, я ничего не буду видеть.
— Как ни крути, нам все равно придется идти ночью. Я же говорил, что в этот раз мы идем туда надолго, — он выходит из палатки, и я начинаю смотреть вокруг себя в поисках той девушки, но никого нет. Она успела убежать. — Что-то не так? Ты кого-то увидел? — Катон хватает свой меч.
— Нет, нет, — стараюсь как можно уверенней произнести я. — Просто пытаюсь понять, в какую сторону надо идти.
— Сегодня это не имеет значения, — он отмахивается, — девчонка все равно могла сменить свой курс, так что просто пойдем, куда глаза глядят. Рисково, конечно, но что за жизнь без риска? — он улыбается.
— Люблю риск, — почти шепчу я и ухожу к своей палатке. Именно в этот момент в мою голову приходит отличная идея.
Нужно завести их как можно глубже в лес и сделать так, чтобы все поняли, что мы заблудились. Там в лесу Катон будет легкой добычей. Возможно, даже не придется прикладывать руки к его смерти. Припасы быстро кончатся, он отчается, вот тогда и наступит время для завершения моего плана. Адреналин в крови зашкаливает. «Люблю риск», — шепчу я себе под нос и невольно начинаю улыбаться.
Комментарий к Глава 15. Лагерь у Рога
Дорогие читатели, вас становится все больше, это очень вдохновляет! Надеюсь, что своей работой и регулярной продой я могу вас немного порадовать)
Вы тоже можете порадовать меня, поставив “Нравится”. Этим вы даете возможность бОльшему количеству читателей снова окунуться в мир Голодных Игр. Спасибо Вам!
========== Глава 16. Охота ==========
Через пять минут мы все стоим вокруг ящика с оружием и говорим о нашем плане. На самом деле, все очень просто. Катон идет первый, и его задача — внимательно следить за всем происходящим вокруг. Мирта пойдет последняя, чтобы делать на деревьях зарубки, чтобы мы могли вернуться по ним обратно к Рогу. А мы все должны будем смотреть в оба и тащить припасы. Наша общая и главная задача — найти Китнисс, ну и по возможности по дороге перебить других трибутов. Все мы приходим к выводу, что идеальней плана нам все равно не придумать, поэтому отправляемся в лес.
Уже у первого дерева Катон оборачивается и говорит:
— И еще одно: никакой ругани! — он кидает на нас с Марвелом угрожающий взгляд, и мы киваем в знак согласия. — И вас это тоже касается! — теперь он уже смотрит на Мирту и Диадему. Они переглядываются друг с другом. Не думаю, что у них обойдется без ссор…
Вместо согласия, Мирта закатывает глаза и говорит: «Да иди уже!» и делает зарубку на первом дереве.
Мы идем друг за другом вглубь леса уже два часа минимум. За это время у нас уже был привал, и, я думаю, что очень скоро будет еще один. Кто бы мог подумать, что профи, с малолетства обученные сражаться и убивать, совершенно не приспособлены к дикой природе. Диадема подвернула ногу и стонет каждый раз, когда даже слегка оступается. Мирта подталкивает ее в спину, но это не помогает. Беру у нее лук, а Марвел рюкзак. Теперь она налегке, но лучше не становится. Линда находит в кустах какую-то палку, чтобы Диадема использовала ее как посох. Катон закатывает глаза, но ничего не говорит. Теперь и он сам понимает, что Мирта была права, назвав ее балластом. Солнце уже село, и через несколько часов мы опять не будем ничего видеть. Притом, что Диадема ахает и охает так, что ее слышно за километр, это не лучший расклад.
